Одиночка. Том VII (СИ) - Лим Дмитрий - Страница 49

— Почему я?

«Потому что ты — ключ. Ключи открывают двери. Это их функция. Твоя функция — открывать двери между мирами. И ты только что открыл первую».

Аранис, который молчал всё это время, шагнул вперёд.

— Это Ледяные Пустоши, — сказал он. — Мой мир. Мой дом. Ты говоришь, что он мёртв. Но ты здесь. Ты страж. Почему ты не спас его?

Существо повернуло к нему ледяную голову.

«Эльф, — сказало оно. — Дитя маны. Ты чувствуешь смерть этого мира, потому что он был твоим домом. Но я не могу спасти то, что уже мертво. Я могу только охранять. Охранять дверь. Охранять путь. Охранять то, что осталось».

— Что осталось?

«Память. Память мира, который был. И надежда. Надежда на то, что кто-то принесёт ману обратно. Вернёт жизнь. Или создаст новую».

Система выдала уведомление. Золотые буквы, мягкий свет, тёплый фон — те же, что всегда.

Дополнительное задание!

«Страж мёртвого мира»!

Цель: уничтожить стража портала в мире Ледяных Пустошей.

Ограничения: без использования призывных контрактов.

Награда: +20 уровней, нераспределённые очки характеристик: +60, разблокировка навыка «Путешественник».

Описание навыка «Путешественник»: вы можете чувствовать порталы между мирами в радиусе 10 километров и определять мир, к которому они ведут.

Штраф за отказ: потеря 30% текущих характеристик (необратимо).

Примечание: страж портала не является врагом в традиционном смысле. Уничтожение стража приведёт к закрытию портала в этот мир. Навсегда.

Я перечитал описание навыка. Потом ещё раз. «Путешественник». Чувствовать порталы. Определять миры. Это было… это было тем, что я хотел. Тем, что мне нужно. Тем, что могло дать ответы на вопросы, которые я уже даже не задавал…

Например, о моём доме…

«Тишина, — подумал я. — Что делать?»

«Ты меня спрашиваешь? — Тишина был тихим. — Меня? Голос в голове, который не имеет права на решения? Ты спрашиваешь меня, стоит ли убивать существо, которое охраняет мир эльфа, чтобы получить навык, который позволит тебе находить другие миры? Ты серьёзно?»

— Мне нужен совет.

«Совет? Хорошо. Убери эльфа обратно. Это его дом. Его мир. Его память. И ты собираешься уничтожить его.»

— А если я откажусь от задания?

«Потеряешь тридцать процентов характеристик. Станешь слабее. Станешь уязвимее. Но сохранишь что-то, что важнее характеристик. Человечность. Или то, что от неё осталось».

Существо смотрело на меня. Оно ждало, как будто знало, что я должен решить. И как будто принимало любое решение.

— Аранис, — я повернулся к эльфу. — Короче, у меня задание тут появилось. Типа, убить стража, закрыть портал, получить навык. Но сам понимаешь, стража ты слышал, не станет его, не станет памяти и чего-то ещё, чего я не понимаю. И как ты понимаешь, я не спрашиваю разрешение, но мне интересно твоё мнение.

«Ага… а я тут про человечность что-то говорил… — забормотал Тишина. — Её нет нахрен!»

Аранис посмотрел на меня. Потом на стража. Потом на снежную пустошь, которая была его домом.

Его глаза были мутными, но в них было что-то, чего я не видел раньше: принятие. Спокойное, тяжёлое принятие того, что не можно изменить.

— Мир мёртв, — сказал он. — Я чувствую это. Без маны он не может жить. Никто не может принести ману обратно. Мир умер, и я должен это принять. Страж… — он посмотрел на ледяное существо. — Страж тоже мёртв. Он просто не знает об этом. Он охраняет дверь, которая никуда не ведёт. Память мира, который был. Но память — это не жизнь.

— Ты хочешь, чтобы я убил его?

— Я хочу, чтобы ты сделал то, что нужно, — Аранис опустил руку с клинка.

— Это твой дом.

— Был моим домом, — Аранис поправил. — Теперь это — снег и лёд. И память. Память не греет, господин. Память не кормит. Память — это просто тень того, что было. А тени нельзя жить. Да и к тому же, кто я? Твой слуга. Моего дома больше нет.

Хм, в целом, он прав? С чего вдруг я вообще интересуюсь? Я его уже убил, он мой слуга и никогда не станет свободным. Почему меня больше заботят чувства слуги-эльфа, чем человеческие?

«Потому что ты не человек. Уже нет, Громов».

Я посмотрел на стража. Он стоял неподвижно, как ледяная статуя, и смотрел на меня пустым лицом без глаз. Ждал. Принимал. Не боялся.

— Прости, — сказал я.

Я активировал «Стремительность».

Мир замедлился. Снежинки застыли в воздухе. Аранис замер в позе человека, который только что сказал что-то важное и теперь ждал результата. Страж стоял неподвижно, как и раньше, но я видел, как внутри его ледяного тела что-то дрогнуло. Реакция. Даже в замедленном времени — реакция.

Я подошёл к нему в три шага. Поднял кинжал. Целился в центр груди, туда, где мерцал синий свет.

И ударил.

Кинжал вошёл в лёд, как в масло. Трещина побежала по телу стража, от груди к голове, от головы к рукам, от рук к ногам. Синий свет внутри вспыхнул ярко на секунду, может, меньше и погас.

Страж начал рассыпаться. Куски льда падали на снег, как осколки разбитого зеркала, и таяли, не оставляя следа. Тело уменьшалось, руки крошились, и через пять секунд на том месте, где стоял страж, была только кучка мокрого снега.

Система выдала финальное уведомление:

ЗАДАНИЕ ВЫПОЛНЕНО!

Награда получена: +20 уровней (текущий уровень: 135), нераспределённые очки характеристик: +60 (всего: 205).

Навык «Путешественник» разблокирован. Портал в мир «Ледяные Пустоши» закрыт. Повторный доступ невозможен.

Внимание: через 30 секунд вы будете возвращены в точку входа.

Тридцать секунд.

Я посмотрел на Араниса. Он стоял рядом, смотрел на кучку мокрого снега, которая была стражем, и не двигался. Его лицо было пустым, как будто кто-то вынул из него всё, что было внутри, и оставил только оболочку.

— Аранис, — я положил руку ему на плечо.

— Он был последним, — сказал эльф тихо. — Последним, кто помнил мой мир таким, каким он был. Теперь его нет. И мир… мир окончательно мёртв.

— Я помню, — ответил я.

Двадцать секунд. Я чувствовал, как пространство вокруг меня начинает меняться. Появилось ощущение, как будто кто-то тянул меня назад.

Десять секунд.

Пять секунд.

Две…

Одна!

Мир исчез.

Я открыл глаза.

Лес. Снег. Машины. Люди в форме «ОГО». Лариса с планшетом. Марк с группой. Игнатий, стоящий в стороне с непроницаемым лицом.

Я стоял на том же месте, откуда ушёл. Разлом за моей спиной рассыпался, как стекло, и через секунду от него не осталось ничего. Только кучка мерцающих частиц, которые таяли на снегу, как иней на солнце.

— Громов! — Лариса подбежала ко мне. — Вы… вы вернулись! Тридцать две минуты! Мы уже начали паниковать! Остальных почему-то не пропустило!

— Я вернулся, — я посмотрел на место, где был разлом. Пустота. Просто снег и деревья. — Портал закрылся.

— Закрылся? — Марк подошёл ближе. — Что это значит?

— Значит, что этого мира больше нет, — я повернулся к Игнатию. — По крайней мере, для нас. Разломы нового типа — это не подземелья с боссами. Это двери в другие миры. И когда дверь закрывается, она закрывается навсегда.

Игнатий смотрел на меня. Его лицо было непроницаемым, но я видел, как что-то сдвинулось в его глазах. Не удивление — понимание. Он понял. Не всё, но достаточно, чтобы знать, что мир изменился. Снова.

— Другие миры, — повторил он медленно. — Ты уверен?

— Я был там, видел мир, который был чужим. Мир, который умер. И дверь, которая вела в него, закрылась навсегда, — а затем заговорил чуть тише. — Если система хочет, чтобы я находил другие двери — значит, другие двери существуют. И я их найду.

Я посмотрел на небо. Серое, низкое, тяжёлое. Обычное зимнее небо Новгорода. Но теперь я знал, что за этим небом есть что-то другое. Другие миры. Другие двери. Другие возможности.