Четырнадцать (СИ) - Шопперт Андрей Готлибович - Страница 8

Не, ну, ясно, что сейчас половина населения в оспинах, но всё одно — неприятно. Ещё и волосы на голове жиром видно смазаны, прилизаны. Нет, будь он князем, завёл бы другого кухаря.

— Доброго дня, — проявил вежество парень, кивнув головой, изображая лёгкий поклон в сторону кухаря.

— Ты как кланяешься, смерд! — бамс и Коська оплеуху заработал.

— А ведь классно! Отличный выход.

Парень ткнул ладонью в Солнечное сплетение дядьке, бывает, промахнулся, руку для рукопожатия протягивая, и когда тот стал хватать воздух, как щука из воды вытащенная, схватил мужика за локти, якобы поддерживая и провёл пальцем по выступившим на локтях жилам. Током вдарило повара отлично. Скрючило и на колени бросило, но парень ему упасть не дал, поддержал.

— На помощь! — заорал парень, — Княжьему кухарю плохо, — и ещё раз в солнечное сплетение, — Дяденька! Дяденька, что с вами? На помощь! Кухарю княжьему плохо.

К нему уже бежали, и дядька, далеко не успевший отойти, и двое дружинников, бросивших возиться с Малом в телеге, тот от них не связанными ногами решил отбиваться.

Орал Коська, орал Мал, выл Демид и орал, раздавая приказы, тот самый дружинник Фрол, что получил пяткой в нос от татя. Веселуха.

— Что тут⁈ — Фрол поднял за шиворот кухаря.

— Бес! В него бес вселился! Пошёл прочь! Бес, держите его! Ловите его! Его запороть надо!

Парень никуда не бежал, он стоял и крестился, изображая участие.

— Бес, дядечка кухарь, где бес, кого ловить? Вам плохо⁈ Плохо кухарю княжьему, хельгу нужно! Хельгу позовите!

— Что с тобой, Демид? Ты сегодня второй раз при мне падешь, может, тебе, правда, лекарку надо.

И тут произошло, то, чего Коська точно не ожидал. Демид вырвался из поддерживающих его рук, шагнул к Касьяну, вытянул руки… и вдруг повалился на землю, скрючился в эмбриона и затих.

— Да позовите лекаря! — теперь уже на самом деле вопил Коська, а не спектакль разыгрывал.

И лекарь пришёл. Не тот глагол. Он не пришёл, он пришествовал. Длинный плащ из синего атласа скрывал всю фигуру высокого человека с длинными седыми волосами. Борода длинная, как у Хоттабыча и жидкая как у… Хоттабыча и длинные усы, которые рисуют у барона Мюнхгаузена. Плащ был до земли и шевеления ног под складками материи видны не было. Хельг, очевидно, делал мелкие шаги и из-за этого казалось, что он плывёт по деревянному помосту. Голова при этом поднята высоко, и восходящее солнце, отражаясь в глазах, делало их красными.

— Язеп, кухарю плохо, про бесов кричал, а потом упал и не двигается, — Фрол если и волновался за кухаря, то не бегал, руками не махал. Степенно себя вёл, как десятнику или сотнику княжескому положено.

— Раздайтесь. А ну прочь все. Фрол, ты с парой воев тут побудь.

Лекарь, если он командует командиром ратников, в иерархии кремлика явно был не последним человеком. Он склонился над Демидом и положил ему руку на лоб, потом попытался нащупать пульс. Что уж у него получилось, Коська не понял, но потом хельг перевернул кухаря на спину. Левая половина лица у Демида была перекошена и под ним была рвота.

— Да у него инсульт. М… Кондратий хватанул. Апоплексический удар, — стушевался Касьян, когда все присутствующие, и лекарь в том числе, к нему повернулись.

— Кто ты отрок? — стал подниматься хельг.

— Я? Касьян.

— Учишься на лекаря? — потерял к кухарю интерес Язеп.

— Бабка Ульяна у нас в селе учила и брат Константин — зелееварец из монастыря, — Коська не знал теперь радоваться, что кухарь неожиданно заболел или идти молиться, возможно это он убил человека и всего за одну затрещину. В будущем-то с инсультом мало кто выживает, а тут и вообще — труба дело.

— Прав ты отрок. Демида Кондратий хватил, удар у него. Лечить буду. Несите ко мне в горницу, — старец уже обернулся к детинцу и даже пару шагов сделал, но потом обернулся и всем телом медленно так повернулся к Коське, — Пойдём, отрок, со мной. Проверю кто и чему тебя учил. 

Семеня за лекарем со странным именем Язеп, который неспешно шествовал опять к детинцу за двумя ратниками, что волокли под руки кухаря, пытаясь держать его как можно более вертикально, Коська соображал куда он влип опять и как из этого вылипать теперь. Получалось, что пока Демид в сознание не придёт и связно говорить не начнёт, можно сильно не дёргаться. А придёт он в себя? А сможет при этом внятно говорить? А вообще овощем не останется? Инсульт вещь такая. Константин Иванович с одним человеком, пережившим инсульт, возился. Это была мать жены или тёща. Хорошая, работящая, тихая женщина, которая вечно таблетки горстями пила от давления. Медицина почти поставила её на ноги, потом и они с женой три года пытались. С переменными успехами борьба шла, года три шла, но потом повторный инсульт борьбу прекратил.

Так Константин Иванович в интернете в поиске средств исцеления много чего про эту болезнь прочел. Исходы разные. Но это в двадцать первом веке с его медициной, а вот здесь у кухаря шансов выкарабкаться гораздо меньше. Ещё и вопрос, а вспомнит ли он удар в солнечное сплетение, когда сможет говорить, если вообще сможет.

Решил Коська горячку не пороть, в бега не подаваться. Тем более, что судьба подсунула очередную развилку, не зря этот странный лекарь княжий его на экзамен позвал. Возможно, возьмёт помощником или учеником. Дед не молод, пора о наследнике для своих знаний и умений думать.

Как там у Высоцкого: «Все жили вровень, скромно так — система коридорная: На тридцать восемь комнаток — всего одна уборная». Насчёт уборной не очень понятно, но система точно коридорной не была. Была та самая знаменитая анфилада комнат, переходящая из одной в другую иногда даже без дверей. Потом была лестница на второй этаж. Кухаря кряхтя затащили двое ратников и встали. Нет, он был не бегемотного телосложения, как раз наоборот, глистообразным был, но вот лестница узкая и винтовая и она никак не хотела вмещать троих плечистых добрых молодцов. Она одного бы с трудом вместила, если бы скажет Сбышек решил по ней подняться. И за руки, за ноги кухаря не возьмёшь, какой дурак такую лестницу строил, она слишком круто поворачивала. Хотя, если бой будет внутри детинца, то на такой лестнице триста спартанцев не нужно, один спартанец верхние Фермопилы оборонит.

Из-за этого Демида под руки взял один из воев и стал нести перед собой почти на вытянутых руках, да ещё и вверх вытянутых. Кухарь был довольно высок, метр семьдесят пять где-то. Второй же ратник первого — несуна, поддерживал и подталкивал сзади, не давая тому со свой длинной ношей назад завалиться.

Долго ли коротко ли, но дошли до обиталища лекаря. У него целых две комнаты имелось. И вот здесь на втором этаже имелся коридор, который и заканчивался двумя комнатами хельга Язепа.

— Вон на лавку под окном положите, — кивнул головой вперёд лекарь, пропуская дружинников с Демидом опять под ручки волокшие его.

— Тяжёл. Тощий, а тяжёлый, — пропыхтел вой постарше, — Ну, мы пошли, али исчо чего надобно?

— Идите. Ничего не надо.

Язеп подошёл, поправил, свесившую с лавки руку Демида и повернулся к замершему у порога Коське.

— И, чего стоишь? Рассказывай, как лечить его собираешься?

Глава 5

Что там врач говорил, там в будущем, когда тёщу из больницы выписывали? Вам теперь нужно привести в порядок давление и залечить травмированные сосуды. Лекарства я выпишу, но мой вам совет, полазьте по интернету и посмотрите народные средства, в купе с химией эффект будет гораздо серьёзнее.

В интернете много чего было. Больше всего советовали красные сосновые шишки. Ну, это молодые совсем шишечки, которые ещё твёрдыми не стали, там была спиртовая настойка. Нужно залить эти красные шишки в количестве сорока штук одним литром водки и настаивать тридцать — сорок дней. Употреблять настойку красных шишек по одной чайной ложке три раза в день за тридцать минут до еды.