Поцелуй музы - Розенбеккер Лиза - Страница 38

– Она похожа на эту статую. Это очевидно, – повторила я, размахивая при этом рукой так, что какао чуть не пролилось на пол.

– Это всего лишь одно из возможных представлений. Возможно, то, что она выглядит так же, является случайностью. Может быть, ты наткнешься на такую, которая похожа на тебя, – прокомментировала Тия, сидящая на диване рядом с Эммой. Они сидели на расстоянии, но я заметила, как они то и дело переглядывались. Я чувствовала себя третьим лишним, но по-другому было никак. Тем более не сейчас, когда речь шла о конкретном доказательстве, в котором мне нужно было убедить других.

– Но в этом есть смысл! По крайней мере, какой-нибудь. Мы же вчера выяснили, что артефакты, найденные на местах преступлений, принадлежат четырем из девяти муз. Что может быть яснее, чем возможная причастность этих муз? – Эмма сделала глоток какао и задумалась.

Тия шевельнула носом и пожала плечами.

– Это зацепка, как и все остальные, – в конце концов, сказала она.

Эмма кивнула и стала качать головой, словно не могла решить, что ей делать.

Я ерзала на кресле в гостиной Тии. С того момента, как я поверила в то, что в меня стреляла именно Талия, меня охватило внутреннее беспокойство, и я размышляла, как же смогу это доказать. Тут ко мне пришло простое решение: нужно было заставить музу говорить.

– Подумайте еще раз. Если это действительно делают музы и четверо из них уже совершили убийства, остается еще целых пять. Вы хотите рискнуть и дать возможность оставшимся найти новых жертв?

– Конечно нет, – сказала Эмма и поставила чашку на журнальный столик. – Тия права. Это зацепка, и, если говорить начистоту, первая верная. Мы должны следовать ей.

Я с облегчением выдохнула.

– Вы пойдете со мной к музам, чтобы поговорить? Это самый быстрый способ все выяснить.

Тия сощурила глаза.

– Ты правда считаешь это хорошей идеей? Если они стоят за всем этим, мне кажется, это не очень умно – идти прямо к ним. Не говоря уже о том, что они могут тебе просто-напросто наврать. Талия не закончила то, из-за чего появилась у тебя, она наверняка захочет довести дело до конца. Что, если мы с Эммой заглянем туда и узнаем, что случилось у муз?

Я сглотнула слюну. Об этом и не подумала. Я, подавленная, опустилась на мягкое кресло. Сделала глоток какао, которое уже остыло. Нет, так просто я не сдамся.

– Но мне нужно пойти с вами. Я должна увидеть ее собственными глазами, – возразила я. – Кроме того, не думаю, что она хотела меня убить. Мне кажется, она хотела раздобыть мою кровь, чтобы оставить ее на месте преступления. Даже если она переборщила с драматизацией, что, впрочем, не удивительно для древней музы, рожденной именно с этой целью.

Хэй, мой юмор был еще жив, и даже вызвал у меня и у других ухмылку на лице.

– Возможно, – пробормотала Эмма и снова обрела серьезный вид. – У меня предложение: я возьму театральную косметику, а вы раздобудьте нам одежду тех времен. Мы переоденемся до неузнаваемости и заглянем к музам как туристы. Поглядим на них и пройдем мимо. Согласны?

Ни я, ни Тия не могли возразить этому предложению. Мои пальцы начало покалывать от волнения, наконец-то мы действовали.

– Из какого книжного мира происходят музы? Теогония, верно? – спросила я.

Быстрое уточнение в интернете подтвердило мое предположение. Значит, я действительно, что-то запомнила.

– Они спустились с горы Геликон и теперь живут вблизи источника Гиппокрена, – поделилась Эмма.

– Если женщина в узловом пункте была права, описания должно быть достаточно для перехода через дверь, – сказала я.

– Возможно, мы должны одновременно думать о музах, чтобы попасть к ним наверняка, – добавила Тия. Было решено. Мы собирались посетить муз, первоначальных, которые существовали уже тысячи лет.

У меня зазвонил телефон, звонок вырвал меня из глубоких размышлений. На дисплее высветилось «мама».

– Привет.

– Привет, Малу. – Это был голос не мамы, а Лэнсбери, и мое сердце забилось сильнее, а затем я почувствовала тоску.

– Хэй. Все в порядке?

– Да. Тут кое-кто хочет поговорить с тобой.

На заднем плане я услышала жалобное мяуканье, от которого на сердце стал еще тяжелее.

– Что ты там делаешь с бедным Шелдоном?

– Бедный кот, смешно, – пробурчал Лэнсбери, и я усмехнулась. – Он бегает по моему ноутбуку, грызет документы и крадет у меня из тарелки еду! А ты отсутствуешь всего день. Я не могу так работать, а Шелдон – так жить. Мы придем к вам, чтобы это все закончилось. При условии, что это будет хорошо для Тии.

Я спросила разрешения у Тии, она была не против. Наоборот. Она хотела заварить для Лэнсбери свежий чай, а миску Шелдона наполнить молоком.

– Ты слышал это? – спросила я мистера Суперкопа.

– Нет. Все, что я слышал, – ужасную пародию на песню Stand by me, которую исполняет твой кот. Я… ай! Сейчас он укусил меня за пятку! Да, да. Сам виноват. Вот что бывает, когда кусаешь за пятки, которые восемь часов находились в обуви. – Я могла себе представить, как Шелдон сморщил свой носик и фыркнул.

– Думаю, вам стоит как можно быстрее прийти, пока один из вас не лишился какой-нибудь части тела. Отправлю Эмму тебе помочь. – Я пыталась подавить смех, но эти стычки между ними были слишком милыми.

– Спасибо. Как ты думаешь, мне нужно использовать прихватки, чтобы посадить Шелдона в переноску? Он смотрит на меня так, словно в любой момент укусит снова. Я и не знал…

– Лэнсбери?

– Да.

– Почему ты так много разговариваешь? Не то чтобы это мешало мне, но это немного… необычно.

Он вздохнул.

– Я выпил кофе. Первый и последний раз, скажу тебе. Возможно, Шелдон тоже глотнул. Я не совсем уверен в этом. Вам принести что-нибудь?

– Разве что пистолет, – пробормотала я и сквозь телефон почувствовала вопрошающий взгляд Лэнсбери. Прежде чем он поинтересовался бы причиной, я продолжила: – Мы хотим пойти к музам. К первоначальным. Мы думаем, они как-то замешаны в убийствах. Возможно, одна из них стреляла в нас.

– Пожалуйста, не уходите, пока я не приду. Я пойду с вами. Потому что, если это правда, она может быть опасна. Я должен своими глазами увидеть, чтобы понять…

– Хорошо. Тогда мы сможем вдвоем убедиться, что не сошли с ума и в нас действительно стреляла муза.

– Звучит как план. До скорого! Только не клади трубку, мама хочет поговорить с тобой.

Мужчин нельзя оставить одних даже на день. Квартира Лэнсбери, очевидно, была ввергнута в хаос. И все за один день, после единственной чашки кофе. Я попросила Эмму забрать на обратном пути обоих разбушевавшихся джентльменов с собой.

Пару секунд спустя мама взяла трубку, ее голос приятно успокоил меня. Я поделилась с ней нашими новыми открытиями и планом, который мы разработали.

– Поэтому мы хотели сходить сегодня к настоящим музам, – подытожила я свой рассказ.

– Это ведь очень опасно, если верить предположениям, – предупредила она. – Мне бы хотелось, чтобы вы предоставили это полиции.

– Ты имеешь в виду несуществующую полицию Литерсума или настоящую, которой нельзя рассказывать о Литерсуме? – с иронией спросила я.

Мама сухо засмеялась.

– Ты права. Стоит приехать хотя бы нам с Адамсом? Мне было бы спокойнее, если… Подожди-ка. На служебный телефон звонят из Ярда. – Она отложила телефон и, очевидно, вышла из комнаты, потому что на заднем фоне я не слышала ничего, кроме тихого мяуканья Шелдона. Спустя примерно пять минут она вернулась.

– Лу?

– Да, я еще тут.

– У нас проблема. Чертовски странная. Трупы, из нашей квартиры и тот, что нашли в парке, исчезли. Я сама видела женщину с нашего дивана и мужчину с лужайки.

– Что значит исчезли?

– Это выглядит так, словно они растворились в воздухе. В одно мгновение. Это плохо. Это очень плохо. Лэнсбери сделал заявление, где подтвердил, что в момент убийства находился рядом с тобой. В связи с этим командующий отозвал ордер на арест. Он выглядел растерянным и не мог объяснить, почему он так быстро отдал приказ. Следственный комитет еще раз должен проверить все полученные результаты. Только без трупов это будет немного трудно. Все теперь будет немного трудно. – Мама пробормотала что-то непонятное на том конце провода. Я не могла понять, говорит она со мной или сама с собой.