Мастер драгоценных артефактов 4 (СИ) - Майерс Александр - Страница 10

— Вот как… Понял, ваша милость, — кузнец вздохнул и покачал головой. — Никогда бы не подумал, что захочу себе подмастерьев.

— А почему так?

— Так ведь раньше металл я видел очень редко, по большим праздникам, можно сказать. По работе скучал. А сейчас вот едва справляюсь, — Арсений обвёл рукой суматоху вокруг.

— Ну, времена меняются, — улыбнулся я. — Если найдёшь кого-то достойного в ученики — бери, никаких проблем. Даже из солдат можешь выбрать.

— Не уверен, что найду достойных. Тут талант нужен. Ребята кое-что умеют, но это так… — он махнул рукой.

— Если будешь искать только талантливых — ученика найдёшь в глубокой старости. Талант — ничто без усердия. Открою тебе секрет: я сам ни хрена не талантливый человек, всего добился трудом. Так что действуй.

Арсений задумчиво кивнул и вернулся к работе.

Ну а я пошёл в арсенал.

Там у нас имелся запас наконечников для болтов. Один почти полный ящик — сотни две с небольшим наконечников. Капля в море, но уже что-то.

Я велел отправить ящик мастеру Гавриле и передать, чтобы делал болты. Нужно закончить к вечеру, плюс прибудут ещё наконечники.

План у меня был такой.

Поставить стену с решёткой. Мыши будут чувствовать людей, нападать, но стену не пробьют. А мои бойцы будут отстреливать монстров через решётку.

Сколько времени это займёт — неделю, месяц или полгода — неважно. Мне очень уж интересно, что на той стороне моста. И что внизу, тоже интересно — я успел заметить, что твари откуда-то снизу прилетают.

Плюс у мышей есть металлические когти и зубы. Их можно вырезать и переплавить. Получится слегка магический металл для разных изделий, для тех же наконечников.

Безотходное производство.

Люди скоро приступили к делу.

Маги из спецотряда во главе с Яшкой будут отгонять мышей огнём и светящимися посохами, пока рабочие делают кладку. Гвардейцы будут охранять всех от жуков, которые вполне могут прийти под шумок. А шахтёры продолжат работу в других штреках.

Даже такие интересные штуки — не повод отлынивать от дел.

Когда я закончил раздавать указания и убедился, что все всё поняли, то взял еду и компот, сваренный на кухне из лесных яблочек, и пошёл в госпиталь.

Катарина всё ещё стояла посреди комнаты и подпитывала камни, сложив руки на уровне груди в особом жесте. Некоторые солдаты были уже почти излечены, но тяжёлым ещё требовалось исцеление.

— Я пришёл помочь, — сказал я.

Ведьма осторожно повернула голову и покосилась на меня.

— Помочь? — уточнила она.

— Ну да. Ты же не ела с утра.

— Не ела.

— Вот. Я принёс еду. Как ты себя чувствуешь? — спросил я.

— Нормально. Устала, конечно. Но держусь.

— Хорошо. Тогда давай поедим, — я взял ложку, зачерпнул похлёбки и поднес к лицу Катарины. — Открывай рот.

Она уставилась на меня, как на психа.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно. Руки у тебя заняты, двигаться нельзя. Как ты собиралась есть?

— Я думала… потерпеть.

— Глупости. Открывай давай.

Она медленно открыла рот, и я сунул ей ложку.

— По-твоему, это нормально? — спросила она, прожевав. — Что граф меня кормит с ложечки?

— Посмотри на этих людей, — я кивнул на раненых. — Они едва не отдали жизни за меня. А ты сейчас держишь их жизни на себе. Для меня нет никакого урона чести или гордости покормить тебя. Если надо — я перед тобой станцую даже, чтобы не скучно было. Только не слишком длинный танец, я тоже задолбался.

Она вздохнула и снова открыла рот.

Я скормил ей полную тарелку мясной похлёбки, а потом напоил компотом.

— Вкусно, — сказала Катарина.

— Повара специально для тебя постарались, — подмигнул я и сел рядом на стул.

Ужасно хотелось спать, глаза закрывались сами. Но я не стал ложиться.

Это будет нечестно по отношению к Катарине. Она стоит, а я буду спать? Нет, так не пойдёт.

Плюс надо следить, чтобы она не отключилась. Хотя я ей доверяю — она ответственная. Жизнь у неё была нелёгкая, любая ошибка — и она труп или пленница. Поэтому моя ведьма знает цену поступкам.

Мы сидели молча, а потом Катарина вдруг сказала:

— У меня проблема.

— Да? Только не говори, что я слишком много компота принёс.

— Нет, я не об этом, — она чуть покраснела. — Но мне правда нужна помощь.

— Конечно, слушаю.

Ведьма вздохнула.

— Нос чешется. Не мог бы ты…

Я пожал плечами.

— Без проблем.

Встал и пошёл чесать ей нос.

Дорога была пустынной.

Пять всадников, облачённых в хорошие доспехи, ехали не спеша. Кони шли ровно, копыта стучали по утоптанной земле. Впереди двигался Игнат, командир патруля. За ним — четверо бойцов. И ещё один — жукоборец Егор, который всю дорогу ворчал:

— Я вроде с жуками должен бороться. А не по дорогам кататься.

— Верно, — ответил Игнат. — Но никто не отменяет патрулирование. Бойцы должны всё уметь.

Всем разъездам дали по одному-два жукоборца. Чтобы те местность изучали и в случае чего показали свои новые навыки. Приказ графа.

Дороги сегодня были чистые, ни разбойников, ни других врагов. Несколько раз патрульные встречали людей — некоторые убегали в лес, едва их заметив, другие опасливо косились и старались быстрее пройти мимо.

Скучновато даже.

И тут Игнат увидел впереди движение.

Вооружённый отряд на лошадях, человек десять-двенадцать. Железа на них было мало, но кожаная броня неплохая. При оружии, при щитах.

Те заметили патруль — и сразу рванули навстречу.

— Держись сзади, — бросил Игнат Егору.

— Мужики, я вообще-то тоже солдат! Умею сражаться.

— Мы ещё сами не умеем нормально сражаться, а тебе и подавно не стоит лезть вперёд. Ты две недели в армии. Жукоборцев всего двадцать человек, вас беречь надо.

Егор хотел возразить, но промолчал.

Отряд незнакомцев подъехал ближе. Они остановились в нескольких шагах, настороженно глядя на патруль.

— Кто такие, куда движетесь? — спросил Игнат. — Это земли графа Шахтинского.

Про себя он думал, что схватки не избежать. Когда встречаешь таких вот ребят на дороге — в девяноста девяти случаях из ста приходится драться.

Один из чужаков снял шлем и приветливо улыбнулся. Но таким улыбкам командир патруля уже привык не доверять.

— Меня зовут Корней, — представился он. — Служу барону Сачкову, чьи земли находятся в ста километрах отсюда. Мы движемся на север по его указанию. Не хотим ни с кем ссориться, никому не причиним вреда. Можно ли проехать?

Говорил он спокойно, но при этом видно было, что его люди готовы к бою. Если что-то пойдёт не так — патрульным может худо прийтись.

— Если просто проезжаете — без проблем, — ответил Игнат. — Но мы обязаны вас сопроводить. По этим землям никто не ходит без позволения графа.

Корней переглянулся со своими и сказал:

— Если обещаете, что не приведёте нас в ловушку — будем даже рады. Это ваша земля, здесь ваши правила. А мы уважаем чужие законы.

Игнат кивнул и молча махнул рукой.

Дальше они поехали вместе. Обе стороны вели себя настороженно. Руки на оружии, взгляды по сторонам. Никто никому не доверял.

А через полчаса они услышали крики и стрёкот жуков.

Игнат пришпорил коня. Остальные бросились за ним.

Они вылетели из-за поворота дороги, и увидели, как три больших инсектоида потрошили телегу. Два секача и один молодой бронежук. Телега разломана, лошади убиты.

На обочине лежал без сознания мужчина — видно, ударился головой, когда слетел с телеги. Женщина с ребёнком на руках пыталась убежать, а за ней бросился секач.

Женщина споткнулась, упала, прижимая ревущего ребёнка к груди. Секач кинулся на них.

— Вперёд! — рявкнул Игнат, выхватывая меч.

Чужаки тоже обнажили оружие, и Корней воскликнул:

— Мы с вами!

И тут вперёд выскочил Егор, на ходу спрыгнув с коня.

— Это моя работа, мужики! Сейчас справлюсь!

Корней уставился ему вслед.