Ночная танцовщица - Брэдшоу Эмили - Страница 30

Иногда Мэгги и Дженни выезжали вместе с мужчинами. В другие дни женщины занимались работой по дому. Дженни умела не только бросать лассо и скакать наравне с ковбоями, но лучше всех на ранчо разбиралась в арифметике, поэтому вела все бухгалтерские книги. Она оказалась превосходной кухаркой, и хотя в кухне и по дому ей помогала немка по имени Гертруда, Дженни дважды в день готовила еду сама – завтрак и обед, которые подавали и членам семьи, и работникам. Она так же хорошо справлялась с домашним хозяйством, как и в поле со скотом, но не слишком жаловала шитье, сбивание масла, консервирование. Дженни предпочитала работать бок о бок с мужем, в поле.

Гертруда с готовностью выполняла большую часть домашней работы, а основная одежда членов семьи, белье, полотенца, покрывала и другие вещи, которые жены фермеров обычно шьют собственными руками, сошли со страниц каталогов «Сиерса и Ройбака».

– Моя Дженни – самый ценный человек на ранчо, – однажды за обедом заявил Слейтер. – Если бы не она, я бы никогда не знал, есть у нас прибыль или, наоборот, мы несем убытки. Не знал бы, какие заказывать продукты и товары, кого нанимать, а кого увольнять. У меня есть знакомые парни, которые обращаются со своими женами, как с цветами, – лелеют их, балуют, но эти цветочки сразу увядают, стоит им столкнуться с настоящей жизнью. Но они, конечно же, не живут на ранчо. Моя Дженни умнее большинства мужчин и посильнее некоторых из них, – он усмехнулся и вокруг глаз собрались морщинки. – Обо мне, конечно, речь не идет.

Дженни широко и вызывающе улыбнулась мужу.

– Это еще надо доказать. Кристофер рассмеялся.

– Миссис Слейтер, вы необыкновенная женщина. Моя мать считает себя надежной опорой семьи, но если бы увидела вас, то лишилась бы чувств. Боюсь, наши англичанки более хрупкие и утонченные, чем американки.

– Возможно, этого от них и ждут, – немного резко заметила Дженни.

Кристофер улыбнулся.

– Думаю, вы попали в самую точку.

Мэгги показалось, что он говорил не слишком убедительно. Вдруг очень захотелось встретиться с одним из таких изысканных английских «цветочков», которых ее муж считал верхом совершенства. Естественно, она никогда не встречала ни одной женщины, обладающей такими качествами, как кротость, изящество, любезность и чувствительность, чего хотели добиться от нее Кристофер с Питером. Но Мэгги была убеждена, что такая женщина – самая скучная личность, какую только можно вообразить.

Сейчас, вдали от английских утонченностей, вкус Кристофера исправится – может быть, даже настолько, что он, наконец, увидит – Мэгги не такая уж и неподходящая ему пара.

Кристофер, со своей стороны, был очень удивлен, что получил огромное удовольствие от жизни на ранчо. Слейтеры оказались очаровательной семьей. Его мать назвала бы их обыкновенными, а высшее лондонское общество не стало бы общаться с ними. Однако Кристоферу они очень нравились – вот уж чего он не ожидал. Слейтеры были честными, работящими, умными, находчивыми, обладали мужеством и силой.

Особое место в сердце Тэлбота заняли дети. Бак, вместе со всеми выезжающий каждый день, в свои четырнадцать лет выполняющий мужскую работу, Рыжий Рой со своими шалостями, Марта, таскавшаяся за ним, словно он – странное и удивительное создание, которое она только что открыла. В первый вечер Кристофер рассказал девочке сказку, ее он часто слышал в детстве от няни. С того дня Марта относилась к нему, как к своей личной собственности.

Кристофер даже и не предполагал, что любит детей. В семьях высшего английского общества родители обычно сами не воспитывают своих детей, а нанимают няню и гувернантку. Семьи, материальное положение которых не позволяет нанимать прислугу и учителей, как правило, отсылают детей на большую часть года в школы закрытого типа. На ранчо Слейтера Кристофер начал понимать, почему некоторые родители так неохотно отсылают своих отпрысков на воспитание другим.

Мэгги тоже, казалось, увлеклась детьми. Ее особую любовь заслужил Рыжий Рой. Вечером того дня, когда мальчику позволяли выезжать вместе с мужчинами, он хвастался перед Мэгги своими подвигами. Она всегда очень внимательно его выслушивала и выражала удивление и восхищение отвагой и доблестью. Наблюдая за их общением, Кристофер испытывал угрызения совести из-за того, что отказывал Мэгги в возможности иметь собственных детей. Он оправдывал себя тем, что обеспечил ей гораздо лучшую жизнь, чем она могла иметь без его вмешательства. Однако к концу недели устал от собственных отговорок.

Брак с Магдаленой Монтойя оказался гораздо сложнее, чем он рассчитывал. По ночам, лежа рядом с соблазнительной и нежной женой, Кристофер не мог заснуть. Под благовидным предлогом предоставить Мэгги больше места, он, в конце концов, начал спать на полу, что, конечно, было совсем неудобно и успокаивало только частично. Ему было бы гораздо легче справиться с собой, если бы она не выказывала столь вызывающую готовность участвовать в том, что многие воспитанные женщины считали обременительной обязанностью.

Но самое ужасное – все его аргументы, чтобы отдалить от себя Мэгги, были ложными. Уговаривая себя, что она всего лишь средство для достижения определенной цели, обыкновенная необразованная проститутка, которую слегка обтесали для ее же блага, он лгал. Во-первых, Мэгги никакая не проститутка и никогда ею не была. И не простушка. Она обладает умом, храбростью, силой духа и чувством юмора, романтикой и любовью к приключениям. Эти качества достаточно проявились, когда они с Дженни выезжали на целый день вместе с мужчинами и никогда не жаловались на холод, жару, тяжелую работу или усталость. Мэгги всегда находила повод посмеяться, и очень часто объектом ее насмешек становился муж. Кристофер немного пожалел, что не оставил жену в Санта-Фе под присмотром Питера и Луизы. Плохо, что эта маленькая негодяйка так сексуально привлекательна, однако она начинала нравиться ему как личность. Ситуация действительно оказалась чертовски сложной.

Это не реальный мир, строго напомнил себе Кристофер. Вернее, это НЕ ЕГО мир. Мэгги никогда не войдет в лондонское общество, даже если и очень захочет. И не важно, какими бы привлекательными ни казались Кристоферу эти земли в приграничном штате, он не сможет стать простым фермером. Его жизнь – в Англии, и его долг находиться там, вместе со своей семьей, иногда навещая Мэгги, чтобы защитить ее от трудностей их брака и неожиданных осложнений, способных ухудшить жизнь им обоим.

В конце недели, объявив, что на следующий день они возвращаются в Санта-Фе с фургоном, отправляющимся за провизией, Кристофер не удивился, увидев разочарование на лице жены.

– Скоро ты будешь жить на своем собственном ранчо, – нежно сказал он в утешение, – и, возможно, тебе удастся убедить миссис Слейтер навестить нас вместе с детьми.

Лицо Мэгги прояснилось.

– Вы приедете?

– Не упущу такой возможности, – Дженни улыбнулась, – я никогда не бывала в ваших краях. Говорят, там просторы от горизонта до горизонта, и мне хотелось бы взглянуть на это.

– Ладно, раз это ваш последний день на ранчо, почему бы нам не прогуляться сегодня на луга на востоке? Это самое красивое место в округе, кроме того, пару дней назад Кучерявый говорил, что несколько неотелившихся коров бродят там по лесистым холмам, но не смог их найти. Хочу сам посмотреть. Мы возьмем с собой ленч и устроим пикник.

Восточные луга находились от ранчо в трех часах езды верхом, и таких удивительно красивых мест Кристоферу еще не доводилось видеть. Луга уже начали покрываться молодой весенней травой и напоминали изумрудный бархатный ковер.

– Эти луга специально расчищали под пастбища? – спросил Кристофер.

– Нет, деревья здесь не растут, хотя вокруг их полно. И, насколько мне известно, никто не знает, почему. Мексиканцы называют такие луга Cienagas – страна великих пастбищ. Вся проблема в том, что глупые коровы любят уходить с этих лугов в лес и иногда попадают там в беду, особенно с новорожденным теленком. Давайте разобьемся по парам и поищем. Кристофер, вы научились хорошо обращаться с лассо. Почему бы вам с Мэгги не посмотреть среди деревьев вон на той возвышенности. Мы с Дженни обследуем ту сторону ручья, а ты, Бак, вместе с Рыжиком отправишься вверх по ручью. Встретимся на этом месте примерно через час.