Сталь и магия (СИ) - Шу Алекс - Страница 26

Обедать они спустились уже во второй половине дня, когда сиявшее в зените солнце уже начало свой путь обратно. Поели суп с рыбой, пирожки с творогом, сдобные булочки с чем-то похожим на землянику, салат из зелени, запили всё это горячим травяным отваром с добавлением меда.

Стэн развалился на стуле, с удовлетворением прихлебывая вторую чашку отвара, Рон оставил его отдыхать, вышел из кухни и через минуту вернулся. Сообщил:

— Тебя Имрион зовет. Он у себя.

Маг колдовал со своими пробирками и колбами, что-то туда наливал, взбалтывал, насыпал порошки. Перед ним на столе выстроилась целая батарея склянок, банок, каких-то пузырьков с жидкостями всех цветов радуги, емкостей с сыпучими материалами.

Когда Стэн вошел, он по своему обыкновению даже не повернулся, но среагировал моментально. Буркнул:

— Подойди сюда.

Стэн повиновался.

— В тумбе справа от меня лежат ступка и пестик. Промой их колодезной водой, потом возвращайся, — приказал маг.

Когда парень пришел обратно, Имрион добавил.

— В той же тумбе наверху лежит кусок сухой ткани. Протри их.

Стэн достал ткань вытер досуха ступку и пестик, как только он закончил, последовала новая команда.

— Слева от меня шкафчик видишь?

— Вижу, — ответил парень.

— Там стоят большие стеклянные банки с разными листьями, вершками, корешками. Возьми ту, на которой написано «ремейский трилистник». Заполнишь сухими листьями ступку на треть, начинай тереть пестиком до полного измельчения, по консистенции полученная смесь должна быть как песок. Всё понял?

— Всё, — кивнул Стэн.

— Тогда не стой столбом, начинай работать, — распорядился маг…

За два часа Стэн перетер и пересыпал в стеклянные склянки листья ремейского трилистника, кору черного урманского дуба, корешки жабоглота, побеги болотника, лепестки «ведьминого глаза». Когда закончил, чувствовал только одно желание, побыстрее добрести до кровати и отрубиться. Спина болела, тело будто налилось свинцом.

— Ну что, — маг уже давно сидевший в своем кресле и наблюдавший за парнем, одобрительно кивнул:

— Вижу, с работой справился. Готов учиться магии?

— Готов, — кивнул Стэн.

Как бы он себя ни чувствовал, упускать уникальную возможность овладеть магией парень не собирался.

— Тогда бери вон тот стул в углу, садись рядом и слушай, — скомандовал Имрион. — Преподам тебе первый урок, расскажу, чему и как ты будешь учиться.

— Итак, что такое магия своими словами сформулировать можешь? Так как ты её себе представляешь, — спросил Великий Магистр.

Стэн задумался, почесал подбородок.

— Это сверхъестественные способности — умение творить чудеса, использовать мистические силы, неподвластные простым смертным, дар, способный поднять возможности конкретного человека и возвысить его над остальными людьми, тайные знания способные сделать всемогущим, повелевающим стихиями и духами.

— Ну, — улыбнулся маг. — Пафосно и многословно, но в целом, относительно верно. Я немного упрощу определение. Магия — это возможность воздействовать на природные явления, людей или разные предметы сверхъестественным образом — то есть выходящим за пределы науки, разума и законов природы. Откуда она взялась? Во время первой войны темных и светлых богов с в очень давние времена, кровь павших и раненных обильно пропитала земли Альмерии. Там где она пролилась, начали происходить странные события. Куда попадала кровь светлых, начали обильно расти леса, кустарники, появились необыкновенно красивые цветы с чудодейственными свойствами, способные вылечить от многих недугов, подарить старым — силы и желание жить, измученным тяжелой работой крестьянам — хорошее самочувствие. Земля в таких местах долгими годами давала невиданные огромные урожаи, люди жили и процветали. Там где пролилась кровь темных, всё было наоборот. Земли, как язвами, покрывались болотами, приходили в разор и опустение, животные видоизменялись, отращивали себе клыки и когти, нападали на людей. Вурдалаки поднимались из могил, нападали на людей, появлялись злобные духи, разная нечисть. И в первом и втором случае, изменялись и сами люди, приобретая сверхъестественные магические возможности. Одни взывали за помощью к Светлым богам, помогали и лечили других, использовали своё искусство во благо, другие становились некромантами и ведьмами, поклонялись Темным богам, приносили человеческие жертвоприношения, питались болью и страхом своих жертв. Вот так на землях Альмерии возникла магия.

Имрион немного помолчал, давая Стэну осознать сказанное, и продолжил:

— Магом может стать не каждый. Для этого надо иметь предрасположенность, мы называем её Искрой. Она может спать в человеке всю жизнь, и он до самой смерти не будет знать, что мог обладать сверхъестественными способностями. Для того чтобы мужчина или женщина пошли по пути мага, Искру надо разбудить специальными ритуалами. Иногда она просыпается сама, в результате великих испытаний и потрясений своего владельца. Но тогда последствия могут быть непредсказуемыми. Добрый человек, которого мучают пытками, в результате пробуждения магического дара, может превратиться в жестокого и перейти на сторону Темных богов. Наоборот, озлобленный и подлый, столкнувшись с добром и милосердием, желанием помочь, может стать Светлым. Это происходит очень редко, но такие случаи бывали. Есть ещё и Серые маги. Они уважают и Темных и Светлых богов, но живут по своим правилам.

Маг сделал паузу.

— А вы, к каким относитесь? — с любопытством поинтересовался Стэн. — Явно не к темным, раз спасли меня и прогнали ведьм. Значит к светлым или к серым. Правильно?

— На моем уровне, такое разделение весьма условно, — усмехнулся Имрион. — Но раз тебе так интересно, отвечу. Больше тяготею к Светлым, не люблю Темных, но воевать ни за одну из этих сторон не буду. У меня своя жизнь и интересы, главным образом в магических исследованиях. Теперь я продолжу. Искра, которую мы в тебе разбудим, это начальный магический потенциал. Чтобы он делался сильнее, его надо развивать специальными тренировками, получать знания и учиться их применять. Искрой, как правило, обладают новички, младшие ученики, обычные, старшие, подмастерья. Дальше, по степени развития магического дара идут маги третьей-второй и первой ступени и старшие маги, по уровню знаний и практических умений они в несколько раз превосходят предыдущие категории. У этих категорий Искра уже преобразована в Кокон, в котором формируется на порядок большая магическая мощь. И наконец, на самых верхних ступенях могущества находятся Великие магистры магии и архимаги. Первые иногда становятся Верховными магистрами разных королевств — то есть главными магами, которым все остальные должны подчиняться. Архимагов за всю историю нашего мира было двое — Гвен Златокудрый и Орест Мудрый. Они обладали гигантской, ни с чем не сравнимой мощью, приближенной к богам. Оба погибли во второй войне между Светлыми и Темными. У Великих и Архимагов Кокон раскрывается, разворачиваясь в полную мощь и превращаясь в Сосредоточие, способное творить невероятные вещи. И резерв Сосредоточия по сравнению с Искрой и Коконом, огромен, как бескрайний океан рядом с маленькой лужей.

— А вы, естественно, Великий Магистр? — уточнил Стэн.

— Именно, — величественно кивнул волшебник. — И надеюсь, когда-нибудь дойду до уровня архимага.

— А почему вы тогда так редко применяете свои возможности, раз они столь велики? — поинтересовался Стэн.

— Я не обязан отвечать на этот вопрос, в виде исключения, отвечу, — усмехнулся Имрион. — На то есть две причины. Первая: лучше не пользоваться ими без особой надобности. Я придерживаюсь теории Великого магистра Ольгерда, три сотни лет посвятившему учению Плетений и последствий их использования. Он утверждал, что магические возмущения нарушают закон природного равновесия. То есть, применение серьезного волшебства может иметь последствия, которые могут проявиться через много лет. Может ничего и не быть, но если нет необходимости использовать магию, лучше её не использовать, по крайней мере, часто.