Развод в 45. Получи свою… Вишенку! (СИ) - Шабанн Дора - Страница 8

— Уверен в этом. И хорошо бы его доходы, о которых вам до сих пор было неизвестно, оказались легальными.

Вот это поворот.

Ай да Тарасов, ай да сукин сын.

Что еще ты мне приготовил?

Глава 10

По дороге разочарований

'По дороге разочарований

Снова очарованный пойду.

Разум полон светлых ожиданий,

Сердце чует новую беду…'

А. Романов «По дороге разочарований»

Как бы мне ни хотелось накрыться одеялом и прорыдать все выходные, мероприятие это пришлось отложить до лучших времен.

Для начала мой адвокат притащил уже почти под занавес пятницы ко мне в палату нотариуса. И мы, призвав свидетелей из числа дежурного медперсонала, организовали новую доверенность на представление моих интересов в делах, связанных с процессом развода.

— Будем смотреть, как пойдет процесс, что за судья, кто адвокат у второй стороны. Но я бы на «легко и быстро» не рассчитывал, — так себе перспективы, но они вполне понятны.

Столько сюрпризов от человека, с которым прожила большую часть жизни и которому абсолютно доверяла, я не получала никогда.

— Что ж, все когда-то бывает в первый раз. В любом случае, сейчас у меня «время реакции», проблемы — вот они, и их надо решать, — настроила себя на философский лад, но успокоительного у девочек на посту все равно попросила.

Суббота прошла вместе с обязательными капельницами, общением по телефону с коллегами, обсуждением с адвокатом условий завещания на всякий случай. Звонки негодующей родни и друзей Тарасова я сбрасывала, а сообщения не читала.

Поговорила с дочерью, постаралась успокоить тревожную Катюшку:

— Милая, все идет по плану. Прогноз оптимистичный. Я приглашу тетю Иру посидеть со мной при выходе из наркоза. У тебя нет повода для паники.

Ребенок внезапно всхлипнул:

— Когда можно будет позвонить, мам?

Ох, ты ж моя радость.

— Не волнуйся сильно. Наберу тебя сразу, как приду в себя и вспомню кто я и где.

Пошутила зря, потому что дочь распсиховалась сильнее.

— Тш-ш-ш, я запишу себе на бумажке основную информацию, не плачь. И сообщение тете Ире отправлю. Нормально все будет, мне же не череп вскрывают, — ну, так себе из меня утешальщик.

Пока Катерина что-то недовольное бормотала, я решила сместить фокус:

— Как твоя работа? Как коллеги? Ты так ничего и не рассказала толком…

— У меня и в Индии то же самое: книги, свитки, листы и прочая пыльная древность. У них интересные реактивы, так что есть чего изучить подробнее. Для кандидатской сгодится. Запрос я отправила руководству. Жду, — ребенок взбодрился.

Несмотря ни на что, профессия ей нравилась, выбрала она занятие себе по душе и до сих пор в нем не разочаровалась.

Распрощались со всеми полагающимися признаниями в любви и прочем, нам, девочкам, очень нужном.

Озадачила подругу, «верную офицерскую жену» Ирину тем, что труба зовет и помощь ее в понедельник мне необходима позарез.

Адвокат прислал текст завещания, поглядела, согласовала: все, что есть у меня — дочери. Мужу ничего, даже доброй памяти. Обойдется.

Звонила свекровь:

— Танечка, как ты сегодня? Что врач говорит?

Ну, успокоила, как могла. Да и не за этим же она меня набрала, верно?

Абсолютно точно.

— Танюш, а про Лешку-то что надумала? — Ариадна Павловна никогда так не звучала: нервно и устало.

Очень ее понимала, но порадовать было нечем.

— Ничего нового. На развод я подала, Катя взрослая уже. Даст бог, разойдемся миром, — ну, помечтать-то можно же, а?

— Эх, девочка, не боишься совсем одна остаться? Дочка, глядишь, или там, за границей, осядет или вот-вот замуж выйдет… — зазвучала «советская классика» для женщин.

«Кому ты старая нужна? Мужик в семье должен быть обязательно. Плохонький да свой…», и прочие лозунги.

К счастью, шоу имени Тарасова с его малолеткой, навсегда меня излечило от того, чтобы поддаваться на подобные уговоры.

Я была верной, преданной, понимающей, заботливой целых двадцать пять лет. И кому это все? Что лично мне, кроме ножа в спину, такое поведение принесло?

Вот именно.

Достаточно.

Больше я не готова прогибаться, терпеть, решать свои и не только проблемы сама. Вернее, готова делать это отныне исключительно для себя.

Хватит.

Для мужа, дочери и многочисленных родственников с его стороны я пожила, пришло время обратить внимание на себя.

Озаботиться здоровьем Татьяны Ивановны, ее комфортом, покоем и прочими интересами.

Неожиданный аутотренинг пошел на пользу, и в ночь на воскресенье спала я хорошо.

День перед операцией был сумбурный, хоть и выходной. Беседа с анестезиологом, подготовка собственно к манипуляции, созвон с Катюшей и Иришкой. Краткий разговор с начальницей.

— Танечка, сейчас важна ты и твое здоровье. А все вихри враждебные, что веют вокруг — по остаточному принципу, поняла? — Людмила Васильевна меня подбодрила, но и насторожила.

Что там еще за вихри?

Но разобраться с этим вопросом решила позже. Просто в список дел внесла. Там уже было: развестись, сходить к косметологу, сменить имидж, съездить отдохнуть.

На мой взгляд, план был годный.

Но жизнь, она же непредсказуема, да?

Понедельник наступил, как ему и полагалось, и к одиннадцати часам я уехала из палаты, дабы навсегда расстаться с частичкой себя.

Небытие ласково приняло меня в свои объятья, обещая, что все будет хорошо.

Опять обмануло.

Когда я вышла из наркоза, меня, вместе с призванной заранее Иркой и лечащим врачом, ждал ещё и на удивление импозантный, седовласый господин в форме. С нашивкой на рукаве: «Следственный комитет Российской Федерации».

Внезапно.

Глава 11

От сумы и от тюрьмы

'А снег идёт и идёт

В городе нашем любовь не живет

Он растает однажды

Но это неважно

Ведь в сердце моем

В сердце моем лёд…'

Е. Власова «Снег»

Невероятно, но факт: хорошо, что моя бабуля, мудрая, святая женщина не дожила до нашего с Тарасовым развода.

Это «веселье», полное черного юмора, нецензурщины, шантажа, угроз и просто моря помоев, вылитых на мою голову мужем, его родственниками, друзьями и прочими, сочувствующими, продолжалось почти три месяца.

У нас переносились заседания, менялся судья, вылезали странные подробности, не имеющие отношения к процессу.

— Держитесь, Татьяна Ивановна, СК завершил расследование и готов выдвинуть обвинение против вашего мужа. Должно стать полегче, — порадовал меня адвокат, когда я уже не верила, что эта нервотрепка когда-нибудь закончится.

Кто бы мог подумать, а?

Мой милейший супруг не только прилично нагрелся на последних стройках, которые курировал, после перевода в Санкт-Петербург, но и умудрился влиться здесь в теплую и очень деятельную компанию «бизнесменов», а скорее продавцов информации. Промышленный шпионаж, купленные тендеры, торговля коммерческой тайной — чего там только не было.

Я лично была на двух допросах, с целью откреститься от всего, в чем обвиняли мужа.

— Моя работа в Комитете никак не связана с деятельностью Тарасова. И разводимся мы отнюдь не из-за того, что не поделили откаты от гос. контрактов. К ним у меня доступа нет и не было. Все мои доходы прозрачны и отражены в данных налоговой. А историю приобретения дачи в Карелии и квартиры в Выборге вам изложит мой пока еще супруг. Я их впервые в налоговом уведомлении этого года увидела.

Даже в голову не могло прийти, что из отчетной и статистической информации, с которой я работала, внезапно прорезавшийся финансовый гений Алексей Петровича, сумеет сделать выводы, за которые люди будут готовы платить. И немало.

Недооцениваем мы близких, ох, недооцениваем. А потом, хлоп, сюрпри-и-из.