Исповедь смертного греха - Вальтер Макс - Страница 17

— Не обязательно. — Я пожал плечами. — Пока — просто выжить. Там, на стоянке, когда мы только прилетели на эту планету, я кое-что подслушал. Я вам ничего не сказал, но здесь мы не просто так.

— О чём ты?

— Тот полковник… кажется, Исаев. Он просил сопровождающего не вмешиваться в наши проблемы. Как я понял, он хочет посмотреть, как мы сами с ними разберёмся. Не удивлюсь, если вся наша ситуация изначально выстроена искусственно. Ему что-то от нас нужно.

— Ты меня пугаешь.

— Посмотри на это иначе. Возможно, это тот самый шанс. Нас заметили и ждут инициативы. Но главное — никто за нас не заступится, у них чёткие инструкции на этот счёт.

— Карьера военной? — спросила Дашка, словно пробуя слова на вкус. — А что, мне нравится. Говорят, после службы в ШОК открываются огромные перспективы.

— Значит, придерживаемся плана?

— Хорошо, — кивнула она, но глаза всё же спрятала.

Я не стал больше давить. Семя посеяно, и оно обязательно даст ростки. Дашка всегда мечтала вырваться с нашей планеты, из шахт и нищеты. Мне удалось показать ей перспективу. И теперь, даже сама того не желая, она всё равно будет мысленно к этому возвращаться. А детская психика очень эластична. Сегодня она переживает о смерти школьного хулигана, а завтра её голова будет полностью занята мечтами о карьерном росте.

— Тебе на факультатив не пора? — с улыбкой спросил я.

— Ой! — мгновенно оживилась она. — Блин, Костя, ну какого чёрта?! Всё, пока, до вечера.

— Постой...

— Ну что ещё? Я опаздываю!

— Сможешь рассчитать, какой толщины нужна прокладка между замком и створкой, чтобы дверь в клетке держалась, но открылась от удара?

— Капец у тебя просьбы! — Она выпучила глаза. — Я попробую, но ничего обещать не стану.

— Ладно, беги, — отмахнулся я и побрёл в сторону сельхоз сектора.

***

— Ну и где мы ходим?! — уперев руки в бока, потребовал объяснений Санёк. — Мы что, за тебя здесь вкалывать должны?

— Успокойся, начальник, — хмыкнул я. — Было у меня одно дельце.

— Дельце у него, — вмешался в беседу Мишка, и его левый глаз уехал в сторону, что говорило о крайней взволнованности приятеля.

— Случилось чего? — насторожился я.

— Случилось, — кивнул он. — Там страус этот орёт дурниной. Я видел, как к его клетке двое техников пошло.

— Да чтоб их дыра поглотила! — выругался я.

Адреналин моментально ворвался в кровь, о чего мои руки забило мелкой дрожью. Я попытался успокоиться, но где там. Мысли заметались по черепу, наскакивая одна на другую. В мгновение ока всплыли худшие варианты развития событий. Техники ремонтируют кормушку, страус сыт и спокоен, зато Джонсон в гневе от нашего обмана. Бац! — и мы трое снова отдыхаем на больничных койках с переломами рёбер.

— Давно? — спросил я.

— Что — давно? — не понял Косой.

— Техники? Когда ты их видел?

Он почесал макушку.

— Да минут с двадцать назад…

— И какого хрена вы здесь топчетесь? Почему вы ещё не там? Нам нужно знать, что они делают.

— Я мухой! — оживился Санёк и рванул в сторону птичьего угла.

— Осторожно только, не засветись! — бросил ему вслед я.

В ответ он лишь раздражённо отмахнулся.

— Капец, — выдохнул Мишка и как-то сразу сдулся. — И что теперь будет? А если они заметят? А если поймут, что это мы сделали?

— Как они поймут? — усмехнулся я, стараясь сохранить внешнее спокойствие. — Там глазок дерьмом замазан. Сама птица могла случайно это сделать.

— Фух! — Друг тут же расслабился.

— А вот тот факт, что Джонсон останется живым и здоровым, нам с вами очень не понравится. И завтра он будет ждать от нас подношения.

— Капец. — Мишка закатил глаза и снова затрясся. — Ну вот на фига ты мне это сказал?!

— А чтоб не расслаблялся, — хмыкнул я и хлопнул приятеля по плечу. — Чего стоим? Давай за работу. Нечего внимание привлекать. Сегодня вечером всё проверим.

— Ладно, — кивнул он и схватился за лопату.

Я взялся за тачку, подкатил её поближе к яме с навозом и спустил по металлической горке. Закипела работа. Волнение наконец нашло выход в физическом труде, и напряжение постепенно отступало. Мишка, обутый в резиновые сапоги, махал лопатой, как экскаватор. Не успел я оглянуться, как тачка уже была заполнена до краёв. Я оторвал её от пола и покатил в сторону сада, предварительно подогнав под загрузку вторую.

Катилась она легко, по крайней мере, мне так казалось. Впрочем, после нашей шахты многое на новой планете давалось нам легко.

Мысли снова свернули к клетке со страусом, но теперь они протекали плавно. Я прикидывал варианты, как-то ещё разозлить пугливую птицу. Как заставить это чудовище напасть на гипотетическую угрозу.

Добравшись до бесконечных полей, чей край терялся за горизонтом, я вывалил из тачки навоз и пошёл обратно. На подходе заметил у края ямы Санька, который вернулся из птичьего уголка. Приятель махал руками, о чём-то рассказывая Мишке. Захотелось прибавить шаг, но усилием воли я задавил в себе желание суетиться. То, что мы собирались сделать, спешки не любит.

— О, вернулся! — Друг довольно ощерился. — В общем, я за ними проследил.

— И что там? Нашли причину? Устраняют?

— Ага, щас, ха-ха-ха! — расхохотался он. — Держи карман шире. Они к этой клетке даже не подошли. Заменили два светильника у попугаев и свалили обратно в вагончик, чай пить.

— А страус что?

— Орёт, — развёл руками Санёк. — Чё ему ещё остаётся?

— И техникам по фигу?

— Ну не то чтобы... Они для порядка повозмущались немного. Один из них крикнул: заткнись, курица. Второй добавил, что ей самец нужен, и что все бабы одинаковые. Потом они поржали и зашли в вагончик. Дальше я уже их не слышал.

— Так это же хорошо, да? — с надеждой спросил Мишка.

— Пока да, — кивнул я. — Но теперь нужно периодически присматривать за клеткой.

— Может, Дашка сумеет доступ к камерам получить? — предложил Санёк.

— Узнаю, — поддержал идею я. — Это был бы отличный вариант.

И, не откладывая в долгий ящик, отправил ей сообщение на визор.

Мы продолжили работать. Теперь двое возили, а один грузил. И чтобы всё было честно, каждые две тачки мы менялись местами.

Дашка ответила, когда пришла моя очередь спускаться в яму с навозом.

Она прислала краткую инструкцию, как пользоваться программой и как зачищать следы своего присутствия в системе. В работе лопатой как раз образовалась пауза, которая дала мне возможность потренироваться. Я несколько раз вошёл в программу слежения, отыскал нужную камеру, проверил страуса и вышел. Затем запустил скрипт, вбил в него нужную команду и убедился, что в логах не осталось ай-ди моего визора. Всё, теперь мы точно готовы.

Примерно в половине четвёртого Дашка снова вышла на связь. На этот раз сообщение содержало расчёты, исходя из которых, между магнитным замком и створкой достаточно подложить что-то из пластика толщиной от ноль пяти — до ноль восьми миллиметров. Этого должно хватить, чтобы удержать дверь от случайного открытия, но от приличного удара она распахнётся. Если сделать толще, дверь может открыться от порыва ветра. Тоньше — может не сработать так как надо. Осталось найти подходящий кусок мусора, с чем на этой планете большой дефицит. Дроны исправно убирают всю территорию.

Когда вернулись парни, я озадачил и их этим вопросом. И уточнил, что требуется именно мусор, который не привлечёт внимания, валяясь возле двери. Всё должно выглядеть максимально случайно.

Через полчаса возле ямы скопилась целая куча всевозможного хлама. Начиная от крохотных осколков и заканчивая огромным куском пластиковой панели, которую Мишка умыкнул возле теплиц. Она как раз была необходимой толщины. Это я определил при помощи визора. Ровно ноль целых и восемь десятых миллиметра. А отломать от листа небольшой огрызок труда не составило.

Вскоре явилась Дашка. Завершающий этап много времени не занял. Между делом Дашка зациклила изображение на всех камерах, ведущих к клетке со страусом. И теперь ничто на нас не указывало. Визоры она тоже почистила, как только мы выбрались из сельскохозяйственного сектора. Всё, с грязной работой покончено. Осталось лишь направить в ловушку Джонсона. И это тоже нужно было сделать так, чтобы след не привёл к нам. Требовалась личная встреча, желательно — через какого-нибудь посредника.