Развод в 45. Получи свою… Вишенку! (СИ) - Шабанн Дора - Страница 28

Отмахнулась и от него, и от букета, и потихонечку пошла мимо длинной очереди встречающих, выглядывая Ирку.

Но Тарасов не отставал. Шёл рядом, пытался периодически отнять у меня ручку чемодана и рассказывал, каким маршрутом и как сейчас повезёт меня на дачу.

Остановилась, вздохнула, посмотрела на бывшего мужа устало и равнодушно:

— Тарасов, отстань. Вопрос с дачей решен также, как с квартирой. Вообще, это загородный дом, который нужен был мне для семьи. Ты меня ее лишил. За каким чертом мне теперь дача?

Так-то я для себя этот вопрос закрыла, от души порыдав еще зимой над разрушенным браком, а позже, после развода, при мысли о даче только хмыкнула:

— Снявши голову, по волосам не плачут.

Да и откровенно, вот совсем мне сейчас не до загородного имения. Столько дел, мыслей, планов. Как все успеть?

Изящно пропустив мои претензии мимо ушей, Алексей Петрович внезапно поинтересовался:

— И ты ничего оттуда не забрала? Просто так взяла и продала нашу дачу?

Негодование и удивление Тарасова мне было странным, но так как я прилетела уже уставшая и видеть его изначально не хотела, поэтому со спокойной совестью огрызнулась:

— Конечно, забрала.

А заметив, как приободрился бывший муж, хмыкнула:

— Любимые тапочки…

— Танечка моя! Все так же хороша, чертовка: резкая, острая, с юмором…

Комплименты вообще Тарасову не удавались никогда, а сейчас слышать их и вовсе было дико.

— А с этим цветом волос ты у меня теперь «женщина-шик»!

Обернулась, внимательно на него посмотрела.

Поскольку выглядел Алексей Петрович как обычно, уверилась в том, что с головой таки там какие-то старческие проблемы, вероятно.

Так, он ещё и снова попробовал меня обнять.

Вот, честно, здесь сама бы лучше не придумала, как подыграл мой организм.

Наплевав на воспитание, я не сдержалась и… чихнула.

Да так, что забрызгала самодовольную морду «бывшего» разом и слюнями, и соплями.

Картина вышла эпичная. А я улыбнулась злорадно:

— Извиняться не буду. Ты всё равно не поймёшь.

И пошла с вещами вперёд, где увидела входящих в зал Климовых.

А чем ближе я подходила к ним, тем лучше становилось заметно, что Ирка в ярости. Благоверный ее, вероятно, уже отхватил от гневающейся супруги, поэтому смирно шел за её плечом, уткнувшись взглядом в пол, практически.

Краткие восторги по поводу встречи и моего возвращения, и вот мы уже мчим по «кольцевой» в семейное гнездо Климовых. Пока добирались, Ирка, выдав мне салфеток и бутылку воды, подробно излагала мне планы на ближайшую перспективу:

— Значит, ты лежишь у нас и лечишься. Лекарств в доме хватает, жрачки полный холодильник. Никаких гадов вроде пауков, тараканов и дятлов у нас, кроме Климова, не водится, а из змей — только я. Если будет болеть спина — ты скажи, плюну без вопросов.

Соображала я с трудом, поэтому едва покивала, мечтая уже упасть где-нибудь и забыться.

Следующие сутки помнила плохо, потому что к температуре, кашлю и соплям добавился периодический озноб, и трясло меня так, что зубы лихо отбивали чечетку.

Но, к счастью, на третий день к вечеру я оказалась уже более-менее в себе и смогла выслушать подружку, которая, шустро накрывая ужин, докладывала:

— Катюшке я разу отписалась, что ты прибыла, не волнуйся. Дочь твоя в норме. Шлет привет. Еще про какой-то пакет меня спрашивала, но я сказала, что это уже с тобой решать. Вещи твои из путешествия, что ты просила, выстирала. Они уж высохли даже. Да, забегала тут наш терапевт частным образом тебя посмотреть. Сказала, что не помрешь, а если не хочешь в инфекционку, то тихо лежи дома, употребляй морс из брусники и клюквы. Вон, ты пятый графин допиваешь.

Я только хлопала глазами от всей, свалившейся на мою тяжелую голову, информации.

— И ещё я тебе туда клининг заказала, — в итоге заявила подружка.

Вопрос: «Куда?» был явно написан на моем помятом лице, поэтому Ирка махнула головой в сторону окна:

— В новую хатку. За наш счёт, ясен пень.

А потом наклонилась ко мне чуть ближе и тихо попросила:

— Ты уж прости этого идиота, а?

Я в ужасе на неё вытащила сами собой распахнувшиеся глаза:

— Тарасова?

— Да хрен с ним, с Тарасовым! Моего дебила болтливого…

О! Так вот откуда прилетел нежданчик, а я-то все это время на дочь грешила. И, как оказалось, напрасно.

Вспомнив оплеванного и всего в соплях бывшего мужа, хихикнула:

— Да и правда, хрен с ним, с Тарасовым! Климова твоего, конечно, прощаю. Вон вы сколько со мной возитесь.

Подружка разулыбалась:

— Это ещё что! Вот сейчас на ноги встанешь, Тань, а там и в парикмахерскую, к косметологу и на маникюр-педикюр метнешься. Всю себя в порядок приведёшь, да поедем, перевезём тебя в новую квартиру.

План был хорош, но Ирка еще добавила… красок:

— Я вот что решила: вещей твоих у нас в гараже лежит совсем немного, мы с тобой этого дурика просить не будем, а то он ещё где-нибудь протреплется, вот будет номер. Сами, на моей рабочей тачке, привезём твои коробки.

Так и договорились.

Дело было за малым — поправиться и привести себя в порядок.

Всего ничего, считай.

Глава 32

На новый лад

'Кажется, никогда нам на планете этой не встретиться,

Просто рукой махнуть — и голос почти не слышен.

Просто «пока-пока», и молча пойду я вниз по лестнице.

Может, когда-нибудь музыка станет тише…'

В. Кристовский «Кажется»

На работе меня ждали шестнадцатого июня, соответственно, еще было время отлежаться да переехать от Ирки в новую квартиру.

Лечилась я ударными темпами, и вскоре на родных болотах стала чувствовать себя если не шикарно, то «сгодится». И решила сразу заняться рабочими вопросами, но не тут-то было.

Естественно, подружка бдела и требовала непременно начать с себя, любимой. Увы, с любовью к себе у меня до сих пор было сложно, и я все больше сидела носом в компьютере, разбирая почту из столицы и с будущего места работы, чем планировала себе какую-либо бьюти-активность.

Но у Ирки не забалуешь, в смысле при наличии плана привести меня в порядок, то есть освежить цвет, пробежаться по магазинам и принарядиться, делать все это придется. Так же, как и маникюр, педикюр, масочки для лица — все, что по идее должно делать девочек счастливыми. Жаль, что сейчас эта «обязаловка» воспринималась мной не как праздник, а скорее, как ужасная и нудная рутина. Но Танечка — приличная, она сходила, куда была послана.

А еще, валяясь в гостевой Климовых, переделанной из детской их выросшего отпрыска, я прекрасно понимала, что до выхода на работу мне обязательно нужно посмотреть свои записи после собеседования. Так сказать, вспомнить «что почем», выделить для себя тонкие моменты, отметить основные нюансы.

Дел было, пусть и по мелочи, но много.

Это притом, что на повестке дня, во весь рост стоял вопрос с переездом.

Но самое паршивое в моей реальности было то отвратительное чувство слабости, когда ты после длительной лихорадки поднимаешься с постели, и мозг понимает: пора бежать, работать, дел невпроворот, а «силы мои уже не те…», увы.

— Что-то стара я стала, — пожаловалась Иришке за вечерним чаем после дня беготни по магазинам, в том числе и хозяйственным.

Ведь чудесные ребята из клининга, которых вызвала подружка, прислали после уборки отчётное видео, и теперь мне стало примерно ясно, что и куда ещё надо срочно докупить и дозаказать.

Правда, хорошо, что квартиру я присмотрела до того, как отправилась в Индию, и после получения денег от продажи «нашего семейного гнездышка» моему риелтору оставалось только оплатить бронь.

В том состоянии, в котором я вернулась с юга, вряд ли можно было приобрести что-то годное, а проживать у Климовых дальше, ну такое. Нет, они, конечно, не гонят, но как-то это, мне кажется, уже неприлично.