Месть и любовь - Кей Эмбер - Страница 59

Взяв мать за руку, Фиона проговорила:

– Мне очень жаль мама. Я знала, что вы волнуетесь, но ничего не могла сделать, – она глубоко вздохнула и добавила: – Но сейчас, как видишь, я в безопасности и привезла с собой своего похитителя.

– Что? – встревоженно спросила графиня Колонсей.

Прежде чем Фиона успела вымолвить хоть слово, ее мать уже подошла к Найлу и презрительно уставилась на него. Брови женщины взметнулись вверх, губы вытянулись в тонкую линию. У нее был независимый и очень грозный вид.

Найл спокойно встретил ее взгляд. Он не собирался перед ней оправдываться, хотя понимал, что леди Макфи имеет полное право ненавидеть его каждой клеточкой своей души.

– Кто вы? – надменно спросила графиня.

Найл услышал в ее голосе не только аристократический акцент, но и что-то очень земное, простое и понятное. Ему было известно, что она дочь пастуха, на которой граф женился по любви.

– Меня зовут Найл Кэрри, – отчетливо произнес он.

– Это вы похитили мою дочь? – Да.

– Мэри, – встала между ними встревоженная леди Феннимор, – успокойся, ведь он не причинил ей никакого вреда. Он тебе ничего плохого не сделал? – добавила она, поворачиваясь к Фионе.

– Нет, – тихо ответила девушка.

Найл внимательно посмотрел на свою жену. Его восхитило то, что после всех неприятностей, которые он ей доставил, она спокойно отвечает: «Нет».

– Вот видишь, – довольно проговорила леди Феннимор, – все уладилось.

– Нет, не все, – возразила мать Фионы, – я прошу вас ответить на несколько вопросов. Прежде всего – зачем вы похитили мою дочь? И еще, если она так вам нужна, то почему вы возвращаете ее назад?

Графиня была женщиной проницательной, и Найл искренне пожалел, что не встретился с ней в другой, более приятной обстановке.

Фиона вмешалась в их разговор, не давая мужу говорить.

– Мама, дорогая, все это уже не имеет значения. Мы с Найлом поженились.

– Не может быть, – ошеломленно произнесла графиня Колонсей.

– Какая восхитительная новость! – одновременно с ней воскликнула леди Феннимор.

– Где и когда это произошло? – требовательно спросила леди Макфи, подходя к дочери и обнимая ее за плечи.

Найл подробно описал все события, ничуть не умаляя своей вины. Однако, он умолчал о том, что собирается вызвать на дуэль Дункана, и предоставил графине право самой догадываться о подлинных причинах похищения.

Фиона высвободилась из объятий матери, подошла к Найлу и стала рядом с ним. Ему не хотелось, чтобы она это делала, ведь он снова использовал ее. Девушка еще, чего доброго, начнет врать своей матери, и поэтому, когда она вложила свою руку в его, он не разжал кулак. Это не ускользнуло от внимания графини.

– Итак, – произнесла она, – вы похитили Фиону из мести, а Джошуа заставил вас жениться на ней. Не очень-то красиво вы себя вели, Найл Кэрри.

Он спокойно встретил ее взгляд.

– Полностью признаю это, миледи.

В глазах Мэри Макфи мелькнули искорки восхищения. Она была женщиной широких взглядов и ставила честность выше порядочности. В этом они со своей дочерью очень походили друг на друга.

– Значит, нам незачем лить слезы, – вмешалась леди Феннимор, – что сделано, то сделано. Вы оба наверняка страшно устали, поэтому я прикажу Бену проводить вас в вашу комнату. После отдыха мы все вместе подумаем, как можно исправить вред, нанесенный репутации Фионы вашим поспешным браком.

Женщина позвонила в колокольчик, и Найл так и не успел сообщить о своем намерении как можно скорее аннулировать брак. Пришел Бен, и молодожены отправились за ним. Когда дверь закрылась, Найл успел услышать, как крестная Фионы, хихикнув, произнесла:

– Хотела бы я видеть лицо Энгуса Меджи, когда он узнает, что Фиона выйдет замуж. Надеюсь, он больше не будет так задирать свой красивый нос.