Таверна с новыми проблемами для попаданки (СИ) - Уютная Злата - Страница 38

Причем, я бы даже ничего не заподозрила, приготовь он точно такое же блюдо, но обзови его… не знаю, “морковкой по-королевски” или “морковкой по-рорскхи”. Я уже поняла, что в этом мире есть много рецептов, которые как две капли воды похожи на рецепты из моего мира.

Но назвать ее “по-корейски”... когда в этом мире никто про Корею даже не слышал… это такое бесстыдство, что аж тошно!

— Господа судьи! — тут же ахнуд на мои слова Ульрих, — Прошу вас обратить внимание, что моя противница уже не в первый раз клевещет на меня! Разве это не запрещено правилами? Сперва утверждает, что чуть ли не в рабстве держу своих работников, а потом еще и говорит, что я ее рецепт украл! Мне кажется, это переходит все мыслимые рамки приличия! Может, стоит ее за это уже дисквалифицировать?

— Господин Вебер, хотелось бы, чтобы и вы сами соблюдали эти самые рамки приличия, — недовольно откликается Витольд, — Или мне напомнить вам как вас пришлось осадить госпоже Бауэр?

При упоминании этого эпизода, Ульрих тут же заткнулся и недовольно засопел, кидая в мою сторону уничтожающие взгляды. Я же не могла отделаться от ощущения, что у него попросту кончились тузы в рукаве и он сейчас делал все что только возможно, чтобы вывести меня из равновесия и подставить перед судьями.

Но что самое отвратительное, что ему это похоже, удалось!

— Тем не менее, не могу не согласиться с претензией господина Вебера, — вдруг повернул ко мне голову Витольд, отчего у меня тут же замерло сердце — Обвинять кого-то в краже рецепта весьма бесчестно.

— Бесчестно? — у меня даже дыхание перехватило от такого положения дел, — Но это правда!

— А чем докажешь? — тут же накинулся на меня Ульрих.

— Я могу вам приготовить его прямо сейчас! Причем, с закрытыми глазами! — выпалила я, первое что пришло в голову.

Ну, а как еще я могу подтвердить тот факт, что Ульрих подсмотрел его у меня?

— Этого не достаточно! — сложил руки на груди этот прохиндей, — Особенно, если учесть, что у тебя в помощниках моя бывшая сотрудница, которая могла рассказать тебе секрет моего блюда!

Ах, паразит!

Еще и Розу сюда приплел! Да в таком виде, будто бы бедная девушка — бессовестная шпионка!

Тогда как единственный, у кого в этом зале нет совести, а заодно и стыда и порядочности, это сам Ульрих!

— Тогда… — едва сдержалась я, чтобы не высказать ему все в лицо, — Тогда объясните мне смысл названия этого блюда! Что значит “по-корейски”, это как? Что такое Корея?

Внимательно прислушивавшиеся к разговору судьи немедленно перевели взгляды на Ульриха, который натурально подавился от моего вопроса. Ну, или сделала вид, чтобы выиграть время. Он покраснел и закашлялся, в панике вращая глазами по сторонам.

— Это… это… кх-кх… такое… кх-кх… ну…

Поразительно! Украсть название блюда и даже не поинтересоваться, что оно значит!

— …это просто необычное название, которое придает этому блюду таинственности и показывает всю его необычность, — наконец, нашелся он.

Как же он умудрился все за уши притянуть! Неужели судьи поверят в такой очевидный балаган?

К слову, стоило мне только об этом подумать, как судьи тут же повернулись ко мне.

— А вы что на этот счет скажете? — поинтересовался Витольд, — Вы знаете что значит слово “по-корейски”?

— Знаю! — твердо ответила я и сразу же ойкнула, захлопнув рот.

Знать-то я знаю, только как это объяснить судьям?

Я натурально поймала сама себя в ловушку! Скажу правду, что это блюдо из другого мира, которое придумали депортированные корейцы, так мне либо никто не поверит, либо на костер потащат.

Я уже поняла, что в этом мире основные проблемы решаются сожжением на костре. Даже удивительно, что они до такого высокого уровня цивилизации дошли с их любовью всех и все сжигать.

Обманывать я тоже не хочу. Тем более, что мне придумать на этот счет? да еще и правдоподобного, чтобы не получилась такая ахинея, как у Ульриха…

— Ну? — вскинул бровь Витольд, — Мы слушаем.

— Это… это… — нерешительно пробормотала я, — Это название одной очень-очень далекой страны… — тихо выдохнула я.

— Страны? — тут же удивилась Эмбер, приложив палец к губам, — Я много стран объездила в поисках уникальных ингредиентов, но не помню ни одной с таким названием. Вы уверены, что она существует?

В этот момент я почувствовала себя так неловко, как если бы меня, будучи маленькой девочкой, поймали на лжи и теперь отчитывали за этот проступок.

— Ну, для кого-то она считается практически сказочной страной, — мрачно пожала я плечами, уже жалея о том, что вообще повернула разговор в это русло.

Вряд ли Ульрих предусмотрел это с самого начала, но то, как все обернулось, снова вышло ему на руку.

— Звучит, как-то не слишком убедительно, — снова встрял в наш разговор Ульрих.

— Увы, но это действительно так, — смерил меня ледяным взглядом Витольд.

Самое противное, что теперь судьи, а вместе с ними и зрители, думали, что это я такая скандалистка и жалкая лгунья, а не вот этот самодовольный напыщенный мерзавец, который угрожал мне расправой, а потом еще и чуть не сжег таверну!

— В таком случае, вы разрешите нам продолжить оценку блюд? — поинтересовался у меня Витольд.

Глава 40

Я вздрогнула и, опустив голову, кивнула.

Чертов Ульрих… ну что ты за человек такой! Откуда в тебе столько злобы, ненависти и изворотливости? Почему нельзя было все решить миром? Я уверена, что мы могли бы договориться…

Вот только его такой вариант абсолютно не устраивал.

Ну что ж, в таком случае, сам напросился.

Пусть напихает в питу всего что только угодно, но мое блюдо ему не проиграет!

Тем временем, судьи приступили к оценке нашей готовки и первым делом начали именно с кебаба Ульриха.

— Должна сказать, это… превосходно! — первой вскочила на ноги Эмбер, — Настолько превосходно, что…

Она перевела взгляд на свои руки и ошарашенно прошептала:

— … что оно уже кончилось.

Растерянно сев обратно, она с сожалением посмотрела на пустую тарелку.

— Должна сказать, что это блюдо настолько же непритязательное по внешнему виду, насколько невероятное по своему вкусу. Более того, я совершенно не ожидала, что под ломтиками кисло-сладкой морковки, которая отлично сочетается с мясом кабубра, скрывается самые настоящий клад! Лепешка была промазана соусом из белого йогурта, сока лимона и мягких специй, которые дополняют вкус кревекряка, не давая ему потеряться на фоне более сильных ароматов. Но что самое бесподобное, так это то, что обычно в подобные блюда добавляются насыщенные соленья, чтобы создать контраст ощущений и сбалансировать сильную жирность мяса рассолом, сделав его менее тяжелым для желудка. Но здесь такого нет…

Эмбер, запнулась и с явным сожалением поправилась.

— Вернее, не было. Потому что здесь использовался маринованный лук и перец, которые отлично дополнили мясо грибыка, подчеркнув его сильную грибную составляющую. Но при этом, они отлично справлялись со стимуляцией пищеварения. Таким образом, ни один из ингредиентов не затерялся на фоне остальных, зато вместе они создали восхитительное единое блюдо, которым можно наслаждаться как в дорогом ресторане, так и небольшом придорожном трактире.

Услышав это, Ульрих разом приосанился и кинул на меня полный презрения взгляд.

— Наслаждаясь тем, как сочетаются все эти удивительные ароматы, мне на ум приходит ассоциация с человеком, который удивительным образом вписывается в любую кампанию. И не только вписывается. Лишь благодаря ему разные кампании, у которых, казалось бы, нет друг с другом совершенно ничего общего, отлично ладят и наслаждаются приятным времяпрепровождением.

К концу тирады, у Эмбер даже проступили слезы на глазах, а лицо застыло в мечтательном выражении. Она будто вспомнила что-то из своего прошлого. Возможно, того самого человека, который был душой любой компании.

— Господин Вебер, — как только закончила Эмбер, подала голос Эрина, — В другое время я бы ни за что не поверила бы, что скажу такое, но… это поразительно! Моя коллега совершенно права! Благодаря этой чудесной морковке по-корейски, которая придает легкую кислинку, но отлично гармонирует с мясом и взаимно усиливает вкус маринованных овощей, добавляя при этом непередаваемых ощущений текстуры, самое обычное блюдо мигом выходит на новый уровень.