Звёзды, пламя и сталь. Гексалогия (СИ) - Лопарев Игорь Викторович - Страница 1

Звёзды, пламя и сталь. Книга 1

Глава 1

Еще больше бесплатных книг на https://www.litmir.club/

Планета Гло. Орбитальная база «Форт-13»

Месяц назад мне повезло получить работу помощником механика на нашей богом забытой станции. Если точнее, то в самой её заднице — в секторе G7. Дело в том, что Семёрка вплотную примыкает к Заброшенным Секторам. А оттуда иногда вылазит всякое…

Нет, для воспитанника детского дома это прямо-таки карьерный взлёт… Сам детский дом располагается тут же. То есть на этой же станции, ближе к четвёртому грузовому терминалу.

Меньше месяца назад нам сунули в зубы аттестаты зрелости и выпустили на вольные хлеба. А какие могут быть хлеба если мне ещё и восемнадцать не стукнуло? Ни тебе ФПИ1, ни тебе нейросетей или имплантов… Даже рейтинг безопасности мне пока не начисляется. Вот через пару-тройку месяцев — днюха. Когда будет точно — не знаю. В детдоме эти даты не отмечались, а к базам у меня доступа нет. Вот после 18-ти мне станет доступно всё, а пока… А пока вкалываю, используя только те знания и навыки, что приобрёл в приюте.

Я и ещё несколько человек умудрились-таки найти работу на станции. Кое-кто подался в банды, так как интернатскую юность эти парни всецело посвятили мелкому криминалу.

А большинство соблазнилось на посулы улыбчивого вербовщика «Стеллар-Агро». Подписали контракты и в тот же день погрузились в шаттл-скотовоз. Этот скотовоз и доставил их на поверхность Гло — самой захолустной планеты Империи. Там они пополнили армию сборщиков деликатесных ягод вигоро. И большинство из них будет вечно пребывать в этом качестве…

Подъём в пять утра. Успеть оправиться, плеснуть себе воды в лицо, чтобы глаза разлепить. Сожрать миску питательной баланды. И в поле, в борозду. Там, согнувшись буквой зю, шерудить руками в густых кронах кустарника, разыскивая на ощупь ценные ягоды. Вечером — ещё миска баланды, три часа свободного времени и спать… Чтобы завтра всё повторилось до мелочей… Многие так и смерть свою встретят, ползая по грядкам из последних сил…

Вы спросите, почему не дроиды уборкой ягоды занимаются? А вы посчитайте стоимость дроида и расходы на то, чтобы его обслуживать. А потом сравните это со со стоимостью рабочего, который подписал пожизненный контракт. Нейросеть у него стандартная, первого ранга2. А это значит, что наниматель почти никаких затрат на него не несёт. Ну, кроме нищенской зарплаты. И всё станет вам ясно.

Меня аж передёрнуло от этих мыслей. Из-за этого я даже приложился маковкой о свод технического тоннеля. Больно, однако…

У меня работа конечно получше, жаль, что ненамного… На станции была, конечно, и другая работа, но туда только с нейросетью брали. А так да. Станция у нас среднего класса, то есть в диаметре свыше двадцати километров и найти что-то приличное можно.

Только вот примерно четверть её заброшена, и давно. По каким причинам — не знаю. Говорят то всякое, только поди ж ты пойми, где там правда…

Тоннель был узким, извилистым и загаженным. От действующей канализационной трубы его отличало только то, что всё скопившееся в нём дерьмо было сухим и почти не воняло.

Он стал ещё уже. Справа показался короб, который я и искал. Тут не было никого, наверное, лет семьдесят. Всё заросло паутиной пауков-гизмо и маслянистой грязью. А может быть это плесень тутошняя. Я не уверен. Пока не настолько хорошо разбираюсь с сортах здешнего дерьма. Опыта недостаточно… А, если честно, то и приобретать такой опыт желания нет. Вообще никакого.

Но контракты, которые подписывают бывшие детдомовцы, почти не позволяют сменить место работы. Рабство у нас в империи официально запрещено, но вот пожизненный контракт очень неплохо это самое рабство заменяет. Хотя, есть у меня кое-какие мысли… Есть…

— Ах ты ж… — дверца короба прикипела настолько, что пришлось поддеть её фомкой. Слегка поднатужился, и хлипкая жестянка не устояла перед моим натиском. С обиженным скрежетом она отскочила в сторону и повисла на одной петле…

— Та-ак… Прокладка всё-таки… — я лежал на боку. Разглядывал в свете налобного фонарика вышедший из строя насос системы охлаждения:

— Главное, чтобы не прорвало прямо сейчас, — озабоченно подумал я. Захлёбываться горячим хладагентом в тесной трубе мне совершенно не улыбалось…

Профилактику этому узлу, похоже делали в прошлом веке. Для того, чтобы устранить неисправность, мне нужен будет полный зип-комплект. А на складе мне его не дадут. Ибо всё уже украдено до нас… И хоть я там на пупе изверчусь, не видать мне зипа, как собственных ушей.

Думая эти невесёлые мысли я потихоньку полз к выходу из тоннеля. Выход светился метрах в пяти от меня.

— Люди — это глисты в металлических кишках орбитальных станций. — мысль, что и говорить, философская, — паразиты… — и я спрыгнул вниз. Берцы звонко грюкнули о металлический пол.

Но это был не единственный шум. Раньше тишину коридора нарушал только шорох вентиляторов. А сейчас к этому шороху прибавился звук тяжёлых шагов. Со стороны жилых блоков шло несколько человек. И шли они в мою сторону.

Не знаю почему, но мне показалось, что это не к добру. Как в воду глядел…

Из-за поворота коридора показался Барсюк, начальник участка. Вернее, сначала из-за угла показалось его брюхо. А уже следом и он сам.

В паре шагов позади него и немного сбоку — ещё двое. Григорий и Василий. Погоняло у них одно на двоих — Клыки. Они полностью его оправдывали. Поскольку были тупы, свирепы, и безоговорочно выполняли приказы шефа. Любые приказы.

А Барсюк, гнида жирная, мутил дела с распорядителем складов, и не только.

Ходили устойчивые слухи, что он и хихи-пыльцой приторговывал. В общем мерзкий тип…

Мне это всё было бы по барабану. Но он меня невзлюбил отчего-то. Наверное, оттого, что я на прошлой неделе отказался подписываться под актом передачи расходников. Я этих расходников в глаза не видел, а он их хотел на меня повесить. Понятное дело, что их давно украли, продали и бабло потратили. А меня эта гора сала решила концевым назначить. И похоже, сюда он пришёл не просто так… Сдаётся мне, будет меня убеждать… По всякому…

Барсюк остановился метрах в пяти, а Клыки синхронно выдвинулись на шаг впереди него и застыли по бокам, как два огромных питбуля. Маленькие покрасневшие глазки горели животной злобой. И, похоже, ждали они только команды «фас»… Которая скоро прозвучит, судя по злобному предвкушению, тлеющему в свинячьих глазках Барсюка.

— Ну что, Ржавый, работаешь? — заботливо так спрашивает, скотина жирная. Аж затошнило меня от заботы этой.

А Ржавый — это моя кликуха. Ещё с приюта. Не помню уже, в связи с чем меня ею наградили, но прилипла крепко…

— Работаю, конечно, — спокойно ответил я. Хотя спокойствие моё было напускным. Чуял я неладное.

— Это хорошо, что работаешь, — осклабился начальник участка, — только вот мне от тебя подпись нужна…

И протягивает мне тот самый акт, что я отказался накануне подписывать:

— Делов-то, поставил закорючку, и всё… — продолжил он.

Ну, понятное дело. После первой же ревизии, которую уже через пол-года ожидают, поеду я на рудники. Работа там, как говорят, особо полезна для здоровья. Плавали, знаем.

По слухам, бродившим в тесном мирке станции, уже трое механиков участка за последние пять лет отправились в места не столь отдалённые. Последним был Сморчок… А теперь, стало быть, моя очередь. Хоть я даже и не механик, а помощник механика.

Осудили Сморчка за хищения в особо крупных, да… Но при этом он был и оставался отъявленным нищебродом. А Барсюк, что характерно, только толще становился со временем. Вот такой вот парадокс.

— Нет! — вроде твёрдо прозвучало, но улыбка этого жиробаса стала только глумливее.