Без запретов - Jet Nadya - Страница 28

– Я всегда буду жалеть о том, что так с тобой обошлась. Это было предательство, но не думай, что мне было легко принять это решение…

Она взлохматила блондинистые волосы у корней и убрала руку в тот самый момент, когда в дверь постучали, и та открылась.

– Кимми, – воодушевленно произнес мужчина, пока Кэти собиралась с мыслями и с усилием натянула улыбку, чтобы отойти в сторону. – Пожалуйста, заходи.

– Да, я… я уже ухожу.

Кэти демонстративно коснулась своих губ пальцами, слегка размазывая, но при этом как бы поправляя помаду.

Ее внешний вид был слегка помятым, на что та и рассчитывала, когда проходила мимо соперницы, приглаживая растрепанные волосы рукой и стреляя серо-голубыми глазами. Как только дверь захлопнулась, Кимми перевела взгляд на мужчину, начала подходить ближе, чтобы сказать:

– Эта помада тебе не идет.

Раймонд удивился, когда быстро коснулся своих губ и понял, о чем именно говорит Кимми.

– Вот же… Кимми, это не то, что ты думаешь, клянусь.

– Точно? – Она встала на носочки, рассматривая его губы. – То есть Кэти не специально сделала вид, что вы не просто разговаривали?

– Что?.. Да. В смысле, я даже не обратил на это внимание, пока мы говорили. Не могу поверить, что она способна устраивать что-то подобное ради какой-то глупой игры. Мы разве в том возрасте?.. Господи…

– Да брось, это забавно.

Раймонд искренне удивился ее насмешкам без какой-либо обиды, поэтому вопросительно вскинул брови, всматриваясь в очаровательное лицо. Руки Кимми потянулись к его крепким плечам, нежно их поглаживая и добираясь до предплечий.

– Неделю назад я бы подумала иначе, увидев вас вместе, но почему-то сейчас вижу лишь то, что все по-другому.

Раймонд снисходительно улыбнулся, уже не в силах оторвать от нее восхищенный взгляд.

– По-другому?

– Ты уже не тот мерзкий самодовольный Ротштейн, которого я встретила в саду на острове. Не угрожаешь мне на немецком и не смотришь исподтишка, думая, что я собираюсь соблазнить кого-то из Ротштейнов.

– Но ты это все же сделала, Кимберли.

– Я?

По взгляду она поняла, какое удовольствие ему приносит парировать каждому ее слову. За время их разлуки она забыла, на что способен настоящий характер Раймонда Ротштейна. Та нежность, которую он проявлял по отношению к ней на протяжении последних лет, была лишь одной из сторон его поведения, за которым продолжала стоять знаменитая властность немецкой семьи. Забывать это было ошибкой.

– Ты не просто соблазнила, ты заполучила меня, мое сердце и душу, от которых пришлось добровольно отказаться. Они вечные пленники твоих нежных рук.

– Очень романтично.

Утвердительно и немного самодовольно кивнув, он медленно приблизился к ее губам и нежно поцеловал, прижимая девушку ближе. Сладкий дурманящий аромат ее тела кружил разум и дурманил любые не посвященные ей мысли. Так звучала их любовь и нежность друг к другу, когда мужчина настойчивыми поцелуями спустился по шее к воротнику ее рубашки, чтобы зубами оттянуть ткань и прильнуть губами к ключицам. Кимми ощутила, как грудная клетка тяжелеет, как все тело покрывается мурашками от удовольствия и подступающего соблазна от бесконечно влажных поцелуев.

– Раймонд... не здесь.

– Еще как здесь.

Мужчина с легкостью поднял девушку на руки и усадил на край стола. Она рассмеялась сквозь поцелуй, наклонилась назад, подсматривая за тем, как мужские пальцы расстегивают пуговицы ее рубашки, оголяя вздымающуюся грудь. Взгляд карих глаз остановился на красивом кружевном белье, Раймонд шумно выдохнул.

– Нам правда не стоит заниматься этим прямо здесь, – по-доброму улыбнулась девушка, понимая, с каким удовольствием мужчина оставляет поцелуи на ее обнаженных плечах. – В любой момент твоим сотрудникам может потребоваться помощь директора, они не на такое зрелище рассчитывают.

– Они в курсе, что после гольфа у меня есть еще минимум тридцать минут, чтобы принять душ и переодеться. Нам никто не помешает. Никто.

Надавив на ее грудь своей большой ладонью, Раймонд уложил девушку на поверхность стола и прошелся языком по животу. Она дрожала от каждой его нежности, шептала имя со всей любовью, на которую была способна, из-за чего мужчина терял какой-либо контроль, желая наконец-то показать ту накопившуюся тоску по желанному телу.

– Я порву колготки…

– С ума сошел?!

В дверь постучали.

Кимми поспешила подняться, но он не позволил, тут же уложив ее обратно на стол, чтобы спокойно, при этом громко сообщить:

– Не сейчас!

– Мистер Президент, это срочно. К вам посетитель.

– Мистер Президент? – удивилась Кимберли, пока за дверью раздавались посторонние звуки, которые Раймонд сразу распознал. Притянув смеющуюся Кимми к себе, он прильнул к губам, начиная быстро застегивать пуговицы ее рубашки. – Ты никак не угомонишься, верно?

– Сейчас твои щечки начнут ужасно гореть, олененок.

Девушка потупилась, слезая со стола.

– Что ты?..

Не успев договорить, Кимми остолбенела и переступила с ноги на ногу при виде не менее удивленной Марлен. Они назвали имена друг друга, на что Раймонд демонстративно поцеловал рядом стоящую девушку в висок, не опуская возможности задержаться, чтобы вдохнуть аромат ее волос. Щеки девушки по предсказанию все же вспыхнули.

– Почему я узнаю об этой новости самая последняя?! Ладно ты, Раймонд…

Мужчина со снисходительной улыбкой перебил:

– Ты первая, кто об этом узнал, Марлен, другие еще не в курсе.

– Не в курсе? Я была уверена, что ты сделаешь публичное заявление, как только вы сойдетесь.

– Кимми настаивает на конфиденциальности, а так ты не ошибаешься. Я готов рассказать об этом семье, а потом, конечно, и всей Европе.

Всей Европе.

Эти слова шипами впились в мысли Кимберли, и ей жутко хотелось уточнить — не преувеличивает ли Раймонд, говоря такие громкие заявления. Пробегая взглядом от мужчины к женщине, она видела только их не скрываемую радость и счастье за то, что они наконец-то смогли позабыть старые обиды, однако что-то вызывало некое беспокойство.

Оставляя поцелуй на ее руке, Раймонд остановился во главе стола, наблюдая, как Марлен с любовью обнимает Кимберли, интересуясь ее делами и последними событиями. Это зрелище приносило ему особое удовольствие и трепет, давая понять, что его любимая девушка ужепринята важным членом его семьи и на этот раз все будет по-другому. Мужчина ощущал это ясно, оттого ему становилось легко и создавалось ощущение, что рядом с Кимберли весь мир лежит у их ног.

Девушка посмотрела на Раймонда, который щелкнул кнопку под столом, чтобы жалюзи раскрылись, словно возвращая их в до этого отсутствующий оживленный офис.

– У нас такое тоже есть? – поинтересовалась она, на что получила одобрительный кивок. – Удобно. Так можно перестать чувствовать себя рыбой в большом аквариуме.

– Я знал, что ты скажешь что-то подобное. Но тебе здесь нравится.

– После подвала? Неудивительно, согласись?

Он поднялся с кресла с желанием подойти и продолжить их небольшой разговор на более близком расстоянии, не обращая внимания на присутствие Марлен, но Кимми предусмотрительно шагнула к выходу.

– Мне пора вернуться к группе. Сегодня много работы как с журналом, так и в магазине.

Марлен ласково улыбнулась:

– Я зайду к тебе, дорогая.

Кивнув, девушка напоследок взглянула на испытывающий взгляд мужчины, который не смог сдержать влюбленной улыбки, как только девушка вышла из кабинета.

– На это приятно смотреть, – призналась женщина, усаживаясь в кресло напротив. – Наконец-то ты выглядишь по-настоящему счастливым.

– Мне не описать словами то, как сильно я в ней нуждаюсь. С появлением Кимми моя жизнь приобретает более глубокий смысл, более высокую жизненную должность.

– Выше, чем первый наследник и немецкий принц?

– Я уже отвык от этих титулов.

– Разве возможно, когда ты продолжаешь зваться ими в Европе? Ты прекрасно знаешь, как боготворят нашу семью в Германии. Знаешь, каким пристальным вниманием наделен каждый твой шаг, решение, обычные слова.