Мастер архивов. Том 2 (СИ) - Волков Тим - Страница 43

— Алекс, там…

Я уже и сам видел.

Две машины вынырнули из утреннего тумана, подпрыгивая на ухабах. Первая — старенький «УАЗ» с мигалкой, наверняка местный участковый. Вторая — чёрная, тонированная, иномарка, которой здесь делать было нечего.

— Кто это? — испуганно спросила Катя.

— Точно не знаю. Но догадываюсь.

Машины остановились метрах в тридцати от нас. Из «УАЗа» вылез мужик в форме — молодой ещё, с усталым лицом и рыжими усиками, подрагивающими при ходьбе как лапки таракана. Участковый, судя по всему.

— Здравжелаю, этсамое, — кивнул он. — Участковый Михал Михалыч, этсамое.

Говорил он не шевеля ртом, отчего все слова слипались, превращаясь в неразборчивую кашу.

— Петрович, этсамое, сообщил. Отреагировали вовремя, этсамое. Под контролем все, этсамое.

Он оглядел руины, нас с Катей и молча кивнул куда-то в сторону.

Из чёрной машины вышли двое. Оба в строгих костюмах, несмотря на утро и грязь. Один — высокий, худой, с цепким взглядом. Второй — пониже, плотный, с руками, которые явно умели не только бумаги перебирать.

Маги. Люди Зарена.

Я узнал их по черному шеврону на груди с символическим изображением головы дракона.

— Ну, держись, — шепнул я Кате и шагнул навстречу.

Высокий маг подошёл первым. Остановился в двух метрах, оглядел меня с ног до головы.

— Алексей Николаев? — спросил он. Голос спокойный, без эмоций.

— Да. А вы, собственно, кто?

— Мы сопровождаем представителя Императорского Департамента исторического наследия и магических артефактов, — ответил первый. И кивнул на свою машину.

Оттуда вылез… Костя.

— Ребята, я…

— Помолчи, — внезапно осек его второй. И глянув на меня, спросил: — Что здесь произошло?

Стало все понятно. Зарен догадался или почувствовал, что его книги могут быть под угрозой. И решил действовать на опережение. Отправил своих людей сюда, для контроля. А чтобы операция была законной приказал Лыткину отправить сюда еще и людей с Архива. Костю… Парень был явно напуган и смотрел на меня с растерянностью.

— Так все же что тут случилось? — маг кивнул на дым, валивший из подземелья. — Потрудитесь пояснить.

Я выдержал паузу. Ровно столько, чтобы не выглядеть слишком уверенным или слишком испуганным.

— При каталогизации произошла магическая детонация, — сказал я ровно. — Один из манускриптов оказался нестабильным. Сработала цепная реакция. Мы не успели ничего предпринять.

Маг прищурился.

— Детонация? От одного манускрипта?

— Там были не простые книги, — вмешалась Катя, подходя и вставая рядом. — Мы проводили предварительный анализ. Некротическая магия, высший уровень. В подземелье накопился критический объём энергии. Достаточно было малейшего воздействия.

Она говорила уверенно, с лёгким оттенком профессиональной досады — мол, вот так, ничего не поделаешь, наука требует жертв. Я невольно восхитился — как играет! Станиславский бы поверил.

Плотный маг шагнул к провалу, заглянул вниз. Оттуда всё ещё валил дым, пахло гарью и чем-то сладковатым.

— Всё сгорело? — спросил он.

— Абсолютно, — ответил я. — Мы едва успели выскочить.

Высокий маг переглянулся с напарником. В их взглядах мелькнуло что-то, чего я не смог прочитать. Разочарование? Злость? Сомнение?

— Значит, детонация, — повторил высокий. — От одного манускрипта.

— От цепочки, — поправила Катя, и я мысленно порадовался её выдержке. — Когда рванул первый, сдетонировали остальные. Там было тесно, всё стояло вплотную. Возможно, владелец намеренно соорудил такую защиту.

Маг кивнул, но в глазах его читалось сомнение.

— Понятно. Тем не менее, нужно извлечь всё, что осталось. Фрагменты, обгоревшие страницы, пепел. Нужны образцы для анализа.

— Это безумие! — вырвалось у меня раньше, чем я успел подумать. — Там же огонь! Дышать нечем! Конструкции могут рухнуть!

— Этсамое, парнишка прав, — вмешался участковый, подкручивая рыжий ус. — Рисковать нельзя, этсамое. Огонь, этсамое.

— Действительно, там огонь, — спокойно повторил маг. — Вы правы.

Он поднял руку, и я почувствовал, как воздух вокруг резко изменился. Стало холодно — не просто прохладно, а по-настоящему холодно, будто мы оказались в центре зимы.

Из ладони мага вырвался сгусток — белый, искрящийся, размером с футбольный мяч. Он плавно полетел в провал, исчез в темноте, и через секунду оттуда донёсся глухой хлопок.

Из подземелья повалил пар — густой, белый, смешанный с дымом и сажей.

— Вот, — сказал маг, опуская руку. — Теперь безопасно.

— Ешкин кот! — удивлённо выдохнул участковый. — Магия, этсамое!

Плотный кивнул и шагнул к провалу.

— Ты, — он повернулся к Косте. — Спускайся. Собери всё, что найдёшь. Да аккуратнее там, образцы не перепутай.

Я было дернулся, да Катя остановила.

— Беспокоитесь за коллегу? — увидев этот жест, спросил высокий маг с явной насмешкой.

— Беспокоюсь, — кивнул я. — А еще беспокоюсь за то, что вы зря теряете время. Там ничего не осталось. Я видел, как горели эти книги. От них остались только пепел и гарь.

Маг прищурился.

— Пепел тоже может рассказать много интересного. Особенно если знать, как его читать.

— Читать пепел? — усмехнулся я. — Звучит как шаманство, а не наука.

— В магии, молодой человек, наука и шаманство часто идут рука об руку. — Он сделал шаг ближе. — Вы, кажется, не совсем понимаете, с чем имеете дело. Эти книги были уникальны. Бесценны. Их потеря — катастрофа для Империи.

Какие громкие слова! Достойный ученик своего учителя!

— А люди, которые могли погибнуть при этой катастрофе? — жёстко спросил я. — Мы с Катей едва успели выскочить. Если бы замешкались на минуту — нас бы сейчас здесь не было.

Маг смотрел на меня долгим, изучающим взглядом.

— Вы правы, — сказал он наконец. — Человеческие жизни важны. Но позвольте спросить: как так вышло, что вы, опытные сотрудники Архива, не распознали нестабильность манускрипта? У вас же есть протоколы, инструкции, защитное снаряжение…

— Мы работали в полевых условиях, — вмешалась Катя, подходя ближе. — Подземелье было сырым, старым, с нарушенной магической защитой. Защитные и расчетные конструкты не сработали в полную силу и всей картины не отразили. Мы полагались на визуальный осмотр.

Маг перевёл взгляд на неё. В его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение.

— Вы хорошо держитесь, Екатерина. Оба хорошо держитесь. — Он помолчал. — Но позвольте заметить: ваша версия событий… как бы это сказать… очень удобная.

— Удобная? — переспросил я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Вы называете удобной версию, по которой мы чудом остались живы и потеряли всё, за чем сюда ехали?

— Я называю удобной версию, в которой книги уничтожены полностью, без возможности восстановления, и единственные свидетели — вы двое. Нет фрагментов, нет даже толком места преступления — одни руины. Слишком чисто, не находите?

— А вы бы хотели, чтобы мы ценой собственных жизней принесли вам манускрипты?

Маг не дрогнул.

— Я хочу понять, что здесь произошло на самом деле. Потому что у меня, знаете ли, есть основания сомневаться.

— Какие основания? — Я шагнул к нему, сокращая дистанцию. — Вы здесь первый раз. В подвал этот вы не спускались. И вообще ничего не видели. А я видел. И я говорю вам: книги сгорели. Сами.

Маг молчал. Долго, очень долго. Глаза его сканировали моё лицо, искали хоть одну зацепку, хоть одну трещину в броне.

— Вы верите в то, что говорите, — сказал он наконец. — Это чувствуется. Но вера и правда — разные вещи.

— У меня нет веры. У меня есть факты. — Я выдержал паузу. — Если вы хотите обвинить меня в чём-то — обвиняйте. Вызывайте следователей, тащите в Тайную Канцелярию.

Маг усмехнулся — первый раз за весь разговор.

— Кто знает, может так и сделаем — когда изучим все улики.

Повисла тишина. Стояли долго, молчали, ждали. Потом плотный маг, находившийся чуть поодаль, кашлянул, привлекая внимание.