Без запретов - Jet Nadya - Страница 6

– И на каком ты факультете?

– Финансы. Это образование должно быть у каждого Ротштейна. База. Так что насчет тебя? – Она невинно заморгала, упустив суть первоначального разговора. Ник застыл с очаровательной улыбкой, оголяя белоснежные клыки. – Тебе нравится выбранная профессия?

– Практики еще не было, но на теории я понимаю, что лучшего дела для меня не существует. Сказать что-то точно можно только после моего первого интервью.

– Поэкспериментируем?

– Что?..

Ник отодвинул свой стул назад и закинул ногу на ногу. Демонстрируя максимальную серьезность и безразличие, он выпрямил спину и кивнул, давая понять, что готов.

От комичности его харизмы в данном случае Кимми сама не заметила, как усмехнулась.

– Не думаю, что твое «ха» смогло бы расположить к себе человека, Кимми, – пригрозил Ник. – Кем мне быть? Певцом? Актером? Порноактером?

– Это не обязательно.

– Тогда буду собой. Мне все равно нужно потренироваться, чтобы уметь правильно отвечать на каверзные вопросы журналистов. Давай.

Девушка закатила глаза, но улыбаться не перестала.

Поднявшись с места, она отодвинула стул рядом с парнем и присела напротив, вспоминая, чему ее учили. Шесть вопросов: кто, что, когда, где, почему и как, чтобы полностью раскрыть событие.

– Итак, Мистер Ротштейн, – Кимми выпрямилась, стараясь выглядеть профессионально, хотя все это было шуткой, – начнем. Первый вопрос: кто вы для своих клиентов? Каким вы сами себя видите в этой индустрии?

Ник слегка приподнял бровь, но тут же собрался, включив режим «интервьюируемый»:

– Для клиентов я, наверное, тот парень, который не боится говорить то, что думает. А для себя… Скорее художник, который еще ищет свой главный холст.

– Хорошо, – Кимми кивнула, делая вид, что записывает. Ник улыбнулся. – Тогда что именно вы делаете, чтобы этот «холст» найти? Какие шаги предпринимаете?

– Пробую все, к чему боятся или не решаются прикоснуться другие. Ищу свойстиль руководства, своиправила.

– Когда вы поняли, что хотите заниматься именно этим? Был ли какой‑то момент, который стал точкой отсчета?

Ник задумался, постукивая пальцем по колену:

– Я родился под громкой фамилией, чей путь всем известен. Точкой отсчета стало мое рождение.

– Почему вы решили ограничиться именно этим делом? Из-за давления семьи или все же у членов вашей семьи есть выбор?

– Без комментариев.

– У вас же наверняка в детстве была мечта, как и у любого другого ребенка…

– Мечты – обычный плод воображения.

– И все же?

Ник замер, понимая, что Кимми перестала играть. В ту минуту девушка перешла в наступление, желая понять – какой он на самом деле. Это льстило, но игра продолжалась. Допускать ошибки было нельзя.

Он наклонился к ней, согнувшись. От проницательного взгляда карих глаз Кимми застыла, не в силах опустить голову.

– Если я скажу, что врачом, вы поверите?

Он нагло ухмыльнулся. Так, как привык улыбаться всегда, из-за чего девушка закатила глаза и выдохнула. Спросила:

– Обязательно включать этот флирт?

– С его помощью очень просто уйти от ответа на неприятные вопросы. К подобному на твоих лекциях готовят?

– Предупреждают.

Воцарилась тишина.

Кимми смотрела в его глаза, пока не почувствовала неловкость.

– Какие планы на Рождество? – поинтересовался Ник, наблюдая за девушкой с особым удовольствием. Было приятно видеть на красивом личике что-то кроме постоянного призрения. – Будешь как и в том году с Оливером?

Кимберли неестественно вздрогнула. Удивившись этому, Ротштейн сдержал очередную ухмылку, поспешил успокоить:

– Я не расспрашивал Марлен, она бы все равно ничего не сказала.

– Тогда откуда ты знаешь?..

– Это же очевидно. Семейное застолье на Рождество – священная традиция в любой стране, разве нет?.. В этот день мы тянемся к ближнему.

Его слова застряли в ее голове, укололи тем, что то Рождество Кимми встретила совсем не с Оливером, который по-взрослому решил встретить его с Амандой на горнолыжном курорте. Она встретила его с тем, кого отталкивала на протяжении долгих месяцев после отъезда из особняка. С тем, кто заявился к ее дому, застав врасплох.

К счастью, Ник не успел заметить блеск в красивых голубых глазах. Ему позвонили, из-за чего ужин пришлось прервать.

Никлас не хотел уходить. Смотря на то, как Кимми меняется в лице и наконец-то начинает избавляться от предвзятости, парень чувствовал себя иначе. Кажется, он теперь окончательно понял старшего брата. Когда рядом такая девушка, хочется соответствовать и включить всю доброту и искренность, которые только могут быть в человеке. Так и было. Если у каждого человека есть дар, Кимми обладала покорением суровой немецкой фамилии. Была живой мотивацией любить и быть любимым.

Когда за парнем приехал автомобиль, он напоследок обернулся к двери, где стояла Кимберли.

– Знаешь… я все-таки смог увидеть в твоих глазах желаемую искру. Ее оказалось достаточно.

– Искра? Думаю, ты спутал ее с отражением света свечей.

Рассмеявшись, Ник напоследок пробежался по Кимми взглядом, сдерживая потребность в прикосновении. Лишь в мечтах ему доводилось представлять, как их губы встречаются, как он наслаждается этим поцелуем. Но спугнуть ее так рано было бы глупостью.

Когда студенты более-менее обосновались на новом месте, все начало приходить в норму. Общая цель и стремление позволяли уйти в работу над созданием собственного журнала со всей возможной отдачей, в которой один вдохновлял другого. Под конец января был придуман интерфейс для онлайн-версии и название. Солярис.

Кимми сидела за своим рабочим местом, когда рядом с ней на старый стол с хлопком кинули журнал.

– Немцы покоряют Америку, – процитировал Крис сквозь зубы. – Это могло быть наше гребанное издание.

Его бесило, что самый популярный журнал взял егоидею из-за упрямства и какой-то слепой логики девушки. Когда дело стояло превыше всего, она просто так взяла и отказалась от возможности взлететь еще на старте, поэтому у парня не хватало злости дальше с ней разговаривать.

Уходя, Крис все еще продолжал сверлить Кимми взглядом, она же застыла, смотря только на лицо того, кто, казалось, смотрел прямо на нее. В самую душу…

Глава 2

Спустя несколько недель после нашумевшего выпуска из знаменитого журнала энтузиазм группы значительно сократился. С того дня Крис не терял возможности косо посмотреть на журналистку и лишний раз напомнить всем об упущенной возможности и успехе статьи о Ротштейнах. Казалось, он выучил ее наизусть, чтобы в моментах неожиданно появляющегося гнева процитировать хотя бы пару строк. Кимми решила всеми силами не обращать на него внимания, хотя иной раз раздражению девушки не было предела.

– Я хочу расширить команду, – неожиданно сообщил Крис, из-за чего вся группа одарила его вопросительным взглядом. – Что? Моя кузина по образованию переводчик. Такой человек лишним не будет, тем более у нее достаточно знакомств, чтобы наша каждодневная продуктивность не оказалась напрасной. Это хорошее решение.

Саманта нежно коснулась руки парня.

– Милый, но она же не студентка… Как к этому отнесется куратор?

– Она не будет выполнять основную работу, только некоторые поручения. Если мы добьемся результатов и нужного успеха, тогда можно будет говорить о полноценной ставке.

– Она согласна работать бесплатно? – поинтересовался Джаспер.

– Да. Она инициатор. По первости цель куда интереснее денег, если всем движет идея и желание. В этом мы похожи.

Кимми взглянула на Криса. Их взгляды тут же сцепились.

– Так она нужна нам потому что хороший переводчик или из-за того, что у нее есть связи? – моментально поинтересовалась Кимми, не сдерживая вызов в пронзительном взгляде.