Ночная танцовщица - Брэдшоу Эмили - Страница 14

– Можешь записать свои услуги на мой счет. Мэгги изумленно посмотрела на него, но ничего не сказала.

– И с этих пор, котенок Мэгги, когда тебе захочется заняться старым ремеслом, можешь ограничить себя одним клиентом. Мною. Теперь я понимаю, что ты никогда не станешь светской дамой. Но, по крайней мере, мы сохраним от всех в секрете, кто ты на самом деле, – девушка по-прежнему не отвечала. – А теперь одевайся, чтобы мы могли попрощаться с хозяевами. Думаю, за одну ночь ты показала все свои светские манеры.

Мэгги шумно спустилась по лестнице и ворвалась в гостиную. Луиза едва поспевала за девушкой и только беспомощно разводила руками. Ей едва удалось протиснуться в дверь, которую Мэгги захлопнула за собой.

– Вы знаете, что означает fiance’? – требовательно спросила девушка.

Кристофер и Питер отвлеклись от чтения. Солнечные лучи пригревали сквозь стекло. Питер покраснел. Лицо Кристофера превратилось в ничего не выражающую маску.

– Луиза мне только что рассказала. Это значит женитьба! – чуть не кричала Мэгги. С позором привезенная домой, кипя от злости полночи и все утро, она наконец-таки спросила Луизу, что означает странное слово «fiance’». – Женитьба! Ты никогда, НИКОГДА ничего не говорил о том, что женитьба – часть этой сделки!

Кристофер был невозмутим.

– Насколько мне помнится, я говорил, что детали соглашения обсудим позднее. Кажется, ты была с этим согласна.

– И когда же вы собирались рассказать обо всем? Змея! Подлец! Жалкий, подлый обманщик! Трусливый пес!

– Видимо, на банкете у Тейбора кто-то сообщил тебе об этом, ну что ж, значит, пришло время все обсудить.

Подумать только, она уже почти доверяла этому человеку! Он даже начал ей нравиться, в холодных глазах Мэгги уже видела чувственность, а в улыбке – доброту. Но тут Кристофер решил, что она проститутка, недостойная чистить его ботинки, и целовал, как шлюху – без разрешения и приятных слов. От воспоминания о грубом, жестоком поцелуе по телу Мэгги пробежала теплая волна, голова закружилась. Она хотела драться, но если к этому призывала гордость, то тело сдалось. Этот человек доказал слабость Мэгги и утвердился в своей силе. Конечно, он наслаждается своим превосходством.

– Да! Рассказывайте сейчас же! – и язвительно добавила: – Только постарайтесь не забыть о ВСЕХ деталях, которые держите в секрете.

Жениться! Мэгги не льстила себя мыслью, что проклятому англичанину нужна именно она. Пятьсот тысяч акров земли в Нью-Мексико – вот за чем он охотится. Мэгги – ничто. Хуже, чем ничто – грязная танцовщица. Ее чувства, желания, заботы – все ничто. Она представляет собой право собственности на землю, не более того.

– Думаю, мы обсудим это наедине, – предложил Кристофер.

Питер встал с явным облегчением, но Мэгги удержала Луизу.

– Нет, я хочу, чтобы все слышали то, что вы будете говорить.

– Магдалена, не кипятись. Я уверена, что лорд Кристофер не хочет тебя обмануть.

– Но уже сделал это. – Кристофер встал и подошел к окну. Глядя на солнце, простоял там несколько минут. А когда повернулся и посмотрел в глаза Мэгги, та с негодованием отметила, что в его взгляде нет ни капли раскаяния. Она не видела ни злости, ни даже страсти, которой он пылал прошлым вечером.

– Когда мы нашли тебя, Магдалена, я не имел четкого представления, насколько реален наш план. Чиновники в Санта-Фе могли отказать в рассмотрении дела, или ты оказалась бы совершенно неподходящей для этой роли. К тому же, если бы я в первый же вечер сказал, что хочу жениться на тебе и принести землю Стефана моей семье, ты посчитала бы меня сумасшедшим.

– Я до сих пор так думаю, – мрачно отозвалась девушка.

Кристофер усмехнулся.

– Я не сумасшедший. В моей стране браки, совершаемые с целью приобретения земли, – распространенное дело. И мне кажется, они больше, чем ты думаешь, распространены и здесь.

– Для чего вам эта земля? Английскому лорду, сыну герцога, конечно, не нужны пастбища в Нью-Мексико, – спросила Луиза.

– Как раз наоборот, миссис Гутиеррес. По экономическим соображениям наша семья нуждается в новых источниках дохода. По этой причине мой брат Стефан прибыл в вашу страну. Эта земля – одно из богатейших пастбищ в Нью-Мексико. Рынок скота здесь хороший, а со временем будет еще лучше. Если удачно вкладывать доход с этой земли, можно приобрести другую собственность. Умный человек, начав с одного большого ранчо, может создать целую империю.

– Это мое ранчо, – резко напомнила Мэгги.

– Ранчо, о котором ты никогда бы не узнала и которое никогда бы не получила, если бы не я.

– Так вы не только хотите отомстить за брата…

– Я хочу отстоять честь моей семьи.

– Ну, Ваше Хитрое Лживое Высочество, ваша семья не знает, что такое честь. Хорошо, конечно, жить и ни о чем не думать, но даже у меня есть гордость. Не важно, что вы думаете на мой счет, но я никогда не продавалась ни на улицах, ни в отелях. И не продамся из-за куска земли!

– Магдалена, не нужно считать, что ты продаешь себя. Конечно, ты расстроена, если так грубо говоришь об этой ситуации. Но брак – чистая формальность. Ты будешь защищена всю оставшуюся жизнь, будешь носить достойное имя, иметь хороший дом, – пояснил Питер.

– Я думаю, вы в доле?

– Лорд Кристофер заплатил мне за услуги.

– Чем? По окончании сделки вы тоже получите жену?

Питер вспыхнул, и Мэгги на секунду пожалела о сказанном. Питер Скаборо всегда по-доброму относился к ней.

– Извините, я хотела сказать другое.

– Мэгги, сядь, – сказал Кристофер тоном, которым пользуются, чтобы успокоить ребенка. – Естественно, в этом плане женитьба – не единственная цель. Не наши желания, а обстоятельства диктуют необходимость брака. Нам нужно будет пожить вместе всего несколько месяцев. Потом я вернусь в Англию, а ты останешься здесь и будешь делать все, что заблагорассудится. Не надо думать, что я разыграл всю ситуацию только ради женитьбы на тебе.

– Конечно, нет, – фыркнула Мэгги. – Чтобы вы пожертвовали своей чертовой семейной честью и считали, что поступаете благородно, женившись на… – она не могла назвать себя проституткой после того, как много лет не желала следовать этой профессии. – Так что можете упаковать свою честь и забрать с собой в Англию. Лучше жить на улицах Денвера, чем с вами!

– Вот к чему привело твое глупое упрямство!

– Я думаю, глупое упрямство присуще светским дамам, – Мэгги повернулась и, гордо выпрямившись, пошла к двери. Луиза, посмотрев на Питера, покачала головой и пошла следом.

– К несчастью, – заключил Кристофер, как только за женщинами захлопнулась Дверь, – глупое упрямство, кажется, характерная черта всех женщин.

Питер тяжело опустился в кресло.

– Ты, мой друг, трактуешь все это с юмором. Но целый год работы пошел насмарку из-за того, что женщина разгневалась.

– Просто у девчонки трудный характер.

– Конечно, ты ведь даже нисколько не потрудился поухаживать за ней.

– Поухаживать? Тогда она права, обзывая меня лжецом. Это не роман, Питер, а только деловое соглашение.

– В постель к мужчине по деловому соглашению ложится только шлюха. Большинство женщин хочет, если не любви, то, по крайней мере, хотя бы привязанности.

Кристофер молчал. Питер нерешительно спросил:

– Что случилось на банкете у Тейборов? Я слышал, как, вернувшись, ты метался по комнате. Топал, как полк солдат. Я так и ждал, что раздастся взрыв артиллерийской пушки.

– Ничего не случилось. Твоя ученица показала, какая она великолепная актриса, а затем доказала то, что я и ожидал увидеть.

– Что же?

– То, что тигр – или бродячий кот – редко меняет свои полоски.

– Понятно.

– Сомневаюсь, что тебе понятно. Ты слишком добр, Питер. Но думаю, тебе не нужно переживать о чувствах Мэгги. Немного пофыркав и пошипев, чтобы спасти свою честь, наш маленький котенок спрячет коготки и, мурлыкая, вернется. Она достаточно умна, чтобы понять – этот брак выгоден ей так же, как и мне.