Ведьма для ректора, или Контракт с Чудовищем - Дари Адриана - Страница 10

Что я могла объяснить, если сама не знала? Точнее, догадывалась, но кто бы меня стал слушать? Директор молча поставил магическую печать на документе, и уже на следующий день я ехала в пансион д’Ори.

Настоящее время

Я снова стояла перед ухмыляющейся Сереной, как несчастная школьница, которую обвинили в воровстве. Мне только оставалось надеяться, что свой кулон она не взяла.

— Серена, — прогромыхал голос ректора, — закрой свой рот и прояви уважение к нашему новому преподавателю — соне Иллидии Ирис.

Мне показалось, что челюсть у драконицы готова была с грохотом упасть на пол. Но она приосанилась и посмотрела на меня сверху вниз:

— Так это та самая…

Как бальзам на сердце, честное слово, что осталась в их памяти надолго. Но видимо, Серене тогда мало досталось из-за амулета. Вот и не знаю, что она хотела обо мне сказать, но её прервал Чудовище:

— Если твой лимит хороших слов на сегодня исчерпан, Серена, можешь идти, — рявкнул он, так что сразу стало понятно, что это — не предложение, а предупреждение. — А насчет свадьбы, можешь узнать у своего отца. Я давно ему все документы отослал.

Мои губы искривились в усмешке. Что? Теперь он пробует меня защищать? Благотворительностью, как Серена выразилась, занялся?

— Да нет, что вы, господин ректор, кто я такая, чтобы прерывать свидание истинных, — процедила я. — Я пойду, пожалуй.

Буквально бросив документы Чудовищу на стол, я выскочила из кабинета, провожаемая разъяренным взглядом Серены. Чтоб у неё брови колосились, как пшеница в августе!

В памяти совершенно не осталось, как я добралась до своей комнаты. Обида и возмущение застилали глаза. Влетела внутрь и громко захлопнула дверь. Чудовище бессовестное! И пара у него под стать!

Я села за стол и достала бумагу и перо. Хотелось с кем-то поделиться всем, что со мной произошло за последние два дня. Точнее — с единственным человеком, которому было не наплевать на меня:

“Привет, дорогой Ч!

Я послушалась твоего совета и пошла работать в академию, потому что, как ты и предупреждал, со старой работы меня уволили и денег не заплатили.

Милый Ч, не обладаешь ли ты магией предсказаний, случайно?

Теперь у меня есть бесплатная крыша над головой, сытная еда и своя собственная лаборатория. Помнишь, сколько раз я тебе рассказывала, как я о ней мечтаю?

Так вот, мечта сбылась. Только ректор академии — Чудовище, легко и с удовольствием делающее больно. Впрочем, я тебе уже рассказывала о своём отношении к нему.

Как бы я хотела, чтобы ты смог приехать! Как проходит твоя командировка?

Илли”.

Я запечатала письмо в конверт, нарисовала на нём символы с метки адресата, и оно с тихим хлопком исчезло. Сейчас, как никогда, хотелось наконец-то встретиться с ним. Тем более, что я была в его родном городе.

Ну, ничего страшного! Вот закончится его командировка, и обязательно сразу встретимся. Наверное, мне даже будет всё равно, как он выглядит, я так сильно привыкла к своему таинственному Ч.

С мыслями о письме, скорой встрече и том, какое новое проклятье придумать Чудовищу, я погрузилась в сон.

***

Утром, сразу после завтрака, я готовила все составные части простейшего бытового артефакта для очистки одежды, когда ко мне в лабораторию вошёл ректор.

— Доброе утро, сона Ирис, — хмуро сказал он.

— А по вам и не скажешь, что оно доброе, — отозвалась я.

Он определенно не выспался: темные круги под глазами, усталый взгляд и растрепанные волосы.

— Что, истинная спать мешала? — съехидничала я и довольно улыбнулась: наверняка ведь проклятие сработало. Мои “пожелания” редко промахиваются.

— Сона Ирис, нам надо поговорить, — сказал ректор.

Глава 11

— Есть какие-то претензии к моим документам? — Я, наконец, закончила подготовку к первому занятию и подняла ящик с деталями.

— Нет, — Чудовище сдвинул брови. — Вы выпросили у меня аспиранта, чтобы самой таскать ящики?

Эдгарн потянулся, чтобы забрать у меня мои материалы, и сделал шаг вперёд.

— Он лёгкий, господин ректор, — я непроизвольно отошла от него и отвела ящик в сторону, задев рукой опасную коробку с артефактами.

Она начала соскальзывать со стола. Резко взмахнув рукой, дракон удержал коробку в воздухе. Но, несмотря на это, видимо, грубая встряска повредила один из артефактов. Из коробки послышалось шипение, лабораторию пронзили несколько лучей.

Стремительно вырастая в размерах, над столом появилась голова какого-то существа, которое плотоядно уставилось на меня. Оно было похоже на огромного удава, и заполняло собой постепенно всю лабораторию.

Внутри всё похолодело. Ой, мамочки, вот и поговорили с ректором.

Громкое рычание заставило меня вздрогнуть. Я сначала подумала, что рычит это существо, но оказалось — Чудовище. Он рывком переместился, закрыв меня, и обхватил моё лицо ладонями.

Эдгарн держал меня так, чтобы я могла смотреть только на него. Его лицо оказалось так близко, что я на мгновение забыла, что снаружи находится опасный зачарованный монстр из артефакта. И лишь краем глаза я увидела, что теперь существо полностью переключило своё внимание на ректора.

— Откуда в вашей лаборатории Хранитель Василиска? — обеспокоенно, немного раздраженно спросил ректор, буравя меня взглядом.

Сама хотела бы знать, откуда предыдущий преподаватель взял запрещённый артефакт. Я скосила взгляд, чтобы рассмотреть внимательнее существо.

— Не смотри! — рыкнул дракон. — Ты мне живая нужна…

В смысле нужна? Я что, какой-то предмет, чтобы говорить обо мне, что я «нужна»? Закипая от возмущения, я смотрела во взволнованные бирюзовые глаза и понимала, что зачарована ими не меньше, чем меня мог зачаровать Василиск.

В этот момент змея резко опустила голову, атакуя Эдгарна. Я-то это могла видеть, а он — нет!

— Осторожно! — воскликнула я и выронила ящик с материалами для занятия.

Глаза ректора блеснули, зрачок в мгновение стал вертикальным. Василиск натолкнулся на невидимый барьер и зашипел от неожиданности.

Эдгарн подхватил меня на руки и в два огромных прыжка оказался за лабораторным столом. Он опустился на пол так, чтобы змей не мог нас видеть.

— Сиди и не высовывайся, — скомандовал он. — Нужно его обезвредить, пока он не вошёл в полную силу.

Я слышала яростное шипение и грохот переворачиваемых приборов и ящиков. От этих звуков по спине бежали мурашки страха, а сердце заныло от обиды, что портятся важные артефакты и приспособления. Ну вот, зря вчера с Петрусом разбирались.

— Вы мне сейчас всю лабораторию разнесёте! — робко возразила я.

— Если не расправиться с Василиском сейчас, то тебе уже не нужна будет лаборатория. И мне ничего не нужно будет, — строго сказал Эдгарн и, сформировав на одной ладони ледяной шар, а на другой — огненный, вышел из-за стола.

Не знала, что он настолько силен, что может не просто использовать и ледяную, и огненную силу, так ещё и делать это одновременно! Я с восхищением смотрела, как Эдгарн сплел два шара в один невероятный вихрь из голубых и ярко-оранжевых потоков и запустил в змея.

Раздалось возмущенное шипение, переходящее в хрип, за ним грохот, и стол, за которым я спряталась, содрогнулся от удара и треснул. От него отлетело несколько щепок, задев меня и больно царапнув шею. Я взвизгнула и, запаниковав, что моё укрытие сейчас развалится, побежала. Хрип приблизился и уже был слышен прямо над моей головой.

— Илли! — с громким криком Эдгарн сбил меня с ног, плотно прижав к полу.

Змей распахнул пасть, чтобы сомкнуть её на теле Чудовища. Но ректор извернулся, и новое сплетение контрастных магических потоков отправил как раз в распахнутый рот Василиска. Раздалось утробное урчание, змей дернулся, сначала будто раскалился докрасна, потом покрылся ледяной коркой, и с грохотом обрушился на нас.

Я зажмурилась, ожидая скорую кончину от того, что меня раздавит огромной тушей Василиска. Когда я открыла глаза, увидела, что ректор успел накрыть нас защитным куполом.