Ночная танцовщица - Брэдшоу Эмили - Страница 16

Взгляд, который Мэгги послала Кристоферу, был скорее проказливым, чем извиняющимся. Шесть дней назад, когда девушка сообщила, что приняла его предложение, она поклялась не позволять лорду унижать ее. Но и не позволит ограничивать себя узкими рамками правил поведения. Если ему нужна ее земля, придется принять Мэгги такой, какая есть. К черту, что он думает о ней. Девушка не могла ничего поделать. Из ловушки, куда она угодила, никак не выбраться, так что нужно извлекать пользу из создавшегося положения.

– Англичанам, должно быть, хорошо удается хранить от жен свои тайны и держать их в неведении, – непочтительно продолжила Мэгги.

– Думаю, в вашем браке это не будет проблемой, – прокомментировал Питер. Его глаза при этом улыбались.

Кристофер с негодованием посмотрел на друга, а Мэгги усмехнулась. Чем больше она узнавала Питера, тем больше он ей нравился.

Весь день Кристофер был спокоен, хотя время от времени Мэгги ловила на себе его подозрительные взгляды, опровергающие безразличие к девушке. Последняя неделя была настоящим поединком – кто дольше сможет продержаться на расстоянии. На всех приемах они разыгрывали счастливую парочку. После того, как официально объявили о помолвке, со всех сторон посыпались приглашения. Каждая знатная дама Денвера непременно хотела повидаться с английским лордом до его отъезда. Мэгги вела себя превосходно, а Кристофер был галантен.

Но наедине между ними возникала стена взаимного недоверия. Мэгги находила определенное удовлетворение в том, что Кристофера раздражали некоторые ее выходки, например, появление в гостиной босиком или в старом платье. В свою очередь, он не упускал возможности напомнить девушке, что они всего-навсего заключили сделку. Но Кристофер старался делать вид, что не обращает внимания на поведение девушки, и это ее беспокоило. Он молча наблюдал, как Питер обучает Мэгги литературе и философии, умению вести себя. От присутствия лорда девушка чувствовала себя неловко и была уверена – он это делает нарочно.

К счастью, больше не было никаких поцелуев и банкетов, где пришлось бы танцевать вместе. Ничто больше не напоминало, какой она может быть слабой, если Кристофер захочет «прорвать оборону».

Из всех аспектов новой жизни Магдалена больше всего боялась личного обаяния лорда. Целую неделю после банкета у Тейборов она, как хитрый индеец, спасающийся от преследования, внимательно наблюдала за ним, изучая его силу и слабости. Мэгги узнала, как быстро меняется настроение Кристофера, как велики его терпение и выдержка. Девушка видела, с какой теплотой лорд относится к Питеру, хотя тот утверждал, что не принадлежит к социальному классу Тэлботов. Мэгги завидовала тому, что Кристофер уважительно относится к Луизе, и удивлялась, как вежливо он ведет себя со слугами. Когда служанка впустила в дом одну из бродячих собак, сотнями бегающих по улицам города, Мэгги поразило, как ласково Его Светлость смотрел на щенка, грызущего косточку.

Если бы Кристофер хоть раз так посмотрел на Мэгги, может, девушка и попыталась бы забыть старое и начать все заново. Но тот слишком часто смотрел на нее, как на товар, купленный слишком поспешно. Эти взгляды ясно говорили – Мэгги всего лишь приложение к земельному участку.

Поезд мчался на юг. Справа возвышались горы, а слева – равнина, напоминающая огромный разноцветный ковер. Колеса отстукивали монотонную мелодию, которая через несколько часов стала восприниматься, как колыбельная.

Мэгги зевнула и отложила книгу, которую читала уже во второй раз. По ее просьбе удивленный Кристофер купил ей один роман и по собственной инициативе еще несколько книг Жюля Верна. Пару дней назад он оставил книги в ее комнате и сопроводил запиской, что, возможно Мэгги они понравятся.

Этот подарок удивил девушку. Действительно, светские мужчины – загадка!

– Книга такая забавная? – спросила Луиза. Почти всю дорогу она беседовала с Питером.

– Что?

– Ты улыбаешься. Это из-за книги? Мэгги нахмурилась.

– Я не читала. Думала о… – она взглянула на Кристофера, который уткнулся в газету, – …мужчинах.

– Особенно об одном?

– Возможно, о том, что все они очень досаждают.

– Ясно.

– А ты, кажется, подружилась с мистером Скаборо.

Луиза натянуто улыбнулась.

– Да?

Мэгги поняла, что дальше говорить на эту тему не стоит. Когда губы Луизы сжимались таким образом, было ясно – больше она не проронит ни слова, даже если ее будут пытать.

– Я рада, что ты с нами. Мне было бы одиноко без тебя, – сказал Мэгги.

Подруга улыбнулась.

– Сомневаюсь, что ты долго будешь одинокой, ты ведь невеста.

Мэгги презрительно фыркнула.

– Ты нравишься жениху. Ты просто его напугала, сказав «да». Когда мужчины боятся, они ведут себя, как ослы.

– Я его напугала? Но этот план – его идея.

– Магдалена, тебе предстоит многое узнать о мужчинах.

Мэгги состроила гримасу.

– Я и так много о них знаю. Не уверена, что хочу еще.

– Ты ничего не знаешь о мужчинах, глупышка. Но не волнуйся, выйдешь замуж – узнаешь. Как большинство женщин.

В стуке колес Мэгги вдруг послышался ироничный смешок. Затем она увидела, что Кристофер уже не читает, а смотрит на нее. Вздохнув, девушка решила, что с каждым днем жизнь становится все сложнее.

ГЛАВА 5

Санта-Фе оказался не таким, как ожидала Мэгги. В отличие от молодого Денвера с его безликой новизной, в Санта-Фе была завершенность почти трехсотлетней истории. Город, расположенный в высокогорной долине, окружали хорошо обработанные поля, поросшие соснами горы и пустыня. Величественная древность и безвкусная новизна спорили между собой на каждом шагу. Старая капелла Святого Мигеля конкурировала с новой церковью Святого Франциска.

Резиденция губернатора представляла собой скромное одноэтажное кирпичное здание, в котором, начиная с семнадцатого века, жили все правители Нью-Мексико. Офисы и гостиницы вдоль Plaza выглядели, будто были построены во времена испанского нашествия. Особняки в викторианском стиле и коммерческие здания выделялись на фоне величественной испанской архитектуры. Названия многих учреждений свидетельствовали о том, что Санта-Фе, как и многие новые американские города, стал смешением разных культур. На вывесках было столько же английских, немецких, еврейских названий, сколько и испанских. И хотя здесь доминировала католическая церковь, можно было встретить представителей епископальной церкви, баптистов, методистов, пресвитерианцев.

Экипаж доставил четверых путешественников к огромному кирпичному дому, располагавшемуся к востоку от деловой части города. Дом, окруженный можжевельником, стоял на вершине холма. Отсюда открывался прекрасный вид на реку Санта-Фе и горы на северо-востоке. Вид на пустыню – с юга и запада. Внимание Мэгги сразу же привлекли керамические колокольчики, свисающие с крыши веранды и позвякивающие при каждом дуновении ветра. Кристофер видел, как девушка дотронулась до колокольчика, прислушалась к чистому звону и радостно рассмеялась.

– Вверх по дороге живет человек, который их делает, – объяснил Тэлбот, удивившись, как ему приятна ребяческая радость девушки.

Мэгги с изумлением увидела, что массивная дубовая дверь открылась и полная седая мексиканка почтительно склонила голову.

– Здравствуйте! – довольно бесцеремонно поприветствовала она хозяина.

– Мы вас разбудили? Извините, – Кристофер улыбнулся.

– Добрый вечер, сеньорита, – настороженно обратилась к Мэгги служанка, большую часть жизни прислуживавшая господам самых богатых сословий. – Мы ждали вас.

– Buenos noches, Изабелла, – английский акцент Кристофера как-то странно смешался с испанским.

– Сеньор, – служанка опять поклонилась. – Мы получили ваше сообщение о приезде, Жуан приготовил ужин и готов подать его, когда пожелаете.

– Спасибо, Изабелла. Педро здесь?

– Он в кухне.

– Попроси его принести наши чемоданы.

– Да, сеньор, – бросив любопытный взгляд на новую любовницу хозяина, Изабелла кивнула и удалилась.