Месть и любовь - Кей Эмбер - Страница 29

Сердце Фионы учащенно забилось, и она спросила срывающимся голосом:

– Что это значит?

Он молча запер дверь и положил ключ в мешочек с деньгами, который носил на шее. Девушка встревоженно наблюдала за его неторопливыми движениями. Наконец Найл посмотрел на девушку и без всякого выражения ответил:

– Это значит, что мы муж и жена. Мистер и миссис Макмюрд, направляющиеся в Лондон, – в его глазах вспыхнули злые огоньки. – Ты нервная, истеричная женщина и несколько раз пыталась вскрыть себе вены – это объясняет повязки на руках. А в Лондон мы едем, чтобы проконсультироваться у знаменитого врача.

От негодования у Фионы закружилась голова.

– Что? – ее руки непроизвольно сжались в кулаки. – Я сумасшедшая?! А как же насчет тебя? Неужели ты думаешь, что кто-то может поверить в эту нелепую сказку?

Найл пожал плечами и прошел мимо нее осмотреть постель.

– Хозяин, во всяком случае, поверил, – ответил он, проверяя, мягкий ли матрац. – Разве ты забыла, как он отреагировал на твое появление? – проговорил мужчина, отходя от кровати. – Сегодня ты можешь отдохнуть и спать на этом ложе, а я займу кресло.

Оглядевшись, Фиона поняла, что Найл снял для них лучший номер в гостинице. Помимо роскошной кровати здесь стояли стол и два кресла. Имелся даже камин. Она приятно удивилась такому вниманию, но ее раздражение и гнев не ослабли.

– Нечего меня опекать, – процедила девушка сквозь зубы, – я не сумасшедшая, какой вы меня представили, и не позволю обращаться с собой как с дурочкой. Я так же не позволю вам спать со мной в одной комнате.

Найл встал, уперев руки в бока.

– И как же ты собираешься действовать? Сообщишь хозяину правду? Так он не поверит, потому что считает тебя ненормальной.

Фиона опешила. Он, как всегда, все предусмотрел, и ей ничего не удастся изменить. Мысль о том, что придется провести ночь в одной комнате с этим дьяволом, казалась невыносимой. Даже когда они спали под открытым небом и их разделял костер, а рядом был Митчелл, девушка все равно чувствовала исходящую от Найла ненависть и злобу. Страшно даже представить себе, какие ощущения она испытает, находясь в запертой комнате.

– Будь ты проклят, – тихо произнесла она, – будь ты проклят!

Найл посмотрел на Фиону, сидевшую к нему спиной. Ее чудесные волосы переливались на свету. Как же ему хотелось подойти и погладить эти мягкие локоны. Одна мысль не давала ему покоя: почему же она не хочет, чтобы они вместе провели ночь в этой уютной комнатке? Ведь здесь никто не увидит того, к чему обычно приводит слабость человеческой натуры. Мечты о том, что может произойти между ними этой ночью кружили голову и вселяли тревогу. Ему захотелось выйти на воздух и спокойно все обдумать.

– Оставайтесь здесь, – резко сказал Найл. – Я прослежу за тем, чтобы вам принесли ужин.

Фиона не успела ничего ответить, даже не успела повернуться, как мужчина уже вышел, захлопнув за собой дверь. Девушка услышала только звук поворачивающегося в замке ключа.

Найл вошел в маленькую гостиничную таверну, взглядом поискал Митчелла и быстро обнаружил его за угловым столиком. Митчелл с аппетитом ел, прихлебывая эль из огромной кружки. Найл подозвал к себе хозяина и заказал ужин для Фионы и для себя а затем обратил все свое внимание на друга. Митчелл поднял светлые глаза, которые сейчас покраснели от усталости и выпитого, помолчал, пристально глядя на Найла, а затем спросил:

– Ты проведешь ночь в одной комнате с девушкой, не так ли? – в голосе его звучало осуждение.

Найл спокойно выдержал взгляд друга и ответил:

– Да. На родственников мы ничуть не похожи, поэтому я сказал, что мы муж и жена. Считаю это решение правильным и логичным.

– Но ведь ты мог сказать, что она жена твоего брата или дальняя родственница, которой необходима опека, словом, придумал бы что-нибудь для того, чтобы поселить ее отдельно, – Митчелл лениво ковырнул мясо, – ты обязательно нашел бы предлог, если бы захотел.

Найл признал справедливость слов друга и попытался оправдаться:

– Но если оставить ее одну в комнате, она наверняка попытается сбежать, уж можешь мне поверить.

– Ну и пусть, – Митчелл отложил вилку, – пусть бежит. Эта девчонка тебе больше не нужна, и Дункана Макфи она предупредить не сможет, потому что он в море. – Митчелл наклонился к Найлу и, понизив голос, произнес: – Признайся, что девушка с нами потому, что ты ее хочешь. Опомнись, прошу тебя. Плохо уже то, что ты переспал с ней, так к чему же новые проблемы и неприятности?

Найл похолодел. Как Митчелл догадался об их близости? Стараясь взять себя в руки, он как можно более безразлично произнес:

– У тебя богатое воображение.

– Мое воображение здесь ни при чем. У меня есть глаза, и я вижу, как ты смотришь на нее. Ни одну женщину ты не оглядывал так плотоядно, как эту.

Митчелл откинулся на спинку стула и, хитро улыбаясь, продолжал:

– Ты ведь как будто собираешься убить ее брата? Интересно, примет ли она после этого твои ласки?

Впервые за долгое время их дружбы Найл не на шутку рассердился на Митчелла. Сжав руки в кулаки, он вскричал:

– Ты думаешь, я не понимаю двойственности и нелепости своего положения? Черт возьми, если ты мне друг, то не заводи больше разговоров на эту тему.

Служанка поставила перед Найлом ужин, и он с ожесточением набросился на еду, радуясь тому, что неприятный для него разговор прервали. У Митчелла был вид собаки, которой дали пинка, но сдаваться он не собирался, а потому сказал:

– Смотри, до чего довела тебя высокородная леди; грудь этой служанки чуть не вывалилась в тарелку, но ты же даже не взглянул в ее сторону. А ведь раньше не упустил бы возможности ущипнуть ее пониже спины.

Найл преувеличенно тяжко вздохнул:

– Оставь это Митчелл. Тема исчерпана. Желая порадовать друга, Найл одарил пышнотелую служанку нежным взглядом. Та была миловидна, но совсем его не интересовала. То ли дело Фиона Макфи! Вспомнив гладкую кожу девушки, ее ласки, Найл слегка покраснел и, чтобы скрыть это, снова принялся за свой ужин. Про себя он решил не возвращаться в номер до тех пор, пока не будет уверен в том, что графиня заснула.