Фальшивая истинная ледяного дракона (СИ) - "Юэл" - Страница 5

Преступницей.

— Эта преступница отныне моя жена, — спокойно сказал он. — Мы консуммировали брак. Истинность подтверждена.

И, словно между прочим, закатал рукав.

Между запястьем и локтем сиял дракон — такой же, как у меня ниже плеча. Только если мой напоминал татуировку, то его был покрыт льдом. Он ударил кулаком — лёд рассыпался, и под ним проступило красное, живое пятно всё той же формы.

Один из них начал было что-то говорить о законе, но мужчина перебил:

— Вы про законы, которые я заставляю соблюдать?

Голос — низкий, ровный, без тени сомнения. Я поймала себя на том, что… восхищена. Не жестокостью, а уверенностью. Сталью, которая не дрожит.

Второй вышел вперёд и сказал, что если меня не казнят, всё государство узнает: генерал обрёл истину.

— А всё государство и должно узнать, — ответил дракон. — Разве не величайшая новость, что генерал Северных земель наконец обрёл истину, дарующую безграничную мощь?

Они испугались. Я видела это. Тот, что стоял дальше, даже отступил к двери. А Говард за их спинами смотрел на своего хозяина с неприкрытым восхищением.

— Думаю, встреча окончена, — сказал Говард.

Один из храмовников попытался возразить, требуя подтверждения консуммации, на этот раз глядя исключительно на меня. И тогда генерал Северных земель шагнул вперёд, заслонив меня собой.

— Если вы посмеете тронуть мою истинную, — произнёс он тихо, — будете иметь дело со мной.

После этого они исчезли. Их словно ветром сдуло.

Я и до этого не сомневалась в том, что этот мужчина опасен, но в ту минуту… пожалуй, соблюдать наши договорённости мне стоит максимально неукоснительно. Сейчас он только играет раздражение — что же будет, когда это выйдет за рамки игры?

Я ещё сидела на кровати, прокручивая всё это в голове, когда в дверь робко постучали.

— Войдите, — сказала я.

В комнату впорхнули три служанки с платьями наперевес.

— Хозяйка, — произнесла одна из них, — пора приступать к вашим обязанностям.

Так начались мои боевые будни в роли жены генерала драконов.

И я даже понятия не имела, что это значит на самом деле.

Кайрен Нордхольд.

Шатёр был натянут туго, как струна. Полотно едва заметно подрагивало от ветра, но внутри было тепло. Я стоял над разложенными картами, склонившись вперёд, и вчитывался в пометки, сделанные моими помощниками.

Красные отметки — лагеря. Чёрные — предполагаемые пути отхода. Пустота — там, где ещё два дня назад было скопище вооружённых горцев.

Они сбежали. Как всегда. Стоило только слуху разойтись, что к ним выдвигается генерал Северных земель, — и всё исчезло, будто их и не было. Два дня в пути. Ни одного столкновения. Ни одного боя. Победа без боя — самая бесполезная из побед.

Я ударил кулаком по столу. Злость поднималась по венам ледяным холодом. Всё, что происходило, означало только одно: я могу возвращаться домой. И именно это меня раздражало сильнее всего.

Я выпрямился, провёл рукой по виску. Возвращаться было совсем некстати. Не тогда, когда мне пришлось поставить под сомнение собственное слово, связав своё имя с преступницей. Не тогда, когда… чёрт возьми, мне приходилось спать с этой женщиной в одной постели.

Мысли невольно скользнули назад, к утру. Я проснулся, как всегда, до первых лучей солнца. Привычка, вбитая годами. И первым, что я осознал, было тепло. Не огонь камина и не магия предков. Это было обычное человеческое тепло женского тела.

Она спала, уткнувшись мне в грудь, обнимая за талию. Тихо. Беспокойно. Словно даже во сне не доверяла миру. Преступники всегда спят вполглаза и слушают в одно ухо. Боятся себе подобных.

Первым желанием было оттолкнуть её. Но воспитание не позволило.

Я осторожно, почти бесшумно, вернул её на другую сторону кровати и поднялся. Девчонка даже не проснулась, несмотря на мои ожидания. Только нахмурилась и что-то пробормотала, будто потеряла опору.

Я покинул покои до рассвета.

Как всегда, у выхода меня ждал Говард — одетый с иголочки, с бумагами на подпись и сюртуком на случай, если я не успею позавтракать и сразу двинусь в путь.

— Как скоро вас ждать домой, милорд? — спросил он, когда я уже застёгивал перчатки. Есть я не хотел, а бумаги могли подождать.

Я помедлил.

— Хотелось бы вернуться не раньше чем через месяц после подписания договора.

Говард понимающе кивнул.

— Я так понимаю, юная леди должна войти в обязанности жены?

— Да. По крайней мере, так будет безопаснее.

От него у меня не было секретов. Никогда. После смерти родителей именно он стал тем, кто воспитывал меня — строже, чем отец, и честнее, чем любой наставник.

— Сделай из неё прекрасную хозяйку, — сказал я. — Она должна сыграть свою роль идеально.

Говард склонил голову.

— Я вас понял, милорд.

Я уехал, будучи уверенным: преступница будет выполнять свои обязательства. По доброй воле — или по принуждению управляющего моего поместья.

Мысли оборвались, когда знакомый голос произнёс:

— Кого я вижу…

Я поднял взгляд от карт.

Передо мной стоял аристократ до мозга костей. Чёрные волосы идеально уложены. Камзол сидит безупречно. В руках — трость, скорее как аксессуар, чем необходимость.

— Лорд Сайлас Эвермонт, — произнёс я, не кланяясь, лишь кивнув.

— Генерал Северных земель, — улыбнулся он. — Я слышал, вы обрели свою истину.

Я встретил его взгляд.

— Обрёл. И безгранично счастлив.

Улыбка на его губах стала шире.

— Удивительно. Безгранично счастливый генерал почему-то вместо того, чтобы проводить первый месяц в объятиях супруги, гоняет преступников с государственных земель.

— Это моя работа, — коротко ответил я.

— А вот мне известно другое… — протянул он, делая шаг ближе, к картам.

Я напрягся.

— Просветите.

Он опёрся на трость и наклонил голову.

— Мне известно, что ваша истина… слишком неожиданна. И слишком удобна для короны.

Я медленно выпрямился.

— Вы переходите границы, лорд Эвермонт.

— Напротив, — мягко возразил он. — Я лишь проверяю, насколько они прочны.

Он взглянул на карты, потом — на меня.

— Скажите, генерал… — голос стал тише. — А если вдруг выяснится, что ваша истина не так уж и истинна?

Лёд внутри меня дрогнул.

— Тогда, — ответил я холодно, — я лично буду биться с тем, кто посмеет оклеветать любимую подобными словами.

Сайлас рассмеялся. Почти довольно.

— Значит, слухи правдивы.

— Какие? — спросил я.

Он развернулся к выходу.

— Что вы относитесь к мужчинам, готовым сжечь полмира ради одной женщины.

Полотно шатра колыхнулось, пропуская его наружу. Я остался один, чувствуя каждой клеточкой тела: лорд Эвермонт начал свою игру.

Глава 7 — “У вас будут проблемы”

Прошло пять дней с того момента, как мой супруг… подкинул мне поместье. И если быть честной лучше так, чем быть его женой на самом деле. После слов о консумации брака я опасалась, что он потребует исполнения супружеских обязательств, но к счастью, видимо я не в его вкусе.

А вот документики меня заставили подписать. К несчастью для этого мне предоставили Говарда. К огромному несчастью и для всего остального мне был предоставлен Говард.

А Говард… Говард оказался сущим дьяволом с огромным внутренним резервом нескончаемой энергии. По крайней мере, так я считала на пятый день.

В красивых исторических фильмах жизнь богатой леди выглядит иначе. Балы, чаепития, прогулки по мощёным улицам, шуршание юбок, шляпки, улыбки, мужчины с благородными взглядами и ни одной заботы тяжелее выбора между синим и зелёным шёлком.

Ложь. Красивая, блестящая ложь.

На деле ведение хозяйства — это бесконечные цифры, письма, жалобы, недовольные лица и ощущение, что если ты допустишь одну ошибку — всё рухнет.

В первый же день меня нарядили так, будто собирались выдать замуж второй раз, и повезли показывать угодья.