Знак Огня 2 (СИ) - Сергеев Артем Федорович - Страница 14

— Да ради бога, — легко пожал плечами Игумнов, — если удержите!

— В смысле, во владение, — не понял я, — это вы что, это вы нам сейчас какую-то бумагу выпишите?

— Да какая бумага, Даниил Николаевич! — разулыбался Игумнов в ответ на моё запоздалое разрешение называть меня просто Данилой, — бумага — это по-новомодному, а у нас по старинке же всё! Я вот сейчас в городе объявлю, что посёлок твой весь, потом Москва это подтвердит, и будет это значить только то, что ты получишь право убить любого незваного гостя в этих границах без последствий для себя, вот и всё! У нас, Данила, в ходу не бумаги, а тот самый, старый смысл слова владение. Я же говорю — если удержите!

— Ну да, — подтвердил Никанор, — без бумаг! А только князь в своём месте — владыко! А ведьмам места не дают!

— Не дают, — согласился с ним Игумнов и, посмотрев на действия своего помощника, что согнал сейчас всех уцелевших ведьм в одну послушную кучку, развёл руками, — а на сегодня, друзья, наверное, уже всё! Извини, Никанор, дела ждут! Ни минуты свободной нет! В городе порядок навести надо, там ведь тоже ребусы, в местном нашем отделении не то, что ни души не оказалось, или там документов с компьютерами, а даже и стулья ведь вынесли, занавески сняли, один ветер по голым стенам гуляет! Очень мне интересно знать, куда и почему они делись, да сумею ли я их догнать. А потом дальше двигать надо, на север, там тоже что-то неладное творится, так что нужно ехать, друзья, нужно ехать.

— Да как же! — возмутился было Никанор, но Игумнов его быстро осёк.

— Что как же? — устало спросил он дядьку, и тот замолчал, — что как же? Ты же сам видишь, сила есть, но ничего больше нет! Всё в твоих руках, друже! Давайте, сидите тут тихо, учитесь, развивайтесь, только сильно не наглейте, а я через год-два к вам приеду, посмотрю, чего удалось добиться, там и видно будет. Ты, Данила, — и он перевёл взгляд на меня, — не обижайся, но для тебя пока это лучший выход. Да и удача какая — самого Никанора в наставниках заиметь! Ты это осознай и сумей этим воспользоваться, вот и будешь молодец!

— Уже, — искренне ответил ему я, — уже осознал. И, на будущее, чем смогу, всегда помогу, вы ведь сегодня даже не жизнь мне спасли, а что-то большее.

— Да! — вспомнил Игумнов что-то, а потом полез в карман пиджака и вытащил оттуда визитку, — про будущее! Если вновь за задницу возьмут, звоните по этому номеру, это мой личный, а мне скинь свой, для порядка.

— Сегодня же, — уверил я его, — сообщением! Просто старый уничтожил, новый ещё не приобрёл.

— Вот и договорились! — улыбнулся мне Игумнов и повернулся к открытым воротам, где уже, переминаясь с ноги на ногу, ждала его, опустив глаза, Алина, — ничего, кстати, друг другу сказать не хотите? На прощанье-то?

— Да нет, — пожал плечами я, — да и что тут скажешь? Тут надо или долго, или никак. Да и неохота что-то, если честно.

— А ты? — спросил он мою бывшую, и та метнула на меня быстрый, непонятный взгляд, но тоже замотала головой, мол, нет у неё для меня слов тоже, — ну, как хотите. Ладно, до свидания всем, берегите друг друга, и всё у вас получится! Я в вас верю!

Глава 5

Посёлок понемногу приходил в себя, люди, хоть и не увидели и не услышали ничего, зато сумели почувствовать весь этот недавний армагеддец, каждый в меру своих сил, да и всё ещё неистово заливающиеся лаем собаки спокойствия не добавляли.

— Бобиков заткнуть! — командовал Тимофеич призванными к нему со всего посёлка за получением ценных указаний домовыми, — лаской заткнуть, лаской! Успокоить! Потому как, знайте же, други, мы победили! И место это теперь принадлежит князю нашему по праву! Бояться отныне нечего, впереди только радость и осознанный труд на всеобщее благо, злу сюда больше хода нет! А границы сего града с этой поры охранять будет вот он — огненный кот! Смотрите, какой! Имя ему — Амба!

И старшина торжественно указал рукой на разлёгшегося на крыльце тигра, который с ленивым интересом рассматривал всё это мелкое поселковое воинство, что расселось сейчас на ограде нашего участка и во все глаза, затаив дыхание, любовалось огромным котом, да завидовало Феде изо всех сил.

Федька же скромно стоял рядом с Амбой и осторожными касаниями приводил в порядок шерсть на его выставленной далеко вперёд правой лапе, всем своим видом показывая, что да, дескать, вот такой вот кот теперь у него, у Феди, на хозяйстве и, вполне может быть, что он уже на нём даже и ездил! Вот так вот, а вы как думали?

— Ладно! — сказал я, вставая с кресла, чтобы прервать это всеобщее любование, псы-то в посёлке не затыкались, да и люди начали выскакивать на улицы, тревожно перекрикиваясь между собой, — Тимофеич прав, друзья, мы победили, но теперь нам нужна ваша помощь, нужно привести всё в порядок, нужно убрать все чужие следы, нужно сделать это быстро и, кроме вас, помочь нам в этом некому! На вас вся надежда!

Все чужие машины уже уехали, разве что пыль от них всё ещё висела в воздухе над главной улицей, но оставили все эти прекрасные дамы после себя неожиданно много следов и мусора, окурков вот накидали хотя бы, сволочи, наплевали, салфеток набросали, каких-то мерзких фигур на пустыре начертили, но ладно бы это, они ведь и нематериально насвинячили тоже, ограду мне вот шатали, развешивая по кустам какие-то поганые амулеты да рассыпая там же не менее поганые зелья, и от всего этого следовало избавиться немедленно. И это слава богу ещё, что Игумнов за собой прибрал, то есть за Катериной Петровной с подругой, а то пришлось бы мне лично этим заниматься.

— Слышите, как на нас князь надеется? — поддержал меня Тимофеич, — потому как и правда что, ну кто ему поможет, кроме домовых? И кто нас, кроме него, защитит? Кто поддержит, кто утешит, кто не даст в обиду? Мы для него, и он для нас! Он свою часть работы сделал, пришёл наш черёд! А ты, Амба, пройдись по округе да сожги всё то зло нечувствительное, что ведьмы эти злокозненные после себя оставили! Пожалуйста!

И тигр, дождавшись от меня незамеченного остальными короткого кивка, поднялся на ноги, и авторитет Тимофеича тут же взлетел до небес, хотя, казалось бы, куда уж больше-то.

— Только людям на глаза не показывайся, — напомнил я Амбе вслед, — незаметным стань. А после по округе пробегись, познакомься с новыми охотничьими угодьями. И собак не пугай, пожалуйста, потому что — ну невозможно же!

Амба, чуть обернувшись, совершенно по-человечески кивнул мне в ответ и резко пропал из виду, хоть и остался на месте, теперь мы могли видеть, да и то, присмотревшись только, облако горячего, немного подрагивающего воздуха в форме тигриной туши, а больше ничего.

— За работу! — резко хлопнул в ладони Тимофеич, и стало всё по слову его, потому как местные домовые, позакрывав рты, быстро исчезли с нашей ограды, кинувшись наперегонки наводить порядок в посёлке, радостно и возбуждённо перекрикиваясь между собой, даже и Федька кинулся шустрить по дому, а мы остались одни.

— Ну, я тоже пойду, — попросился у меня старшина, — приглядеть-то надо. Усердия много, сам видишь, а вот со смекалкой хуже, как бы чего не вышло.

— Давай, — коротко согласился я, улыбнувшись, — у меня тоже дел много, покупки разобрать надо, оргтехнику эту, связь наладить, а там и посмотрим.

Тимофеич кивнул мне и исчез, а вот Никанор увязался за мной следом, хотя мог бы и отдохнуть куда-нибудь залечь, в ту же баню, ведь я видел, что ему всё ещё нехорошо, что он ещё не восстановился, но возбуждён был дядька недавней битвой до трясучки и успокоиться не мог.

Расположить рабочее место я решил в главной комнате, рядом с камином, разве что единственный стол поставил так, чтобы лицом ко входу, чтобы никто, войдя, не увидел экрана, мало ли, чем я там занимаюсь, да и вообще, не любил я так, нараспашку.

Уселся на единственный стул, что притащил откуда-то Федька, придвинул к себе коробку с покупками и первым делом вытащил из неё здоровенный ноут с широким экраном, сразу разложил и включил его, для создания рабочего настроения, да и поставил перед собой.