Путь Наставника (СИ) - Ан Игорь - Страница 31

Куцый замолчал. Опустил голову. Плечи его опустились, и я снова увидел в нём того забитого, сломленного ребёнка, каким он, наверное, и был.

— Рассказывай, — сказал я спокойно. — Всё по порядку. А ты, Гриша, не перебивай. Пусть выскажется.

Куцый поднял на меня глаза, словно проверяя, не издеваюсь ли я. Но я смотрел серьёзно, и он начал:

— Я в шайке Мостовиков был. Жили мы под большим мостом через Грязную речку, на северной окраине. Не знаю, слышали вы про таких или нет…

— Слышали, — перебил Гриша, но в его голосе уже не было прежней агрессии. Просто констатация факта. — Отморозки ещё те. Говорят, они и своих не жалеют.

Куцый кивнул, и я увидел, как его лицо напряглось.

— Было всякое, — сказал он. — Я туда совсем мелким попал. Думал, там меня приютят, накормят. А они… они просто использовали! На дело посылали. Пока всё по мелочи было, я соглашался. А как по серьёзному всё началось, тогда понял — не могу я. Красть, людей калечить… не по мне это. И отказался. Просто хотел уйти от них.

Он замолчал, сжал кулаки.

— И что? — спросил Гриша.

— И меня назвали предателем. Сказали, что я сдал их чёрным. Хотя я никому ничего не говорил… Просто не пошёл на дело. А им нужен было кто-то крайний. Чтоб остальные боялись. Вот…

Он говорил тихо, но я слышал в его голосе искренность.

— Убить меня хотели… в назидание. Так что я сбежал. Перебрался сюда вот, где Мостовики не промышляют. Устроился к угольщику. За еду. Он держит меня, потому что я дёшево стою. Но лучше так, чем с теми, кто в любой момент нож в спину всадить может. А назвал мастер меня так, потому что я сам по глупости ему всё рассказал. И он, кажется, не поверил.

Я слушал и думал.

История могла быть правдой или нет, но в глазах Куцего я видел то, чему научился доверять за годы работы с детьми. Желание. Простое, человеческое желание — чтобы кто-то поверил тебе.

— Врёт он, — сказал Гриша, но в его голосе уже не было прежней уверенности. Он смотрел на меня, ожидая решения.

Я вздохнул.

Я вспомнил Серёжу Малышева. Того самого, который сейчас работал программистом в Москве и звонил мне раз в месяц. Он тоже пришёл ко мне в секцию после того, как его обвинили в краже мобильника у одноклассника. А он не крал — его подставили. Выяснилось это гораздо позже, но верить ему никто не хотел. Ни классный руководитель, ни директор, ни участковый, ни даже родная мать, которая схватилась за голову и причитала: «Господи, за что мне такое наказание?» Я тогда сказал: «Я верю тебе. Но докажи, что я прав». И он доказал. У него получилось.

— У каждого есть право на ошибку, — сказал я. — И на второй шанс.

Гриша открыл рот, чтобы возразить, но я поднял руку.

— Вина не доказана. А значит — предатель он или нет, мы не знаем. Я дам ему шанс. Если он его использует во благо — хорошо. Если нет — я сам решу, что с ним делать. Это моё решение и моя ответственность.

Куцый посмотрел на меня, и в его взгляде мелькнула благодарность, смешанная с удивлением. А ещё надежда.

И в тот же миг перед глазами вспыхнули строки.

[Внимание! Устанавливается вторая связь]

[Связь «Наставник — Ученик»: сформирована]

[Ученик: Куцый]

[Показатели ученика: ]

[- Личная сила: 4 (из 100)]

[- Благополучие: 1 (из 100) (критически низкое)]

[- Здоровье: 23% (истощение, переохлаждение)]

Я почти физически ощутил, как что-то изменилось. Если в первый раз, когда устанавливалась связь с Гришей, я был в шоке и едва соображал, то сейчас я смог «прочувствовать» процесс. Система словно протянула невидимую ниточку от меня к Куцему. Да, сейчас эта ниточка была тонкой, едва ли толще паутинки, но я её чувствовал.

[Ученик: Куцый. Прогресс связи: 1%]

[Бонус наставнику: +5 Очков Наставления (новая связь наставник-ученик). Всего: 60 ОН]

— А если, мы приведём его в котельную, а он сдаст всех? — не сдавался Гриша. — Тоже твоя ответственность будет?

Ответить я не успел.

— Я не пойду ни в какую котельную. И знать не хочу, где она. Я вообще никогда-никогда больше не вступлю в банду!

Я улыбнулся такой порывистой отповеди и сказал:

— Вот видишь, проблема решена.

Гриша почесал затылок.

— Ну, если только так…

Было немного забавно видеть эти препирательства. Понимают ли эти пацаны, что отныне оба связаны со мной, а я с ними?

— Так ты научишь меня? — не веря сам себе, спросил Куцый.

— Научу, но это не так быстро и просто. Для начала надо решать вопрос с Марфой, — сказал я, возвращаясь к реальности.

Честно говоря, я надеялся, что Куцый сможет предложить что-нибудь. Ведь мы с Гришей явно зашли в тупик.

— Что за проблема? — спросил Куцый.

Я повернулся к нему.

— Ты можешь помочь? Может, есть способ заполучить полмешка угля, не привлекая внимания?

Куцый покачал головой.

— Нет. Мастер теперь начеку. После того как у нас… ну… ты, — он покосился на меня, — украл мешок, мастер глаз не спускает с товара. Если что-то пропадёт, он сразу заметит. И накажет меня.

В этом я и не сомневался. Просто хотелось верить, что есть какой-то способ.

— И у нас нет денег, — добавил Гриша. — Совсем.

Мы замолчали. Я перебирал варианты в голове, но ни одного разумного не было. Ни одного. Я слишком плохо знал этот мир, чтобы хоть что-то придумать.

— Может, наймёмся к кому-то прямо здесь? — предложил Гриша. — Вон, в том доме… Смотри, там вроде окна целые. Может, живёт кто. Давай в двери постучим.

Я посмотрел на дом, куда показывал Гриша. Грязная дверь, которую, похоже, очень давно не открывали. Да, окна были не выбиты, но в этом проулке — это, скорее, норма.

— А что, если… — начал Куцый, но замолчал.

— Что, если? — спросил я.

Он посмотрел на меня и покачал головой.

— Нет. Это глупость. Неважно.

— Рассказывай, — подбодрил я Куцего.

— Слушай, — вдруг произнёс Гриша, — а, может, к кому-то просто на улице подойти? Мы довольно чистые. На… хм… Куцем нарукавники и вообще, он похож на подмастерья.

Это действительно могло дать нам пару баллов в плюс. Если бы вокруг были люди.

— Куцый, — произнёс я, — а у вас всегда так пусто? Почему никого нет?

Куцый огляделся, будто первый раз видел этот проулок.

— Вообще, странно. Обычно люди есть. Покупатели… всякие. Немного, но ходят.

— Тогда в чём дело?

— Грядёт что-то, — на миг замерев, словно задумавшись, произнёс Куцый.

— Ты о чём?

— Дед у меня был ведающий. Ну, может, и не совсем. Но он чувствовал, когда может что-то случиться. Мне тоже дар передался… немного.

— Брехня это! — рассмеялся Гриша. — Не бывает такого. Да и что грядёт?

Я прислушался к ощущениям. Странно, что не заметил раньше. Сейчас, когда Куцый произнёс это, мне стало казаться, будто в воздухе и впрямь висит какая-то тоска. Словно сама природа готовится к чему-то. Не знаю. Такое бывало и в моём мире. Духота — к дождю. Ветер — к смене погоды. Приметы? Да, но они не на пустом месте. Вот только тут было немного иначе. Как будто сердце замирает на миг, пропуская удары и так несколько раз. И я чувствовал это будто ломоту в костях, будто тяжесть в груди. И если ветер и духота — признаки приближающейся непогоды, которая вот-вот нагрянет, то здесь — это ожидание. Но не близкое, не сиюминутное. Но очень реальное.

— Не знаю! — тут же вспылил Куцый. — Но дед взаправду чувствовал. Когда последний Костолом пришёл, он заранее сказал. Несколько человек тогда спас.

— Пф-ф! Заливаешь! — не сдавался Гриша. — И вообще, когда это было? Костолом! Тоже мне! Сказки для детей!

— Тихо! — повысил я голос, но лишь потому, что от входа в проулок послышались звуки, будто бы кто-то побрякивал и поскрипывал цепями.

Гриша, выпучив глаза, замер с открытым ртом, а Куцый и вовсе прислонился к стенке, словно ноги его не держали.

Из-за угла, лязгая пустыми вёдрами и переругиваясь, вывалилась четвёрка подростков. Я узнал их сразу — котельники. Те, кого Кость отправил утром в Скотский переулок за обрезками. Впереди шёл Бивень.