Кудей (СИ) - Колесников Дмитрий - Страница 3

Аарон Борухович Герцман, сдерживая брезгливость, отпил из предложенной ему посудины, когда-то бывшей обычной кружкой из грошовой забегаловки, а сейчас гордо именуемой Кубком Братства. Боже мой, эти господа имеют хоть какое-то понятие о гигиене? Или они и в самом деле верят в тот бред, что несёт их главарь, которого они именуют Мастером? О, небеса, дайте мне сил и времени, чтобы дожить до завтра. Первым делом в клинику сдавать анализы! Не дай бог подцепить какую-нибудь заразу!

А всё Петр Васильевич, чтоб ему хорошо сиделось в кресле зама. Сходи, говорит, Аарон, поприсутствуй. Покажи себя народу, побудь представителем администрации. Всё должно быть на высшем уровне, раз мы из бюджета деньги выделяем. Если вкладываемся, значит и проконтролировать должны, не так ли? Что было делать бедному Аарону? Разумеется, изобразить безграничную радость от полученного задания, горячо поблагодарить за оказанное доверие и отправиться присутствовать и контролировать, ломая свой график.

И чего в аудиторах не сиделось? Было весьма прибыльно и уважаемо, особенно если заключать правильные контракты. Ещё недавно любая фирма, прознав, что в состав комиссии входит Герцман, радостно бежала подписывать чек. В очередь выстраивались, щукины дети. Был день, была пища, но лавры Жириновского покоя не давали. Тоже хотелось свою партию создать. Одного не учёл, что карьеру политика придётся строить с нуля.

Соблазнил Пётр Васильевич работой в администрации, лёгким стартом и заманчивой перспективой, а на деле? Сейчас Аарон Борухович карьерно находится на ступеньку выше, но фактически скатился к уровню референта. И присутствовать на сходке реконструкторов — это не просто шаг назад, это… Даже слов нет, что это!

Неужели Кузин о чём-то догадался? Герцман в который раз прокручивал события последних дней и недель, выискивая подозрительные моменты, слова, оговорки или взгляды. Может, Галина Николаевна что-то сказала о застройке южного квартала, то… Да нет, слишком мелко. Вадик напел в начальственные уши? Этот может, этот только рад подлизаться. Нет, тоже вряд ли. Сплетня о гействе Вадика уже достигла нужных людей, и на молодом выскочке можно ставить крест.

Тогда остаётся… Анжела. Анжела? Точно! На майские праздники он позволил себе отвесить пару комплиментов секретарше. Она ещё, помнится, похвалила Аарона за его силу. Подумаешь, бутыль от кулера на место поставил. В тот момент дверь в кабинет Кузина была открыта, Пётр Васильевич мог услышать разговор! Теперь понятно, почему Герцмана отодвинули сначала от проекта по ремонту теплоцентралей, а затем прокатили с командировкой в Москву.

Вместо столицы он вынужден разбираться с благоустройством общественных туалетов, теперь ещё и это третьесортное шоу с их смешными за́мками. Получается, прилетела ответка за дурацкий кулер? Типа, раз ты такой сильный, то иди, мечом помаши? Это же смешно… Вот оно! Его хотят выставить клоуном! От этой мысли лоб Аарона мгновенно покрылся бисеринками холодного пота, и чиновник бездумно отхлебнул глоток из Кубка, позабыв про антисанитарию…

Дархан принял Кубок из рук задумчивого чинуши и зачерпнул из братины. Ну вот, подумалось ему, к ночи и этот на человека стал похож, не побрезговал чарку со всеми выпить. А весь день ходил-бродил, носом крутил, начальника из себя строил. К вечеру устал или понял, что никому тут его начальничество и даром не сдалось. Люди повеселиться приехали, себя показать, на других посмотреть. Эх, а ведь вроде взрослый человек, не сёнен. Вот ему, Дархану, ещё дед говорил: делу время, потехе час. Старая поговорка, мало кто её правильно понимает. Её смысл в том, что нельзя всю жизнь об одном думать, надо уметь отвлекаться, расслабляться, давать волю себе и другим. Пусть глупо звучит, но ни один конь не скачет галопом всю жизнь.

Самураи как жили? Жизнь самурая — это путь самосовершенствования. Потому старались они не только мечом овладеть, но и иным искусством. Кто хокку писал, кто каллиграфией занимался. Вот Дархана взять, к примеру. Кто-то скажет: простой водитель. А к нему даже из-за границы приезжали на мечи посмотреть. Ну, допустим, мечи пока так себе выходят. Нет в них того изящества, что в клинках старых мастеров присутствует, и до качества Оно Ханкэя пока далеко, но уже и не дешёвые подделки из интернета. Глядишь, лет через десять и он свой клинок сможет выковать, о котором будут японские мастера с уважением говорить, что есть и среди гайдзинов, понимающие душу меча кузнецы. Ну, а пока не сбылась мечта, можно и компотика попить.

Глава 2

Новая Земля.

Граф Виталиано набрал полную грудь воздуха, собрался с силами и затянул финальный куплет заклинания. Ладони и лицо засветились, от них пошёл пар, пещера наполнилась запахом горелого мяса. Жертва на алтаре захрипела в последний раз, попытавшись издать членораздельной звук, но не смогла. Её кровь, выпущенная по всем правилам ритуала, сейчас кипела на коже графа, предохраняя его от эманаций Перехода. Плоть жертвы, съеденная в процессе призыва, уберегла опытного заклинателя от голода Тьмы. Виталиано приходилось тяжко, несмотря на то, что основной удар Перехода взяла на себя жертва.

Не переставая читать заклинание, граф вытянул вперёд правую руку с зажатым в ней жертвенным ножом. С обсидианового лезвия на искусно вычерченный многогранник, состоявший из множества рисунков и украшенный светящимися символами, начали медленно скатываться кровавые капли. Каждая из них ударялась точно в центр нужных знаков и начинала гореть ярким пламенем, меняющим свой цвет от красного к фиолетовому, проходя сквозь все оттенки радуги. Глаза графа были закрыты, но ни одна капля не пролетела мимо.

Кап… Кап… Сквозь речитатив заклинателя слышались влажные шлепки по камню, наполняя сердце Виталиано торжеством. Не прерывая песню, он считал удары, от которых зависела его дальнейшая судьба. Четыре… Шесть… Десять! Полный круг! Ритуальный нож дрогнул в последний раз и перестал жечь руку. Кровь, защитной плёнкой покрывавшая чародея, перестала дымиться и осыпалась невесомым пеплом.

Граф постоял с закрытыми глазами, прислушиваясь к утихающей боли. Он всегда любил этот момент. Вот сбоку раздался чей-то стон, позади охнула женщина, мужской голос пробормотал ругательство, кто-то вскрикнул, прозвучал невнятный вопрос. Недоумение в голосах сменилось паникой, потом болью, и на графа обрушился водопад выкриков, в которых слышались страх и мольба. Потом всё резко стихло.

Виталиано раскрыл глаза, огляделся и не смог сдержать торжествующего смеха. Получилось! В каменных нишах стояли обнажённые фигуры. Голубоватый туман не давал им пошевелиться, сгущаясь каждый раз, когда они пытались напрячь мышцы. Он же хлыстом бил по нервам пришельцев, ясно давая понять, что стоять нужно смирно. Потом голубая дымка вошла в их лёгкие, затуманила сознание и погрузила их в транс, лишив воли к сопротивлению.

Маг покинул место призывателя и ковыляющей походкой прошёлся по кругу, вглядываясь в добычу. Улов был хорош, никаких младенцев или стариков, только мужчины и женщины средних лет, скорее даже молодых, за исключением одного смерда с обильной сединой в волосах.

Большая часть призванных тупо смотрела перед собой, а кто-то вяло провожал взглядом старика с изуродованными лицом и руками, бессмысленно таращась на ритуальный клинок. Оглушённые туманом, они не осознавали, что их ждёт.

Граф остановился перед одной из таких фигур. Молодая девица, крепкое тело, хорошо развитые мышцы, довольно симпатичная. Правда, кожу уже успела изуродовать татуировками, но это даже к лучшему. Сама выделилась, хе-хе… Недурственный экземпляр, не будь она предназначена для иных целей, с выгодой сбагрил бы пиратам, а те перепродали бы их за Узким морем. Но нет, не всё в мирах можно измерить деньгами. Время, например. Или молодость. Или знания, которые даруют Виталиано и деньги, и молодость.

Граф почувствовал, как его охватывает возбуждение, когда заглянул в глаза иномирянке и увидел там отблески сознания. Сильная, сопротивляется. Ему всегда нравилось видеть истинные эмоции в глазах жертв, поэтому он никогда не затыкал им рот, не завязывал глаза, наслаждаясь каждым криком, каждым взглядом. Жаль, сегодня развлечься не получится, не тот случай.