Месть и любовь - Кей Эмбер - Страница 24

Когда наступила их четвертая ночь на острове, Фиона чуть не упустила свой шанс. Она проснулась ночью; башня была окутана тьмой, и дрова в костре прогорели до углей. Приподнявшись на локте, девушка осмотрелась. В бледном свете луны все предметы казались зловещими. Пленница испуганно задрожала, услышав какой-то шум совсем рядом с собой, но тут же успокоилась, догадавшись, что это всего лишь ворон скребет когтями. Блэки не каркал, и звук, издаваемый им, был совсем тихим, словно он пытался привлечь ее внимание, не разбудив при этом Найла.

Когда глаза привыкли к темноте, девушка разглядела спящего мужчину по ту сторону костра. Он лежал на спине, прикрыв глаза рукой, его дыхание было спокойным и ровным. Сердце Фионы забилось быстрее, ей вдруг захотелось подойти к Найлу и приласкать его. Как ни досадно было это сознавать, но подобные желания возникали у нее в последнее время все чаще и чаще.

Устав бороться с собой, графиня решила уступить своему порыву и уже протянула руку, чтобы коснуться его мягких волос, как вдруг осознала, что свободна. Впервые за все время похититель не связал ее на ночь! Возможно, утратил бдительность, утомившись однообразием прошедших дней, а может быть, это вмешалась сама судьба, предоставив ей возможность бежать.

Для того чтобы принять решение, Фионе не потребовалось много времени. Она бесшумно поднялась на ноги и прокралась мимо костра. Держась за стену, девушка медленно продвигалась к выходу, стараясь ничего не задеть. Остановил ее знакомый царапающий звук, ворон снова заскреб лапами землю, призывая взять его с собой. Фиона заколебалась. Возвращаясь, она рискует разбудить Найла, но и Блэки бросать жалко, они очень подружились за прошедшие дни. Поразмыслив, девушка вернулась за птицей, и та сейчас же уселась ей на плечо. «Ворон принесет удачу и составит мне компанию», – подумала Фиона, исчезая в ночи.

Найл проснулся внезапно, от ощущения непонятной тяжести в груди. Дыхание было затруднено, и он некоторое время лежал неподвижно, прислушиваясь к своему организму. Когда несколько полегчало, мужчина вдруг понял, что не слышит никаких звуков. Ни дыхания девушки, ни шороха ворона, который любил по ночам расхаживать по комнате. Совсем ничего!

Руки Найла непроизвольно сжались в кулаки, он сразу же догадался, что произошло. На всякий случай он огляделся, но тщетно. Пленница ушла.

– Проклятье! – выругался он, вскакивая на ноги.

Этой ночью Найл, пожалев девушку, не стал ее связывать. Раны на руках Фионы никак не заживали, а ему почему-то не хотелось, чтобы у нее остались рубцы на всю жизнь. Она этого не заслужила. Сама мысль о том, что на нежной гладкой коже будут видны красные отметины, угнетала и мучила его. Что ж, теперь придется расплачиваться за проявленное милосердие. Но если беглянку не удастся поймать, он себе этого никогда не простит.

Найл сделал несколько глубоких вдохов. Раньше он считал, что годы, проведенные в тюрьме, закалили его, сделали черствым и бессердечным, но, оказывается, это совсем не так. Хотя в мире, полном жестокости и несправедливости, нет места для сантиментов…

Почти каждую ночь Найла мучили кошмарные воспоминания о тех издевательствах, которым он подвергался в Ньюгейте. Долгие дни в кандалах без пищи и воды – разве можно это забыть? Он будет бороться и сделает все, чтобы отомстить своим обидчикам.

Собираясь в погоню за Фионой Макфи, Найл вдруг отчетливо вспомнил один случай. Он тогда пробыл в тюрьме только два дня и был еще очень слаб после путешествия в корабельном трюме. Неожиданно в его камеру, не многим отличавшуюся от свинарника, вошел охранник и вдобавок к цепям одел ему ножные кандалы. Следом вошел его напарник, омерзительный тип с масляными волосами и вонючий, как козел. Вот он-то и приблизился к Найлу, намереваясь использовать его как женщину. С бешено бьющимся сердцем Найл собрал все силы, вырвал из стены цепь и стал размахивать ею так, что охранники сбежали, заперев за собой дверь. На следующий день пришел Митчелл, и больше никто таких попыток не предпринимал.

Воспоминания об этом кошмаре будут преследовать его всю жизнь, но он не позволит себе расслабляться. Это все в прошлом, а сейчас необходимо успокоиться и отправляться в путь на поиски Фионы, которая – черт бы ее побрал! – скрывается где-то в ночи.

Найл пошел по тропинке, ведущей к тому месту, где была спрятана лодка. Это единственный способ покинуть остров, и, скорее всего, девушка отправилась именно туда. На берегу он действительно увидел следы, оставленные дном лодки на мокром песке. Начинался отлив. И это играло на руку беглянке. Она, конечно же, воспользовалась этим обстоятельством, чтобы отправиться на материк.

Вся ярость и гнев, вызванные унижениями последних лет, выплеснулись наружу. Найл был не в состоянии контролировать себя. Выкрикивая ругательства и проклятия, он скинул сапоги и вошел в ледяную воду. Нет, она не сбежит от него! Не сможет помешать его мести, ради которой он еще жил на этом свете.

Фиона стоически сражалась с веслами. Она гребла, не останавливаясь с того самого момента, как села в лодку. Блэки важно расхаживал по скамье, посматривая на восток, в сторону материка. Девушка уже очень устала. Пот заливал ей глаза, ладони горели, а спина болела так, словно она орудует веслами уже несколько лет подряд, не делая перерыва на отдых. Но мужественная девушка не обращала на это внимания и гребла изо всех сил. Ведь ей надо оторваться от похитителя. Как только он поймет, что пленница сбежала, конечно, сразу же бросится в погоню. Если Найл поймает ее, сурового наказания не избежать. На этот раз она не отделается связанными руками. Страшно даже представить себе, какую кару придумает для нее этот ожесточившийся человек.

Фиона еще быстрее заработала веслами.

Волна захлестнула хрупкое суденышко, и образовался сильный крен. Фиона лихорадочно пыталась выпрямить лодку, как вдруг огромные темные руки поднялись из морской пучины и вцепились в борта.

Фиона закричала.

Тут же хрипло закаркал ворон.

И в следующую секунду в лодку ввалился Найл, принеся с собой потоки морской воды.