Магия, кот и одна незадачливая бухгалтерша (СИ) - Денисова Анна "Sun Summer" - Страница 2

Потом случилось то, от чего я снова чуть не отключилась.

Кот фыркнул — громко, с явным раздражением — и произнёс:

— Долго ещё будешь глазеть на меня, как дура? Вставать собираешься вообще? Так‑то уже день на дворе, надо пациентов принимать, а не валяться тут без дела.

Я обалдела.

— Что?.. — выдавила я, чувствуя, как внутри всё переворачивается.

Потрясла головой, зачем‑то поковырялась в ушах (может, там застряла вода после грозы и дождя?), снова посмотрела на кота.

Он смотрел на меня с жалостью и снисхождением, как учитель на ученика, который третий раз не может решить простейший пример. Потом закатил глаза, буквально закатил, как человек, и вздохнул:

— Ау! Давай поднимайся уже!

Я крепко зажмурилась, досчитала до трёх и снова открыла глаза. Кот по‑прежнему сидел на месте, прищурив свои огромные глазищи. Никуда не исчез, не растворился в воздухе, не превратился в обычную кошку.

— Ты… ты… что, говорящий? — мой голос дрожал, как у первоклассницы, которая забыла стих у доски.

Кот вздохнул ещё тяжелее, будто ему пришлось объяснять очевидное идиоту.

— О боги, всемогущий Варфоломей и Елисей! Вот говорил я тебе вчера: нечего в грозу по лесу шастать! Пришибло небось… — он помолчал, потом добавил с сарказмом: — Или ты думала, что это просто сон?

Я начала икать.

— Я… я не в лесу… Я была на пикнике… с коллегами… Потом молния… вспышка… и… — слова путались, мысли разбегались, как тараканы при свете.

Кот изумлённо поглядел на меня, потом медленно поднялся, вытянув лапы с внушительными когтями (слава богу, не выпустил), и подошёл вплотную. Его нос почти уткнулся в моё лицо, холодный, чуть влажный, с лёгким запахом мяты и чего‑то травяного. Усы щекотали щёку, а глаза — огромные, янтарные, с вертикальными щёлочками зрачков — смотрели так пристально, будто пытались прочесть мои мысли.

Он обнюхал меня, как опытный сыщик, проверяющий подозреваемого: сначала лоб, потом нос, уши, даже шею. При этом издавал странные звуки, не то мурлыканье, не то хмыканье, будто комментировал увиденное.

Потом вдруг закрыл один глаз, а вторым уставился на меня с таким выражением, словно я только что заявила, что луна сделана из сыра.

— Ты придуриваешься? — наконец произнёс он низким, слегка скрипучим голосом. — Лира! Это твой дом!

Я только мотала головой, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Мысли путались, как нитки в запущенной швейной машинке.

— Лира?.. Но я… я же Валерия… бухгалтер… ипотека… корпоратив… молния…

Слова выскакивали бессвязно, и сама я уже начала сомневаться: может, это сон? Или галлюцинация? Или я всё‑таки ударилась головой сильнее, чем думала, и сейчас лежу в реанимации, а всё это бред?

Не выдержав, я вскочила и заметалась по комнате, хватая предметы, будто они могли дать ответ.

— Где я?! — выкрикнула, сжимая в руках пучок сушёной полыни (отчего по комнате тут же разнёсся резкий, горьковатый запах). — Как это вообще?! Может, я чокнулась и нахожусь в дурдоме?!

Кот наблюдал за мной молча, но его морда выражала такое явное неодобрение, что даже у меня, в состоянии паники, проскочила мысль: «Он сейчас скажет: „Ну и бардак же ты устроила“».

Он хмурил… брови. Да, именно брови! Я никогда не думала, что у котов они вообще так умеют — двигаться, морщиться, выражать целый спектр эмоций. Сейчас его брови сошлись над переносицей в строгую линию, а уши слегка прижались к голове.

Наконец он вздохнул, глубоко, протяжно, как человек, уставший от бесконечных объяснений.

— Ну что ж, — сказал он, медленно поднимаясь на все четыре лапы и вытягиваясь во весь свой внушительный рост. — Похоже, у нас проблема. И, судя по всему, серьёзная.

Он обошёл меня по кругу, принюхиваясь, потом остановился напротив и уставился прямо в глаза.

— Давай‑ка попробуем ещё раз. Ты — Лира, целительница из деревни Залесье. Это твой дом. Эти травы — твои лекарства. Этот котёл — твоя лаборатория. А я… — он сделал паузу, будто ждал аплодисментов, — я Муртикс, твой помощник, наставник и единственный разумный обитатель этого дома.

Я открыла рот, чтобы возразить, но он поднял лапу, буквально поднял, как человек, останавливающий поток слов.

— Знаю, что ты сейчас скажешь. «Я не Лира, я Валерия, у меня и-по-те-ка» (странное слово!). Но, милая моя, здесь нет никакой Валерии. И ипотеки тоже нет. Есть только ты, этот дом и куча пациентов за дверью, которые уже начинают терять терпение.

Он кивнул на входную дверь, за которой действительно слышались приглушённые голоса и нетерпеливое покашливание.

— Так что, — заключил он, снова прищурившись, — либо ты берёшь себя в руки и начинаешь работать, либо… — он сделал многозначительную паузу, — …либо я объявляю забастовку. И поверь мне, без меня ты тут не протянешь и дня.

В этот момент котёл на печи громко булькнул, выплёвывая облако ароматного пара, а за окном пролетела яркая бабочка, будто подчёркивая абсурдность происходящего.

Я глубоко вздохнула, пытаясь собрать мысли в кучу, будто пыталась сложить пазл, где половина деталей потерялась, а остальные явно из другой коробки.

— Я бухгалтер, а не целительница, — повторила я твёрже, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. — Вообще бред какой‑то: сижу и разговариваю с котом! Может, у меня галлюцинации?! Или нет? Наверное, я просто в отключке. Меня звездануло молнией, и я лежу себе тихонько под деревом где‑то на берегу реки, а всё это… — я обвела рукой комнату с котлом, травами и говорящим котом, — …просто очень реалистичный сон... или бред...

Кот никуда не исчез. Он по‑прежнему сидел напротив, смотрел на меня всё с такой же жалостливой снисходительностью, словно я ребёнок, который убедил себя, что умеет летать, и теперь стоит на стуле, готовясь прыгнуть.

— Бедная… Как же тебя сильно в лесу пришибло, — он вздохнул, шумно втянул носом воздух и поднялся на лапы. — Так, собирайся. Пойдём к магу, на обследование.

— Какой ещё маг? — я невольно повысила голос. — У вас тут и маги есть? Блин, где тут‑то? В телефонной книге? Или на «Яндекс Картах» искать: «ближайший маг — 2 км»?

Я усердно, изо всех сил ущипнула себя за руку, так, что даже глаза заслезились. Было очень больно. Реальность, чёрт возьми. Слишком реальная.

Взгляд кота поменялся, с жалостливого на подозрительный. Он прищурился, наклонил голову набок и внимательно изучил моё покрасневшее место на руке.

— Мда, — протянул он медленно, — определённо надо идти к магу. Жди тут, я сейчас пациентов спроважу и пойдём.

Он развернулся и направился к двери, но на пороге остановился, обернулся и строго добавил:

— И не вздумай ничего трогать. Особенно тот горшочек с фиолетовыми кристаллами. В прошлый раз ты его уже перепутала с сахаром.

— Что было? — машинально спросила я.

— Ничего страшного, — буркнул кот. — Просто три дня все куры в деревне летали над забором. Так что сиди смирно.

Кот вышел за дверь. Я осталась одна.

Тишина накрыла комнату, как тяжёлое одеяло. Только котёл на печи продолжал булькать, выбрасывая облачка ароматного пара. Я перевела взгляд на стол: ступка с пестиком, пучки трав, книги с потрёпанными корешками… Всё выглядело таким настоящим, таким "живым".

Я подошла к окну, отодвинула грубую деревянную ставню. За стеклом раскинулась деревня: кривые улочки, соломенные крыши, дымок из труб. По дороге шли люди в простых льняных одеждах, везли телеги, о чём‑то переговаривались. Над всем этим чистое голубое небо, ни намёка на грозу.

«Может, я сошла с ума? — подумала я, прижимая ладонь к стеклу. — Или это не я сошла, а мир?»

В этот момент котёл громко булькнул, будто усмехнулся в ответ на мои мысли. Я вздрогнула и отшатнулась.

— Ладно, — пробормотала я себе под нос. — Допустим, тут есть маги. Допустим, я — целительница Лира. Но если этот маг скажет, что я должна научиться варить зелья, которые заставляют кур летать… я точно сбегу.

За дверью ещё какое‑то время слышались возмущённые голоса, кто‑то басовито спорил, кто‑то пискляво оправдывался, а кто‑то вздыхал так тяжело, будто на него свалилась вся тяжесть мироздания. Потом всё стихло, лишь где‑то вдали залаяла собака да проскрипела телега.