Девочка с веслом, или личный друг домового (СИ) - "Сербский" - Страница 64

— И когда можно глянуть? — Глафира превратилась в слух.

— Да хоть сейчас, — Нина Ивановна запнулась. — Только там не убрано. Как на море уехала, с тех пор дома и не была.

Катя перебила их:

— Бабушки, это потом. Сходим, пыль протрем, и включим. Что за механик, Нина?

Захарова встрепенулась:

— Сухлоев Сергей, подполковник запаса. Год назад направили его в служебную командировку, во Вьетнам. Служил Сережа там недолго — угодил под бомбежку. Дольше в госпитале лежал, весь пораненный. В конце концов, списали мужика вчистую. Вот он сюда вернулся, и в своем батальоне на работу устроился, радиостанции чинить.

— Хороший человек? — прищурилась Катя.

— Очень хороший! — Захарова почему-то снова покраснела. — Но обсудить, конечно, надо.

— Так-так, — молвила Катя после коротких раздумий. — Да, обсудить надо. Старшине Гюльнаре звякну, поболтаем. Барышни с узла связи всё про всех знают… Поварих в столовой расспрошу. А тебе, Федор Кузьмич, срочное задание. Надо залезть в штаб радиотехнического батальона, и найти личное дело Сухлоева.

— Сделаю, — солидно кивнул домовой. — Только, боярыня, смотри: с возвратом!

— Конечно, — отмахнулась Катя.

— Там будет два личных дела, — вмешалась Захарова. — Одно военнослужащего, подполковника Сухлоева, а второе — гражданского служащего Сухлоева. Неси оба.

— Федька, чего сидим? Давай, бегом, — буркнула Марфа. Потом перевела взгляд на Захарову. Грозный голос сменился сладким: — А мы пойдем к барыне домой, на телевизор посмотрим. Заодно ноги разомнем.

И уже прежним тоном добавила:

— В общем, туда принесешь, понял?

Зашуганный Федор кивнул и побежал собираться.

Тем временем Нина Ивановна засомневалась.

— Далековато, — задумалась она. — Отсюда до моего дома метров сто будет. А как не дойду? На дороге валяться не дело, товарищи не поймут.

— Не дрейфь, Нина, — барабашка запрыгнула ей на плечо. — Если что, я тебя подхвачу. Флюгель! Птичка, летим со мной?

— Чего? — изогнула бровь Захарова. — Ты меня поднимешь?

— Запросто! — фея рассмеялась серебристым смехом. — Схвачу за шиворот, и флиген. Нах ауф!

Наташка немедленно продемонстрировала свои умения — сильно поднатужилась. Так надула щеки, что те покраснели. Прозрачные стрекозиные крылья грозно зажужжали, и Захарова явственно приподнялась над стулом.

— Ну что? — пропыхтела Наташка.

Насчет «запросто» фея явно погорячилась. Захарова хоть и похудела изрядно, но в теле оставалась. Сейчас Наташка напоминала грузовой вертолет Ми-6, который пытается поднять танк Т-72.

— Отпусти! — хватаясь за край стола, заверещала Нина Ивановна.

Не то что бы она перепугалась, но поразилась точно. Тем более, халат начал потрескивать.

— Вау! — прошептала Настя, как громом пораженная. — Господи боже мой!

Прекратив взлетные усилия, фея выдохнула:

— Только вот халатик у тебя хилый, Нина. Ситец? Может порваться. Ты надень жилетку покрепче. Или кожушок какой, — Наташка пролопотала длинную фразу по-немецки, и тут же перевела: — Теряя деньги, ты ничего не теряешь. А теряя мужество, ты теряешь все. Не бойся, полетели! Все будет абгемахт.

— Ага! — скептически поджала губы Катя. — Ты еще предложи ей метлу в руки взять. Что люди скажут?

Захарова нахмурилась.

— Нет уж, — решила она. — Не буду я в кожухе летом щеголять! Как-нибудь на костылях дошкандыляю. Пошли, Катя.

Глава 53

Глава пятьдесят третья, которая неожиданно совпала с эпилогом

Боевых духов я собрал в саду под навесом. Сборный женский отряд убыл по своим телевизионным делам, и ничего не мешало нам провести планерку.

— Мир вам, орки! — начал я свой спич. — Ну что, братцы-кролики, лет ми спик фром май харт ин инглиш?

Весь отряд уставился на меня с немым вопросом. Что же, полдела сделано: внимание общества привлечено. Ястреб с Вороном подняли головы, а Пес бросил грызть косточку и вывалил язык.

— Чего? — выразил он общее мнение.

— Да так, навеяло, — отмахнулся я. — Бойцы! Давайте обсудим сложившуюся ситуацию.

— Давайте, — кивнул Ворон.

В этой компании он демонстрировал явного лидера.

— Коллекционера мы не нашли,— начал я, — зато обрели неприятности на свою задницу.

— И лапу, — буркнул Кот.

— И казну! — вылез Федор.

Шустрый домовой мигом сбегал в штаб, потом к Захаровой, и успел обратно. И теперь с иголкой в руке портняжничал — штопал порез на своем кафтане. Орудовал прямо так, не снимая. Вот зря он так делает. Зашивая одежду на себе, можно память зашить.

И радость Федора по поводу казны разделять я не стал:

— Неприятности в себя впустить просто. А вот избавиться иногда невозможно. Эту казну разбойники искать будут со всем прилежанием.

— Сначала искать они станут казначея, — проклекотал ястреб. — И искать будут не здесь.

— Это почему? — невольно вырвалось у меня.

— А казначей прощальную записку написал: уезжаю, мол, в теплые края.

Ястреб переглянулся с вороном, и они затряслись, забулькали. Эти звуки мне были знакомы — так боевые птицы изображают смех.

— Вы его отпустили, что ли? — продолжал недоумевать я.

— Не совсем… Он в выгребной яме утопился. После того, как частично сгорел.

Настя сидела тихой мышкой, впитывая информацию. Ох, кажется мне, это недолго продлится. Любопытная Варвара не даст мне покоя со своими вопросами. И ведь не спрячешься никуда…

— Давай без этих подробностей, Василий Иванович, — начал закипать я. — Говори по существу.

— Если коротко, то план был такой: казну забрать, казначея убрать, а разбойников навести на ложный след. Якобы казначей тоже смылся, уехал вслед за главарем незнамо куда.

— Хм… — продолжал сомневаться я. — А если они главаря разыщут?

— Пусть! — хмыкнул ястреб. — Очень даже хорошо.

— Так даже лучше, — добавил Ворон. — Нам работы меньше. Главаря они грохнут, деньги заберут обратно. Заодно коллекцию монет вернут на родину. Я очень люблю эти монеты. Прямо сроднился, думая о них. И когда-нибудь к этому вопросу мы вернемся.

— Хм… — такое далеко идущее планирование меня удивило.

— А то, что золотишко пропало… — Ворон блеснул хитрым взглядом. — Кто ж его знает, куда оно пропало?

— А свидетели? — указал я на след, вполне возможный.

— Иных уж нет, а те далече, — ястреб пожал плечами.

— Какие свидетели? — зевнул Пес, поясняя эту мысль. — Кто их видел? А кто нас видел, тот не скажет. Стрелять они вздумали… Ага. Я не злопамятный. Съел и забыл.

— Что кошке игрушки, то для мышки конец, — отрезал Кот и прикрыл глаз.

Что ж, пришлось мне признать: логично выстроили операцию боевые духи. Ходы продумали. Хвосты почистили.

— Кстати, Жорик, а чем вы там питались? — небрежно поинтересовался я.

Пес облизнулся:

— Так там же частный сектор везде, боярин. Натуральная деревня, и в каждом дворе курятник. Разбойники ведь тоже люди. Вкусно кушать хотят часто, чуть ли не каждый день. Теперь в Плесецке курей стало меньше. Впрочем, их хозяевам сейчас вообще ничего не нужно.

— Хорошие курочки были, — поддакнул Кот. — Вкуснее разбойников.

Ладно, подумал я. С этим понятно. Поломали разбойникам всю малину, и заодно самих злобных бандитов извели. Вроде бы чисто…

— Переходим ко второму вопросу, — сказал я вслух. — На кону образовалось три литра золотых колец. Не было ни гроша, да вдруг алтын! Как делить будем? Поровну или по-честному?

Ворон выступил вперед:

— Тут все просто, боярин. В моем отряде трое: я, Жорик и Рыжий. Это три доли. Василия Ивановича ты старшим поставил, значит, ему две доли. И домовой Федор. Выходит шесть долей.

— А меня ты не считаешь? — неискренне удивился я.

— Боярин, ты же ангел, зачем тебе? — Пес вывалил язык.

Такие поползновения давить следовало на корню. И я резко выступил:

— А чтобы было! Понятно? Ангел-хранитель я исключительно для Насти. А для вас я — мама, бог, и воинский начальник! И зовите меня проще: товарищ полковник. Можно совсем просто: командир.