Исповедь смертного греха - Вальтер Макс - Страница 14

Мы поспешили ретироваться.

Я ещё какое-то время косился на компанию Джонсона, к которой вальяжной походочкой и направился кучерявый бычок. Мишка потирал ушибленное место, хотя я уверен, что удар был не такой уж и сильный. Больше так, для острастки, чтобы не расслаблялись.

Компания интернатских рэкетиров некоторое время совещалась, а затем я поймал на себе внимательный взгляд Джонсона. И когда наши взгляды встретились, на его рожу наползла кривая, самодовольная ухмылка.

Я же поспешил отвести глаза. Не потому, что испугался, а в продолжение игры. Мне нужно было показать ему покорность, что я сломлен и готов пойти на преступление, лишь бы от меня отстали.

Сработало. Джонсон похлопал здоровяка по спине, всем своим видом излучая уверенность в себе и полный контроль над ситуацией. Эдакий мелкий босс среди стаи шакалов.

— На хрена ты ему это сказал? — набросился на меня Санёк, едва мы остались одни. — Нам теперь придётся...

— Я выиграл нам время, — перебил приятеля я. — Это тактическое отступление.

— Чего? — Мишка наморщил лоб. — Ты как наша заучка заговорил.

— Всё нормально, никуда мы не полезем. Нам нужно вернуться на работу в зверинец.

— В смысле? — опешил от такого поворота Санёк.

Мишка тоже остановился, уставившись на меня непонимающим взглядом.

— Есть у меня одна идея. — Я подмигнул друзьям. — Но для её реализации нам нужно вернуться на работы. Помните то чудовище, которое называется страус?

— Ну, — кивнул Саня. — И что с ним?

— Пока ничего, — усмехнулся я. — Ладно, вечером всё расскажу. Давайте уже обедать, а то у меня живот от голода крутит.

— Это всё от тех уколов, — мгновенно переключился на новую тему Мишка. — Ускоренная регенерация требует топлива.

— Ты сейчас сам как Дашка заговорил, — вернул приятелю шпильку я и подхватил поднос.

Обед прошёл спокойно, как и остаток дня. А после уроков я направился к Семёну Николаевичу и напросился на работы в сельскохозяйственный сектор. Он, конечно, был сильно удивлён моей просьбе, но спорить не стал.

Впрочем, как мне показалось, я смог сгладить ситуацию, которая попросту не укладывалась в привычную логику. Дети готовы идти на что угодно, лишь бы откосить от грязной работы, в то время как мы почему-то сами на неё напросились. Но я преподнёс просьбу под соусом, что нам всё равно придётся отрабатывать штрафные часы. И чем раньше мы начнём, тем быстрее они закончатся.

Этот аргумент убрал морщины задумчивости со лба воспитателя. А я получил три пропуска в хозяйственную часть интерната.

Весь оставшийся день мы исправно вычерпывали дерьмо из выгребной ямы и свозили его на грядки в сады. И лишь к концу смены, когда к нам явилась Дашка, я приступил к первой части реализации плана. И страус должен был сыграть в нём главную роль.

Его клетка находилась в самом дальнем углу птичьего сектора. Запиралась элементарно, на обычный магнитный замок. Сломать его труда не составит, а вот устроить диверсию магистрали, по которой чудовищу поступает корм, задача посложнее. Именно здесь и требовался острый ум нашей подруги. Притом сделать это требовалось таким образом, чтобы сигнал о поломке не поступил на главный пульт. Пернатый монстр нужен был мне именно голодным, в крайне раздражительном состоянии.

— Я не понимаю, как ты собираешься это сделать? — спросила Дашка, рассматривая пневматическую магистраль. — Устроить засор не получится. Стенки отполированы до блеска, и малейшее давление выбьет любую пробку. Да и в клетку заходить — такое себе удовольствие.

— Поэтому я тебя и позвал.

— Но я не инженер. — Она развела руками.

— Я знаю, — согласился я, стараясь не давить на подругу. — Ты просто посмотри, как здесь всё устроено. Возможно, ты увидишь что-то, чего не видим мы. Помнишь, как ты помогла отремонтировать вагонетку у нас в шахте.

— Кость, не путай, пожалуйста, это другое. С теми вагонетками мы выросли и знаем в них каждый винтик. А эта система мне совершенно незнакома. Хотя...

Я притих, чтобы не спугнуть ход мыслей подруги. Она некоторое время ходила вокруг клетки, рассматривая автоматику системы подачи корма, и в какой-то момент её лицо просияло.

— Смотри, — указала пальцем она. — Сейчас лоток страуса полон, и система молчит.

— Та-ак, — протянул я, стараясь уловить суть.

— Ну что — так? — покосилась на меня Дашка. — Какие же вы, мальчишки, невнимательные. Там наверняка стоит датчик.

— Его нужно разбить, — тут же подхватил идею Санёк.

— Голову себе разбей, — усмехнулась подруга. — Не нужно ничего ломать. Если датчик испортить, то на пульт поступит сигнал о неисправности. Всё намного проще. Уверена, что там установлен самый обычный оптический сенсор, который замыкает цепь, как только в корме появляется просвет.

— Ребят, вы хоть слово поняли из того, что она сейчас сказала? — пробормотал Мишка. — Можно как-то без твоих этих заумных словечек?

— Можно, — кивнула она. — Для тех, кто родился сразу в каске, объясняю: датчик нужно чем-то заклеить, чтобы в него не попадал свет. Тогда система будет думать, что в лотке страуса полно еды.

— И всё? — Санёк с недоверием уставился на Дашку. — Вот так просто?

— Вот так просто, — подтвердила она. — Только для этого кто-то должен войти в клетку.

— Я не полезу, — мгновенно включил заднюю Санёк. — Он же меня сожрёт.

— Не сожрёт, — покачал головой я. — Во-первых, он не хищник, а во-вторых, только что поел.

— Ребят, а что вы вообще задумали? Зачем вам это?

— Лично я понятия не имею, — пожал плечами Косой. — Все вопросы к Костяну.

— Отсканируй ку-ар код. — Я указал на квадратик, и Дашка послушно его считала.

— Ну? — нетерпеливо спросила она. — Страус, живёт на открытых территориях, место обитания Австралия, бла, бла, бла... Зачем мне всё это?

— Смотри не на общую информацию, а на предупреждения.

— Так… ага… поняла, — забормотала она. — Голодная птица становится очень раздражительной и опасной... Я всё равно не понимаю, зачем это нужно вам?

— Ты ведь в курсе наших проблем с Джонсоном? — задал я наводящий вопрос. — Этот страус поможет нам их решить.

— Костя, ты ведь понимаешь, что он может погибнуть?

— Кто, страус? — переспросил Мишка.

— Да причём здесь... Мальчик... Этот Джонсон может погибнуть.

— А у нас есть другие варианты? — Я посмотрел подруге прямо в глаза. — Пойми, он не остановится. Сегодня в обед один из его мордоворотов уже пообещал отправить Мишку обратно на больничную койку. И если мы не принесём ему деньги, то следующим будет Санёк. Не исключено, что они и до тебя доберутся, когда узнают, что мы общаемся.

— Так, может быть, проще принести?

— Двести корпов?! — возмутился Санёк. — Интересно, где мы столько возьмём?

— Можно рассказать воспитателям. — Дашка продолжила перебирать самые простые варианты.

— И получить клеймо крыс? — оспорил решение Мишка.

— Ну и убивать человека — тоже не выход! — вскрикнула она.

— Да тихо ты, дура! — зашипел на подругу Санёк. — Ты ещё всему интернату расскажи, что мы задумали.

— Нет, — покачала головой она, — меня в это дело не впутывайте. Я на такое не подписывалась.

— Поздно, — сухо отрезал я. — Ты уже подсказала нам, как обойти систему.

— Не делай этого! — Она уставилась мне в глаза. — Замолчи. Лучше не продолжай. Иначе нашей дружбе конец.

— Даш, нам нужна твоя помощь. — Я взял подругу за руку, усиливая слова тактильным контактом. — Только ты сможешь замести следы. Нам больше не к кому обратиться. После того, как мы всё сделаем, кто-то должен удалить всё с наших визоров.

— А ещё здесь камеры, — кивнул в угол Санёк. — Их тоже нужно как-то обезвредить.

— Всё это очень плохо кончится, — вздохнула Дашка.

— Если сделать правильно, ничего не будет, — заверил подругу я. — И без тебя нам никак. Если откажешься, я пойму, но ты тогда... Навещай нас хоть иногда в травмпункте, ладно?

— Какой же ты...