Звездный поток. Социал (СИ) - Плотников Сергей Александрович - Страница 12

«Уверен?» — донеслась до меня мурлыкающая мысль Зеленой, заставив вздрогнуть от одного тона.

Тьфу! И меня троллит, засранка зеленая!

— У нас каждый класс обычно придумывает себе название вместо скучного номера, — убедившись, что все расселись, занял свое место Герт. Автобус плавно тронулся с места. — Вроде «Кометы», «Ураганный отряд» или там, если амбиций побольше — «Знатоки». Те, кого я выбрал для встречи, зовут себя «Затейниками». Не хотите выбрать своему классу название.

— «Апасные»! — нам даже переглядываться не пришлось. Алиса рядом со мной удивленно округлила глаза — и тут же захихикала.

— Именно через «а», а не через «о», — весело уточнила Аня. — А то опасными много кого можно назвать, а мы — особенные!

Судя по бойким возгласам, название пришлось по вкусу всем, даже Дебре и Зандеру. Идальго весело фыркнул, Мэтью улыбнулся и показал большой палец — что уж про остальных говорить. Особенно барагозили коты, оставшиеся пока в котовьей форме. И только Наташа Косыгина, кажется, очень хотела бы всем объяснить, что она не с нами — но стоически промолчала.

Поездка занимала минут десять, и то только потому, что наш транспорт не особо-то и разгонялся. Как нам вчера рассказала Брин, у каждого класса был свой участок земли под произвольное освоение — хоть космодром строй! — и собственный жилой объем под ним, так называемая «коммуна». Как мне удалось выяснить, такая компоновка позволяла максимально развязать детям руки, одновременно максимально же связывая психологически с выделенной зоной ответственности.

Вчера нас поселили в гостевой зоне при администрации школы — случалось, классы изредка переформировывали или дети меня школу. И коммуна, в которой мы занимались — была этаким демонстрационно-усредненным вариантом. Теперь нам полагалось обустроится на своем месте самостоятельно — но видимо наставник решил, что нам сперва стоит посмотреть на чужие варианты. Видимо, чтобы лучше понять, что зачем и почему. Что сказать? Я только за.

— Учитель Река, а ничего, что мы так ворвемся к другим ученикам? — подумав, спросила Шая. — Они, наверное, отдыхают после уроков?

— Если и отдыхают, то активно, — с улыбкой фыркнул преподаватель. — Конкретно Затейники еще и особо гордятся, что каждый раз придумывают себе что-то новенькое. Вдобавок они сами не далее как три дня назад достава… в смысле, просили свою наставницу познакомить их с какими-нибудь необычными людьми. Мне кажется, вы идеально под описания подходите.

— Мы вообще-то довольно обыкновенные, — смущенно пробубнил Волковски, гладя усевшуюся у его ног Фиру.

Вопреки фамилии парень оказался лютым кошатником — это выяснилось на «Руке дружбы», где все фамильяры круглосуточно ходили в осязаемых проекциях. В целом, моя цветная четверка не возражала стать объектом почесывания и помурчать — но полноценный разум и способность говорить смущали моего одногруппника. А вот дымчатая леопардиха фиолетового цвета подходила полностью. Пожалуй, единственное, что расстраивало Зандера — Фира считала своим хозяином меня, а не его.

— Это вы для себя привычные и обычные, — ласково объяснил ему Герт. — А для Затейников — гости аж из соседнего государства, да еще и одногодки, что огромная редкость и удача. Так вы еще и со Зверями Потока и даже с роботом с И-Эр. Не бойся, ты их точно не разочаруешь!

Уже ближе к концу поездки я смог сформулировать словами смутное чувство беспокойства, что возникло у меня после рассказа Герта о Затейниках.

— Учитель, а что наставница принимающего класса рассказала ребятам про нас?

— Ничего лишнего, если ты это имеешь в виду, Ори, — поспешил успокоить меня Река. — Что вы все из военной Академии, что поголовно ОВЭ-операторы, и что кроме учебного опыта имеете и ограниченный реальный. Но ничего про то, как и где вы его получили. Это только ваше личное право: рассказать такие подробности о себе или нет.

— Ну, если так, — что-то наставник меня не до конца убедил. Что ж мне покоя-то не дает?

Но автобус уже остановился напротив подземных дверей коммуны Затейников, и мы дружно выбрались из нашего вагончика. Створки распахнулись… и нас встретили яркие вспышки и громкие хлопки и слитный выкрик «сюрприз!» Надо ли говорить, что цветные конфетти натолкнулись на сплошную стену из сомкнутых щитов, из-за которых приготовились бить на поражения дети-солнечники, защищенные «железными рубашками»? Всех менее защищенных, включая Алису, мы пятеро оставили за своими спинами.

Немая сцена, к счастью прерванная спокойным голосом Глоракса:

— Сканирование помещения не выявило угроз для жизни и здоровья подзащитных.

— Выдыхаем! — громко и по возможности весело крикнул я, снимая щиты и «рубашку». — Нас просто очень рады видеть! Так что вырубайте инвиз.

Хозяев коммуны было семеро, четыре мальчика и три девочки, причем на всех всего двое одаренных. Они тоже застыли, увидев такую встречную реакцию — похоже, мы удивили их сильнее.

— Не очень-то и хотелось, — с бурчанием проявилась Наташа… и резко замолчала, поняв, что я обращаюсь не к ней.

— Эх, я уж думал: настоящие враги! Соскучился, — Кель жаловался таким голосом, что сразу становилось понятным: придуривается. Только при этом он кольцами раскрутился с парня-одаренного, которого был готов укусить за шею. Или раздробить кости — по ситуации.

Ная синхронно проявилась за спиной у одаренной девочки, подчеркнуто-заботливо отряхнув ту от блесток из хлопушек. Все, кто хотел, успел заметить, как уменьшаются до размеров ногтей когти на правой руке «всеобщей мамочки».

Остальные трое цветных тоже за мгновение рассредоточились по холлу коммуны, контролируя остальных, сочтенных ими менее опасными — и теперь вальяжно вернулись ко мне. А вот Фира и остальные младшие Звери остались при хозяевах: прошлый опыт не прошел даром, повторение истории с моей леопардихой я не хотел ни для себя, ни для родни.

— Давайте попробуем еще раз, — громко сказал я, выходя вперед. Перед этим кинув быстрый взгляд на Герта — но того будто бы и не обеспокоил инцидент. — Я — Ори!

— Ким! — первым отмер тот мальчишка, на которого нацелился Крылатый. — Он пожал протянутую руку, свободной левой взъерошил волосы на своем затылке. — Как-то вы нас больше удивили, чем мы — вас. А вообще классное представление вышло!

Остальные ребята-Затейники тоже зашевелились, начали знакомится с моими одногруппниками.

— Это не представление, — решив не откладывать разборки в долгий ящик, нажал голосом я, опять бросив взгляд на наставника. Ага, перестал подпирать стенку, подходит. — Это рефлекторная реакция на внезапную опасность.

— Ори прав, Ким, — заговорил Река. — Вас же предупредили про боевой опыт. В обязаны были учесть. И прежде всего ты, как лидер класса.

— Да все ж знают, что нет более безопасного места, чем школа! — как-то даже немного обиженно возразил ученик… и осекся. — … Кроме гостей страны.

— А почему наставница Затейников не проверила, что они там удумали, чтобы нас удивить? — это вопрос я адресовал Реке.

— Потому что самостоятельные решения принимаются самостоятельно, — как что-то само собой разумеющееся растолковал он мне. — Сам подумай, Ори: сколько было б толку, если каждую идею класса визирует преподаватель? Это уже не самостоятельность, а какая-то профанация!

Ну вообще так-то логично. Но…

— Кроме того, в школах действительно стоит очень сложная защитная автоматика. Один атакующий прием с вашей стороны, вернее, его попытка — и форсунки выпустили бы биогель. Он сбивает прицел ОВЭ-операторам, в нем одинаково хорошо вязнет как телекинетика, так и термодинамика. При этом для тех, на кого сброшен гель, он абсолютно безопасен и не мешает дышать, — принялся перечислять Герт. — При этом, гель хорош и против других угроз: не дает пламени разгореться, спасает от асфиксии в случае затопления и не дает раздавить человека под завалами.

Ага, то есть вот эти вот костюмчики без единого датчика — просто показуха, все системы слежения встроены в стены? И почему я не удивлен?