Появляется всадник - Дональдсон Стивен Ридер - Страница 154

Без него мы не смогли бы присоединиться к вам, разве что полностью растратив заряды Дарсинта. Джерадин снова перебил ее:

— А Термиган объяснил причины своего поступка? Когда мы с Теризой уговаривали его прийти сюда, он отказался. — Он посмотрел на Теризу в поисках подтверждения. — И весьма категорично.

Мисте покачала головой.

— Он сказал нам, что это ваша идея. Он держался за Стернваль как мог долго, но в конце концов ямы с огнем поглотили его родовое гнездо. И, собрав всех воинов, которых ему удалось найти среди своих людей, он отправился через свою провинцию в Эсмерель, намереваясь… — Она на мгновение запнулась, но продолжила спокойно и печально: — Намереваясь, как мне кажется, покончить со своей ненавистью одним резким ударом по Мастеру Эремису.

— Не знаю, о чем он думал, — добавила она. — Могу только сказать, что нам с трудом удалось убедить его объединить усилия.

— Он вознамерился погибнуть, — добавил Дарсинт, — а потом встретился с нами. А сейчас кто знает? — Воин пожал плечами в доспехах.

— Не само присутствие Дарсинта убедило его, — продолжала Мисте. — Он ненавидит все Воплотимое. Мне кажется, он отправился сюда не потому, что знал о вашем появлении здесь. — Она посмотрела в лицо отцу. — Это еще один лорд, который считает, что король его бросил. По какой—то причине твой союз с Алендом заставил его передумать. Он обнаружил… отец, я должна сказать это. Боюсь, он обнаружил, что легче поверить старому врагу.

Налицо короля легла тень. Кто стал бы винить его? Мисте с трудом закончила рассказ.

— Как только нам удалось убедить его, он без колебаний двинулся на помощь. До тех пор мы искали путь в обход армий Кадуола, чтобы сберечь заряды Дарсинта. Но без помощи Термигана нам не удалось бы добраться к вам.

Когда она сказала это, лицо короля Джойса прояснилось.

— Это хорошо, — сказал он, когда она умолкла. — Если мы потерпим поражение, милорд Термиган может делать со своей ненавистью все, что ему заблагорассудится. А если мы одержим победу, то будем знать, что победили с его помощью. Возможно, это отчасти излечит его.

А пока что, дорогая дочь, ты принесла нам новую надежду. Ты знала, что твоя встреча с Дарсинтом была предсказана?

Элега остро глянула на короля Джойса. Предсказана?

— Хэвелок сделал предсказание, — пояснил Джойс, — в котором ты на коленях умоляешь Дарсинта не убивать тебя.

Дарсинт неловко переминался с ноги на ногу.

— Она стояла передо мной на коленях. Я был ранен — и не в себе. Перед глазами все расплывалось. Все внезапно стало другим, враги были везде. Кто—то подошел, я выстрелил. И едва не убил ее, Господи прости.

Затем я услышал ее голос. Женщина. На коленях. Мне стало нехорошо, словно я выстрелил в себя.

Уверенно, чтобы никто не ошибся на этот счет, Воин сказал:

— Она спасла мне жизнь. — В его голосе звучал вызов. Он больше не позволит Мисте страдать.

На мгновение голубые глаза короля затуманились.

— Когда ты исчезла из Орисона, — сказал он Мисте, — я сердцем почувствовал, куда ты отправилась — и испугался. Вот почему, — пояснил он Теризе, — я был так резок с вами, когда просил объяснить ее отсутствие. Я не мог избавиться от страха.

Честно говоря, — сказал Джойс, вновь обращаясь к Мисте, — когда я впервые понял, что Воин в зеркале Мастера Гилбура был тем самым, что и в предсказании Хэвелока, я едва не решился разбить зеркало. Чтобы избавить тебя от этого. Чтобы Дарсинта нельзя было воплотить. Хэвелок с огромным трудом отговорил меня. Я позволил воплощению осуществиться — поверив, что риск оправдан… — Его улыбка была печальной, довольной и волевой одновременно. — Хотя это было очень трудно. Если бы я позволил Файлю уговорить меня остановить Гильдию, моя решимость могла бы иссякнуть.

Джерадин откашлялся.

— Знаток Хэвелок пытался рассказать нам о предсказании — рассказать Теризе. Не знаю почему. Все это время он пытался только напугать нас. Но, может быть, он хотел чтобы мы лучше поняли ваши намерения. И насколько мог в своем состоянии… Король Джойс сухо ответил:

— Может быть. Не следует недооценивать его. В любом случае он лучший игрок в перескоки, какого я знаю. Териза вдруг быстро сказала:

— Именно это нам и предстоит.

Король мигом переключил все внимание на нее.

— Миледи?

— Они все здесь. — Казалось, Териза говорит не с ним и вообще ни с кем, кроме себя. Ее глаза смотрели в пустоту; она задумалась. — Все пешки на своих местах. Мисте и Воин. Элега и принц Краген. Мастера. Армия Смотрителя Леббика. Он, и Пердон, и Тор — они сделали все, что было в их силах, прежде чем погибли… принесли себя в жертву, чтобы мы выстроились на доске. Даже Торрент сыграла свою часть партии. Все делают то, что нужно, что вы хотели от них.

Кроме нас с Джерадином. И снова король тихо спросил:

— Миледи?

Все молчали. Джерадин внимательно изучал Теризу; Мисте смотрела на нее сияющими глазами.

— Мы сделали все, что могли, — сказала Териза. — Помогли выстроить эту позицию. Но сейчас мы бесполезны. Нас можно снять с доски. И она встретилась взглядом с королем.

— Чего вы сейчас хотите от нас?

Джойс улыбнулся, словно она чудесно оправдывала все его ожидания.

— Миледи, я смогу победить верховного короля. Я хочу, чтобы вы победили Мастера Эремиса.

Прежде чем она успела отреагировать — прежде чем Джерадин, Элега или кто—то другой успел сказать хоть слово, — в шатер без доклада ворвался Смотритель Норге.

— Милорд король, — сказал он так быстро, насколько позволяла его флегматичность. — Вам следует посмотреть на это. Что—то назревает.

Король Джойс поспешно, словно уходя от вопросов, которые могли бы задать Териза и Джерадин, поднялся с кресла и вышел за Смотрителем из шатра.

Элега мгновение пребывала в нерешительности; она задумалась, не сказать ли что—нибудь Теризе и Джерадину — а может быть, Мисте и Дарсинту. Но сердцем она была с отцом, в битве, с принцем Крагеном, и не могла остаться.

Выйдя наружу, она не заметила, что все бывшие с ней шатре через мгновение присоединились к ней.

Долина была залита солнечным светом… Небо над скалами, обступавшими долину, казалось невероятно голубым, таким чистым и ясным, каким бывает лишь весной. Воздух едва заметно, но несомненно потеплел, под солнечными лучами толстый слой снега начал таять. Там, где прошла армия, возникли темные прогалины, появилась влажная грязь. Ручей в центре долины зажурчал громче, неся талую воду.

Так же как король Джойс и его спутники около штандарта, все солдаты Морданта и Аленда от дна долины до Эсмереля смотрели на то, что происходило в армии верховного короля Фесттена. Похоже, войска Кадуола отходили.

Нет, не отходили; перестраивались. Верховный король перестроил своих людей в новый порядок, разделив пополам и оставив между обеими колоннами открытое пространство.

— Неужели он думает, что сможет победить нас таким образом? — спросил Норге. — Неужели он думает, что мы окончательно спятили и позволим ему нанести удар одновременно с обеих сторон?

— Нет, — ответил король неожиданно резко. — Он освобождает место.

— Эремис собирается что—то воплотить, — выдохнула Териза. — Если бы я была рядом, если бы я была достаточно близко — если бы, как на развилке, могла определить, где изображение, то могла бы уничтожить зеркало.

Она сказала это не для короля, но он услышал. — Нет, миледи, — ответил он мгновенно, — если вам это не удастся, вы станете первой жертвой. Риск слишком велик, даже для меня.

Джерадин обнял ее. Вероятно, пытался успокоить. А может быть, хотел убедиться, что она не вырвется.

Напряженное ожидание и страх витали в воздухе. Король Джойс сказал: «Они попытаются применить нечто необычайное…» Все, кто слышал рассказы о прошлых войнах, знал, что Воплотители способны создать ужасы, от которых кровь стынет в жилах.

Тем не менее, когда началась следующая атака, оказалось, что к ней никто не готов.