Сердце из огня и стали - Борэй Анна - Страница 23

Помещение было очень нежным и красивым. Большая светлая кровать с голубым балдахином расположилась слева у стены. С другой стороны стоял винтажный туалетный столик, аккуратный шелковый стульчик в цвет балдахина и узкий высокий шкаф. В спальне также оказался миниатюрный белый камин, журнальный столик, светлое кресло и диванчик, лишь немного больше него.

Мне показалось, что тут очень красиво… и слишком роскошно для человеческой беднячки.

Управляющий подошел к двери рядом с туалетным столиком, открыл ее, и там я смогла рассмотреть очертания небольшой каменной ванны. Значит, тут еще и отдельная ванная комната. По-моему, меня с кем-то перепутали.

Фейри посмотрел на меня, поморщил свой крючкообразный нос, что сказало больше любых слов, и удалился со словами:

– Я сейчас же пришлю вам горячую воду. Прошу, пока располагайтесь. Теперь это ваши покои, миледи.

Эктор все это время стоял у дверного косяка и внимательно рассматривал меня и мою новую комнату.

Я осталась стоять у входа в личную ванную и состроила ему гримасу:

– Ты не ошибся в своем докладе, когда указывал мой титул? Я имею в виду, слова «барышня» и «бродяжка» не имеют вообще ничего общего, кроме первой буквы.

Эктор усмехнулся, оттолкнулся от стены и вальяжно подошел ко мне. Он заглянул в ванную, потом посмотрел на меня, щелкнул пальцами – и все маслянистые лампы в спальне и в ванной загорелись, от чего я слегка вздрогнула.

Нет, это мне точно нужно освоить, если есть такая возможность.

Я удивленно приподняла бровь, сделала еще один шаг навстречу Эктору. Мы стояли так близко, что мне пришлось запрокинуть голову вверх. Он изучал меня, а я позволяла изучать.

– Твои покои такие же прекрасные, как мои? – тихо спросила я. – Или так повезло только человеческой девчонке?

Эктор медленно и глубоко вдохнул, слегка коснулся носом моего. От этого движения я закрыла глаза, а он томно заговорил:

– Видимо, король счёл необходимым расположить тебя еще на подступах. Вдруг ты окажешься единственным в своем роде явлением природы, – он говорил медленно, сладостно растягивая слова. – Маленькая смертная с большой фэйской силой.

Я не особо вслушивалась в смысл. Я просто ловила момент его тяжелого дыхания на моем лице, ощущение горячего тела в каких-то сантиметрах от моего. Мне просто хотелось насладиться тенью его голоса, ласкающего лучше любого человеческого любовника.

Затем Эктор приподнял голову и повернулся чуть назад, к двери. Он прислушался и, видимо, его фэйское чутье кого-то обнаружило, потому что, не отводя от меня взгляда, сделал несколько шагов назад. Я глухо застонала от неудобности ситуации, а Эктор усмехнулся.

Когда в комнату зашел молодой невзрачный юноша с ведрами, я практически была готова накричать на него за то, что помешал, но сдержалась и резко переключила внимание на кровать. Она была раза в три больше моей из Пристанища. Высокая и широкая. Мягкая перина заманчиво звала меня в свои объятия. В окне виднелась большая красивая луна и голубоватые звездочки, а внизу среди темных садов, в свете ламповых лучей, туда-сюда сновали фейри. Неужели у них тут круглосуточный график работы?!

Пока я осматривалась и размышляла, юноша в последний раз прошмыгнул в ванную комнату, затем коротко доложил, что вода готова, и удалился со скоростью света. Я даже не успела поблагодарить его.

Эктор вальяжно сидел на кресле перед камином и крутил в руках стакан с янтарной жидкостью.

Как он умудряется так быстро доставать алкоголь?!

Я не стала задавать лишних вопросов, заглянула в ванную комнату и увидела, что на низком табурете лежит кремовая сложенная ткань. Это оказался мягкий халат скромного кроя, доходящий мне до колен. Ну что ж… очень приятный сюрприз.

Не сказав своему телохранителю ни слова, я закрыла дверь в ванной комнате, разделась и остановилась посередине помещения, размышляя – стоит ли чем-то подпереть дверь. Но потом решила, что Эктор уже всеми своими действиями показал мне свои намерения, и он не представляет для меня угрозы.

Вот только вопрос… рада я этому или огорчена?

Все. Прочь. Слишком много мыслей для одного самодовольного козла.

Я влезла в горячую ванну и громко застонала от удовольствия.

Десять минут спокойного лежания в воде помогли снять всю недельную усталость и расслабить каждый мускул моего напряженного тела. Была бы моя воля, я бы так и заснула тут, но… Эктор ждет. Надо поторопиться.

Я взяла лавандовое мыло, густо намылила свое грязное тело и волосы, затем наспех смыла с себя всю мыльную пену.

Когда я встала, то обнаружила, что вода почернела от грязи, пыли, крови и еще боги знают чего. Я поморщилась сама от себя, открыла сливной клапан, быстро вытерла основную воду с волос и выскочила из ванной комнаты, пышущая чистотой и счастьем.

Эктор медленно повернул голову от камина ко мне, его глаза сверкнули золотом, и он хищно блуждал взглядом по моему мокрому телу в плотном мягком халате.

У меня предательски заныла грудь.

Надо поскорее отвести взгляд, иначе добром это точно не кончится.

Я быстрыми короткими шагами подошла к туалетному столику, взяла из ящика приготовленную щетку для волос и стала медленно распутывать спутанные пряди, изредка поглядывая на Эктора через зеркало.

Тишина стала гнетущей, и я решила заговорить первой, продолжая расчесывать золотистые пряди:

– Ты так и собираешься тут сидеть? Уже поздно, неужели ты не устал?

Эктор подпер подбородок ладонью, поставив локоть на бортик кресла, и с ленивой нежностью любовался мной:

– Я должен убедиться, что ты тут больше не трясешься, как загнанная крольчиха в логове волка?

Я выгнула бровь, глядя на его отражение:

– В какой же, интересно, момент я тряслась как крольчиха?

– А что, разве нет? Думаешь, я не чувствовал страха? – он начал загибать пальцы, перебирая эмоции, – значит, это могло быть волнение… предвкушение… вожделение…

На последнем слове он хищно улыбнулся, показав кончики белых клыков.

Я густо покраснела и сжала руки в кулаки:

– Если ты сидишь тут, чтобы дразнить меня, то прекращай. Твои кривые заигрывания не возымеют успеха, так что можешь быть свободен… иди к себе.

Я старалась говорить максимально равнодушно, встала и начала поворачиваться к кровати, когда передо мной, как тень, навис Эктор. Мои глаза распахнулись: он вдавил мои бедра в край туалетного столика так, что я машинально залезла на него задом.

Твердея рука фэйца держала меня сзади за шею, прижимая мои влажные волосы к телу, он слегка надавил на затылок, чтобы я подняла лицо к нему, тогда он медленно оскалился.

Я должна была испугаться… испугаться, закричать, позвать на помощь, дотянуться до расчески и воткнуть ее ему в прекрасный глаз, но вместо этого мое предательское сердце ускорилось.

И я действительно чувствовала себя загнанной крольчихой, пока хищник плотоядно разглядывал мое лицо, шею… мое тело покраснело от жара.

В крови растекалось сладостное вожделение, оно заставило меня вновь почувствовать бабочек внизу живота и сжаться насколько возможно.

До сих пор я не смогла ответить самой себе, почему я так сильно реагирую на Эктора, почему мое тело рядом с ним растекается, как миндальное масло на солнце.

Но этот запретный запах дымной хвои… он окутывал меня, срабатывал как самый сильный афродизиак в царстве смертных и бессмертных.

Мне кажется, именно так и пахнет грех, если у него вообще может быть запах.

Фэец ослабил хватку на моей шее и дал возможность оттолкнуть его. Ночь уже распустила свои объятия в полной мере. Все жители замка, наверняка, крепко спали, и только мы, как два оголенных нерва, продолжали медленно терзать друг друга в попытке сблизиться.

Мой разум кричал, что пора остановиться. Что все эти запретные игры только быстрее уничтожат наши души, но волнующееся сердце горело и призывало не отступать.

И я в очередной раз поддалась порыву и поцеловала Эктора. Наш поцелуй был медленным и дразнящим, мы никуда не спешили и просто наслаждались вкусом друг друга.