Дорога к магии без легких шагов (СИ) - "Strelok" - Страница 10

Некоторые травы слабо светились в темноте, не ярко, как тлеющие угли. У дальнего угла висели шкурки зверей, на полу лежали кости.

Крупные и мелкие, скорее всего, шаман использовал их для своих ритуалов. В центре пещеры стояла низкая каменная плита, испещренная кругами и выцарапанными линиями. Это был, без сомнения, ритуальный стол, на нем странный шар размером с кулак, будто созданный из слоев засушенной травы.

Олег стоял посреди этого странного пространства и ощущал себя в сердце какого-то древнего природного храма. Он мысленно отметил:

«„Это не жалкие суеверия, оно может работать.“»

Шаман, вошедший следом, хлопнул по плите ладонью довольно ухмыльнулся:

— Добро пожаловать, людик. Это место силы. Тут мы думаем, колдуем и иногда взрываемся. Не ссы, бух-бух случается редко.

— Я так и понял.

— Тя как звать?

— Кан… не, лучше Олег.

Шаман поморщился.

— Будешь Каном. Легче запомнить… Я Хар, главный тут в округе. Никогда на моей памяти людик не просился к ягуаям.

— Значит, буду первым, -пожал плечами Олег. — Всем будет лучше. У твоего племени появится дополнительный боец, а я научусь магии.

— Че ты к нам-то пошел? У людиков есть эти… учителя, школы… мону… монастыри.

— Никто не станет обучать бесталанного крестьянина, да и мне свобода нравится больше, чем в полях горбатиться.

— А если магии тебя нельзя обучить? -прищурился вождь и шаман. — Че будешь делать?

— Все равно лучше пока у вас поживу, там видно будет

Хар расплылся в счастливой улыбке.

— Даже людик без магии племени полезен. Сядь.

Олег положил на землю свой мешок и уселся на него, оказавшись на одном уровне с низкорослым гоблином.

— Сел.

— Я тя щас проверю на сульку, есть ли она в твоем вжихе.

— Чего? -не понял Олег.

— Просто сиди тихо, не перди, не рыгай, не болтай, пока не разрешу.

— Понял.

Он догадался, что собрался делать шаман — проверять его на наличие магического дара. А непонятная «„сулька“„, “„вжих“» являются специфическими гоблинскими терминами.

Хар взял один из горшков, макнул пальцем в глину и начал то-то малевать на лбу. После подошел вплотную, коснулся лбом головы Олега, закрыл глаза, что-то буркнул себе под нос, потом положил правую ладонь Олегу на грудь. Парень вздрогнул, кожа на руке шамана вдруг словно заискрилась, будто пропиталась электричеством. Секунда и разряд прокатился по всему телу, от ключиц до живота.

Потом тепло, словно в живот влили кружку горячего чая.

Это тепло разлилось вверх, в затылок, затем куда-то в позвоночник. Олег не успел понять, что происходит, сознание погрузилось в совсем другую плоскость. Пространство превратилось в калейдоскоп.

Он увидел себя со стороны, тело будто разделилось на слои и оболочки. Первая была телесная, но прозрачная, как хрусталь. Вторая — сине-зеленая, похожая на призрачный силуэт, с переплетенный сосудами из света.

А в груди этой фантомной оболочки пульсировал светло-фиолетовый сгусток — призрачное сердце, насыщенное, и внутри будто пульсировала зарождающаяся сверхновая.

Олег моргнул, видение пропало, он и увидел перед собой довольную морду Хара. Шаман убрал ладонь, протер пальцами собственный лоб и тихо выдохнул.

— У тебя там… раздвоенок сидит. Душа одна, но людиков двое в башке. Вы как бы вместе, но не вместе. Очень странно. Может и хорошо, а может и взрыв будет забавный, если я тя учить начну.

Олег понял, что здесь скрывать бессмысленно, и спокойно сказал:

— Это не первая моя жизнь. После удара молнии в конце осени я вспомнил, кем был раньше.

Хар кивнул, даже не удивившись, будто услышал нечто обыденное.

— У ягуая такое иногда бывает. Молодой выходит из яйца, а говорит, что раньше жил уже. Прежние кости помнит, прежние охоты. Смешно бывает, заново учить не нужно. Значит, у людиков тоже может… Ладно, херня не страшная. Главное, что внутри вижу.

Олег затаил дыхание.

— И что там?

Хар широко ухмыльнулся.

— Вжих есть. Прям почти проснулся. Надо только дровишки подкинуть, чтоб костер загорелся. Тогда и магия пойдет. Ты, людик Кан, не пустой внутри. Совсем даже не пустой.

Олег буквально подскочил на месте от восторга. Все, что он делал последние месяцы — медитации, поедание магических цветов, попытки понять собственное тело, все оказалось не зря.

— Значит, у меня есть шанс?

Хар хлопнул его по плечу.

— Не шанс, а целая куча. Ты принят в племя, людик, ты будешь моим учеником.

Олег еще не успел привыкнуть к словам о принятии, когда задал вопрос, который напрашивался сам собой.

— А ты не учишь других ягуаев? У вас же свои есть. Разве так не проще?

Хар фыркнул, как старый дед.

— Эти? Ха! Из тех, что хоть немного талант имеет, почти каждый уж больно тупой. Вжих есть, башки нет. Они если учить, все перепутают. Потом побегут, что-нибудь взорвут, и я новый дом и племя себе ищи. Мне оно не надо. А ты умный. Ты слушать умеешь, думать умеешь. Людик, который думает — лучше ягуая, который думает плохо.

Он уселся на корточки перед Олегом, положил ладонь на свою грудь и сказал:

— Я много знаю. Но учить можно только тому, кто понимать может. Ты вроде понимать можешь. Значит, толк будет.

Олег почувствовал странную гордость.

— Спасибо. Постараюсь быть полезным вашему племени.

Хар отмахнулся по-человечески, будто ему надоели благодарности.

— Да ладно тебе, людик. Племени польза — это хорошо, но главное — твою магию поднять. Ты мне будешь больше ученик, чем прислужник, но все равно скажу: тупить будешь — пендаля дам, колдовского, болючие нарывы на заднице будут и понос. Если слушаться будешь, магия будет, станешь самым крутым среди ягуаев… и людиков, которые без магии

— Годится.

Он щурился, изучая лицо Олега, словно пытаясь понять скрытые мотивы. Потом хмыкнул.

— У меня один вопрос, людик. Тебе… не западло? Ягуай учителем будет, людик на побегушках? Не стыдно?

Олег пожал плечами.

— Силе все равно, откуда она, а мне тем более. Я хочу учиться. От кого, не важно. Главное, чтобы это работало.

Хар довольно осклабился.

— Вот! Правильный людик. Мудрый. Я таких люблю. Ладно. Меньше болтаем, больше делаем. Завтра начнем, сейчас мозги твои лучше не трогать, они после видения как лапша.

Олег улыбнулся, не веря своей удаче. Шаман встал и жестом велел Олегу последовать за ним к маленькому кострищу в дальнем углу пещеры.

— Тут сидеть и думать. Я вжих разглядывать люблю, когда кто сидит. От тебя теперь много дымки будет. Хороший дымок. Умный.

Олег сел, чувствуя, как тепло костра приятно согревает ноги. Он впервые за долгое время ощутил странное чувство безопасности. Смешно: среди гоблинов, в пещере, заваленной костями и сушеными жабами, он чувствовал себя лучше, чем среди людей Империи. Или просто ягуаи оказались честнее. Шаман подошел ближе, ткнул его посохом в плечо и сказал:

— Завтра мы посмотрим, как дать твоему вжиху пинка, чтоб он проснулся как следует.

Хар вышел из своей пещеры, громко стуча посохом о камни, специально создавая вокруг себя важный шум. Гоблины мгновенно подтянулись со всех сторон: кто-то вывалился из боковой расщелины, один вылез из-под перевернутой корзины, другой выкарабкался из груды костей, где, кажется, просто спал. Толпа быстро собралась, десятка три зеленых морд, уши навострены, глаза блестят, каждый о чем-то шепчется. Хар поднял посох и рявкнул:

— Тихо, тупицы! У меня объявление!

Гоблины мгновенно притихли. Даже те двое, что минуту назад дрались из-за тухлой кости, сидели как паиньки. Хар торжественно ткнул посохом в сторону Олега:

— Людик Кан теперь наш! Принят в племя и мой ученик!

На секунду наступила тишина. Потом гоблины взорвались визжащими воплями. Кто-то подпрыгивал, кто-то хлопал себя по животу, трое пытались обнять Гуха, четверо свалились в кучу и начали кататься по земле, даже не понимая, зачем. Олег так и не понял, что это было, настоящая радость или просто цепная реакция от того, что Хар сказал громко и уверенно. Но, главное, его точно больше не собирались есть. Гух подошел и торжественно протянул Олегу грязную лапу с кривыми пальцами.