Хозяйка игрушечной мануфактуры (СИ) - Сталь Фиона - Страница 39

Задняя стена фабрики выходила к реке. Там был старый погрузочный люк, про который мало кто знал. Тобиас сказал, что замок там ржавый, но его можно открыть.

Мы подобрались к стене. Охрана Артура патрулировала двор с факелами, но сюда они не заглядывали — здесь было темно и скользко.

Тобиас, кряхтя, взобрался на кучу ящиков и начал ковыряться в замке люка.

— Тише, — шепнул Роланд, оглядываясь.

Щелчок. Люк со скрипом приоткрылся.

Мы проскользнули внутрь и очутились на старом складе.

— Куда теперь? — шепотом спросила я.

— В кабинет управляющего, — ответил Роланд. — Там сейф. Артур наверняка держит бумаги там. А Тобиас с парнями пусть идут в цех и забирают матрицы.

Мы разделились. Тобиас и двое гвардейцев исчезли в темноте цеха. Мы с Роландом начали пробираться по коридорам административного корпуса.

Пол скрипел. Каждый звук заставлял замирать сердце и прислушиваться к шагам.

Мы поднялись на второй этаж. Под дверью кабинета была щель света.

Артур был там!

Мы подкрались и прислушались.

— ...Да, завтра заберете остальное, — голос Артура был пьяным и веселым. — Печи тоже ломайте, там хороший кирпич. Мне плевать. Деньги вперед.

Он разговаривал с кем-то. С покупателем?

— А что с женой? — спросил незнакомый голос. — Она не будет против?

— Жена? — Артур хохотнул. — Жена сидит у своего любовника и льет слезы. Пусть сидит. Скоро ей некуда будет возвращаться. Я продам это место, расплачусь с долгами и уеду в Париж. А она пусть гниет здесь! Герцог наиграется с ней и вышвырнет вон, вот тогда птичка запоет фальцетом, да поздно будет!

Я сжала кулаки. Скотина. Он планировал бросить нас с дочерью во второй раз!

— Ладно, до завтра, — сказал незнакомец.

Послышался звон монет. Сделка состоялась.

Дверь открылась. Мы с Роландом вжались в нишу в стене, задержав дыхание.

Мимо нас прошел грузный мужчина в пальто. Он спускался по лестнице.

Артур остался в кабинете. Мы слышали, как он ходит, напевая, и гремит бутылками.

— Он пьян, — шепнул Роланд мне на ухо. — Это наш шанс.

— Что будем делать?

— Ждем, пока он уснет. Или вырубится.

Мы ждали час. Артур пил, разговаривал сам с собой, ругал меня, Роланда, погоду. Потом наступила тишина. И храп.

— Пошли, — скомандовал Роланд.

Мы тихо вошли в кабинет.

Артур спал, уронив голову на стол, прямо в лужу вина. Рядом стояла открытая бутылка и валялись деньги — задаток за продажу.

Роланд подошел к сейфу в стене. Он был приоткрыт. Артур в пьяном угаре забыл его запереть.

— Идиот, — прошептал герцог.

Он начал перебирать бумаги.

— Купчие... счета... письма... Вот оно!

Он вытащил толстую папку.

— Что это? — я заглянула через его плечо.

— Долговые расписки. На его имя. И... смотри.

Он показал мне документ. Закладная на дом. Датированная прошлым месяцем.

— Он заложил дом повторно? — ахнула я. — Но первая закладная у тебя!

— Именно. Это мошенничество. Двойной залог. Уголовное дело.

Он перелистал дальше.

— А вот и вишенка на торте. Письма от "мадам Жозефины".

Он развернул письмо, пахнущее дешевыми духами.

«Мой дорогой Артурчик! Ты обещал вернуться ко мне, как только покончишь со своей старой женой и оставишь её без гроша в кармане! Я жду денег. Иначе я приеду и расскажу всем, что мы обвенчались в часовне святого Павла».

— Двоеженство! — я чуть не вскрикнула. — Он действительно женился на другой женщине?

— Или пообещал, что женится, а она блефует. В любом случае, это доказательство его намерений. И письмо с угрозами от бандитов тоже здесь.

Роланд сунул папку за пазуху.

— У нас есть всё, чтобы уничтожить его. Уходим.

Мы двинулись к двери.

И тут половица предательски скрипнула. Громко…

Храп за столом оборвался.

Артур поднял голову. Мутные глаза уставились на нас.

— Кто здесь? — прохрипел он. — Воры?!

Он потянулся к ящику стола. Я знала, что там лежит пистолет.

— Бежим! — крикнул Роланд, хватая меня за руку.

Мы рванули в коридор.

БАХ!

Выстрел разнес щепку от косяка двери. Артур стрелял, не целясь.

— Охрана! — заорал он. — Воры!

Внизу послышался топот.

Мы бежали по коридору к черному ходу. Но там уже слышались голоса.

— Наверх! — скомандовал Роланд. — На чердак! Там есть выход на крышу!

Мы взлетели по лестнице. Чердак был завален хламом. Мы пробрались к слуховому окну.

Роланд выбил раму ногой.

— Лезь!

Я выбралась на крышу. Черепица, покрытая снегом опасно скользила под ногами. Высота — три этажа.

Роланд вылез следом.

Внизу, во дворе, бегали люди с факелами.

— Вон они! На крыше! — заорал кто-то. — Стреляй!

Пуля дзынькнула о трубу рядом с моей головой.

— Прыгаем! — крикнул Роланд. — В сугроб!

— Ты с ума сошел?!

— До сугроба метров пять! Выбора нет! Давай!

Он схватил меня за руку, и мы прыгнули…

Полет длился секунду, но мне показалось — вечность.

Мы рухнули в огромную гору снега, которую намело у стены. Снег забился в нос, в уши, за шиворот. Но мы были живы и целы.

— Бежим! — Роланд выдернул меня из сугроба.

Мы рванули к лесу, где нас ждали лошади. Позади слышались крики и выстрелы, но они палили в воздух.

Мы добежали до деревьев, задыхаясь. Тобиас и парни уже были там, с мешками.

— Ушли! — выдохнул мастер. — Все забрали! Матрицы наши!

— И документы! — Роланд похлопал себя по груди. — Теперь он наш.

Мы вскочили на коней и помчались прочь.

Я скакала рядом с Роландом, ветер свистел в ушах, и я смеялась. Нервно, истерично, но счастливо… Вот так, Артур! Знай наших!

Мы ограбили собственного грабителя и украли свою свободу.

Завтра Артур окончательно протрезвеет и поймет, что у него нет ни матриц, чтобы их продать, ни документов, чтобы защищаться в суде.

И на этот раз судья будет на нашей стороне. Потому что против двойного залога и двоеженства не попрешь.

Козырь Артура оказался бит. Нашим джокером!

Глава 42

После ночного налета нервы у всех в доме были на пределе. 

Мы с Роландом сидели в библиотеке, заваленной добытыми трофеями. На столе громоздились папки, которые мы вынесли из сейфа Артура. В углу стояли ящики с матрицами для зеркал — наше спасенное будущее.

Я перебирала документы, и с каждым листом мои глаза расширялись все больше.

— Ты только посмотри, — я протянула Роланду помятый листок. — Это расписка. Он занял пять тысяч у ростовщика в порту под залог... Лотти.

Роланд выхватил бумагу. Его лицо потемнело.

— "Обязуюсь выдать дочь замуж за сына кредитора по достижении ею восемнадцати лет", — прочитал он вслух. — Ублюдок. Он торговал собственным ребенком как скотом!

— А это? — я показала другой документ. — Двойная бухгалтерия. Он воровал деньги с фабрики еще до своего бегства. Завышал цены на сырье, разницу клал в карман.

— Теперь понятно, почему фабрика была в долгах, — кивнул Роланд. — Он сам её разорял. Эмилия, этого достаточно, чтобы отправить его на каторгу на двадцать лет. Без всяких бандитов.

— Но бандиты быстрее, — тихо сказала я. — Он пытался продать имущество, чтобы хоть как-то от них откупиться, а сейчас… Страшно представить, что они сделают, когда доберутся до него.

В дверь постучали. Вошел Джеймс. Вид у него был встревоженный.

— Ваша светлость, миледи. Там... новости. От Тобиаса.

Вслед за дворецким в библиотеку вошел мастер. Он был запыхавшимся, шапка сбилась набок.

— Началось, — выдохнул он. — На фабрике опять ад!

— Что случилось? — я вскочила.

— Артур протрезвел. Он... он сошел с ума, миледи. Он бегал по двору с пистолетом, стрелял в воздух, орал, что всех повесит. Избил кучера.