Обреченная невеста Хозяина северных гор (СИ) - Песцова Любовь - Страница 11

Я шла по пустынным коридорам и думала о том, что если все действительно так просто, то через пару дней я смогу просто выйти ночью и не вернуться.

Главное на мужа не нарваться. Похоже, он один не спит по ночам.

Мужа!

Внезапная мысль заставила остановиться. Я подняла руку с браслетом, вглядываясь в это ненавистное украшение.

Застежки по-прежнему не было. Как его снять я так и не придумала.

Нужно было не в спальне своей сегодня киснуть, а попытаться найти информацию в местной библиотеке! Мне ведь в нее вход не закрывали. А герцог сам маг, у него должны быть книги определенного характера.

Очень хотелось хлопнуть себя по лбу и отругать идиоткой. Но я сдержалась.

Не время и не место. К тому же вовремя признать свои ошибки бывает полезно. Нужно не сокрушаться, а попытаться исправить собственную оплошность.

Кивнув этим мыслям, я снова взяла себя в руки и продолжила путь.

Но уже через пару минут запнулась, услышав странную мелодию. Легкую, словно невесомую. Но кто-то определенно пел, и это уже вызывало как минимум удивление.

Причем чем дальше я шла, тем отчетливее становилась эта мелодия.

В какой-то момент я остановилась посреди коридора. Мне нужно было идти прямо, но пел кто-то слева. Эта была музыка без слов. Как будто кто-то просто напевает себе под нос какую-то мелодию.

Ну, мало ли, служанка голосистая убирается, мне-то что. Но любопытство пересилило. Мне вдруг очень захотело хоть одним глазком взглянуть, кто же это поет во дворце герцога посреди ночи.

Нужно было сделать всего несколько шагов. Завернуть за угол, из-за которого особенно сильно тянуло холодом.

И я почти сразу пожалела, что сделала это.

Сначала я увидела только свет. Голубоватый, почти как от магии Ариана. Он исходил от какого-то камня размером с мой кулак. А потом стало не до разглядывания драгоценностей. Потому что этот камень находился в лапах у химеры.

Она стояла в раме распахнутого окна и пела, приманивая таких жалких идиоток, как я.

Что я там говорила о необходимости притворяться наивной дурочкой? Я себе очень льстила. Притворяться не нужно!

Я застыла, не в силах ни пошевелиться, ни даже закричать. Мифическое существо, о котором я читала в бестиарии, смотрело прямо на меня.

Человеческое тело было покрыто перьями, которые сильно смахивали на острые, как бритва, льдинки. Крылья за спиной тоже выглядели грозным оружием, ибо на каждом были десятки ледяных кинжалов. Когти на пальцах могли бы проткнуть меня насквозь.

Но главным было птичье лицо, похожее на голову полярной совы.

Глазки бусины смотрели хищно. Так, что становилось понятно — я явилась как раз вовремя. К ужину.

Химера прекратила петь. И даже свечение того камня куда-то исчезло. Внезапно стало так тихо и темно, что показалось, будто я уже умерла.

Но затем чудовище закричало. Высоко, пронзительно, угрожающе. От этого крика могли бы треснуть стекла в витражах. И я отчетливо поняла, что этот крик был даже не предупреждением, а радостью от предвкушения скорой добычи.

Да, именно добычи. За противника меня никто не считал. И правильно. У меня нечем защититься. Да и не смогу я.

Кажется, сейчас у герцога Винтерхолда станет на одну мертвую жену больше.

Глава 13

Я ведь даже двинуться с места не могла.

Дурацкая, дурацкая реакция. Хоть бы убегать начала! Так нет, застыла как изваяние и все.

Единственное, что сделала — зажмурилась, когда химера раскрыла крылья, заклокотала по-птичьи, и понеслась на меня, нацелив свои когтистые лапы.

Толчок, удар, грохот, лязг стекла, пронзительный визг и какое-то отвратительное бульканье. Все слилось в одну отвратительную симфонию.

Мир перевернулся несколько раз, а из легких вышибло весь воздух.

Я больно ударилась спиной и приложилась головой о камень так, что искры из глаз посыпались. Из-за этого соображать стала еще хуже.

Но через несколько секунд все же поняла! Несмотря на это жесткое падение, я еще жива!

И нужно бы уже отмирать и пытаться хотя бы спастись бегством, а не ждать, пока тварь из мифов сожрет меня!

Вот только открыв глаза, я поняла, что убегать не от кого. Отсеченная голова твари валялась на полу, а тело наполовину вывалилось из разбитого окна.

И рядом с этим стоял лорд Винтерхолд. Его красные глаза сверкали особенно злобно, с короткого меча капала кровь.

Он пнул отрубленную голову и направился ко мне.

— Что я говорил по поводу глупостей?!

Очень захотелось вжать свою больную голову в плечи и извиниться.

Хотя было бы за что! Это у него по замку химеры ходят как у себя дома

— Так хочется умереть? — Продолжал цедить предложения этот изверг. — Это была жалкая попытка.

Подойдя ко мне, он схватил меня за предплечье, заставляя подняться на ноги.

— Если ты еще раз выкинешь подобный номер, я посажу тебя на цепь.

Несмотря на пережитый ужас, больную голову и путающиеся мысли, я все равно возмутилась. Мало того, что на «ты» перешел, еще и отчитывает, как будто я враг народа.

А я ведь здесь жертва!

— Но я ведь шла к вам!

Он смерил меня взглядом, скривившись.

— Поэтому открыла окно и стерла защитные символы? — Протянул он, не скрывая злую иронию в голосе.

— Что? Я не…

— Пытаться покончить с собой здесь бессмысленно. Здесь нет папочки, который пожалеет.

От такой несправедливости я задохнулась.

— Что это значит? — Спросила я строго, забыв, что нужно говорить мягким тоном наивной дурочки.

Лорд Винтерхолд улыбнулся очень холодной, почти пугающей улыбкой. Зато было видно, что взял себя в руки, вернув прежнее вроде бы вежливое, но почеркнуто презрительное обращение.

— Не пытайтесь убедить меня, леди, что вот это, — он дотронулся до моей шеи, где все еще едва различимый след от удавки, — не была глупая попытка привлечь к себе внимание.

— Да как вы смеете?!

— Те, кто хотят умереть, доводят дело до конца.

Казалось, я сейчас надуюсь, как иглобрюх.

Ну гад! А если бы перед ним не я, а изначальная версия Изабеллы стояла? С ума сошел такое говорить девочке с суицидальными наклонностями?

Вот теперь еще сильнее верю, что это к смертям своих жен причастен. Наверняка доводил до такого состояния, что девочки сами готовы были убиться об ближайшего монстра или с балкона сигануть.

Господи, ну до чего ж мерзкий характер!

А этот самый гад не стал дожидаться, когда я придумаю, что такого едкого ему ответить. Снова схватил меня за руку и потащил.

Не больно, но очень обидно. Так тащат нашкодившего щенка. Разве что за холку брать не стал. Но я все равно чувствовала себя отвратно.

Вот как у него получается? Вроде бы спас меня, но от благодарности, которая начала зарождаться после чудесного избавления от химеры, не осталось и следа.

Пока я пыталась поспевать за его широким шагом, не заметила, как меня отвели обратно в мои покои.

На спящих охранников Ариан взглянул лишь мельком, хмыкнув.

А как только за ним закрылась дверь моей спальни, он, наконец, отпустил меня.

— На этот раз вы решили применить снотворное не на себе, а на окружающих? Надеюсь, в вашу светлую голову не придет идея подмешать мне что-то?

— Я ничего не делала!

— Ну конечно, — протянул он, не пытаясь скрывать издевку в голосе. — Не знаю, чему именно вас учил отец, но вы, леди, должны сидеть тихо и не создавать мне лишних проблем.

Ну все, сейчас я этого снеговика раскатаю. Всю морковку повыдергиваю!

Он как с преподавателем общается?

— А еще что сделать? — Спросила я. — Это вы настояли на свадьбе, угрожая графство с лица земли стереть, а теперь делаете вид, что я сама заставила вас с собой нанянчиться? А дальше! Это вы позвали меня в тренировочный зал, а по пути меня чуть химера не сожрала. В вашем же замке, прошу заметить. Но претензии снова ко мне?!

Он смотрел на меня, слегка склонив голову. Так разглядывают что-то занятное, но малопривлекательное. А потом улыбнулся.