После развода. Я тебя верну (СИ) - Мартин Елена - Страница 34

— Тебе хорошо со мной… — шепчет Алексей, выходя из меня и опускаясь на всю глубину.

— Да… Ох-х, — закрываю глаза и тону в своих ощущениях.

Обвиваю ногами его талию и стараюсь двигаться ему навстречу.

Боже… Как вкусно и запретно сладко. А он снова мой… Я не сомневалась, что Лёша чувствует то же самое. В каждой ласке и движении чувствовалось, что Вяземский скучал. Пробегался поцелуями по шее и плечам и снова возвращался к моим губам. Все ощущения, обострённые до предела за эти несколько недель, словно разрезают изнутри, а нервы натянуты словно струна.

Не сомневалась… Раскроит снова на мелкие частички, которые я буду долго собирать в одно целое.

Низ живота наполняется тяжестью, а внутренняя пружина закручивается всё сильнее. Чувствую, как подрагивают мышцы влагалища, сжимаясь вокруг каменного члена моего бывшего мужа.

— Кирюша… Моя девочка… Бл…ь, так сладко, может быть, только с тобой.

—Так сладко может быть только с тобой, Вяземский, — пронеслось где-то вдалеке в затуманенной голове.

Алексей переплетает пальцы рук, как тогда, в наш первый раз. Я знала с нашей первой встречи, что он будет моим.

Наши стоны, всхлипы переплетаются. Хочу его до умопомрачения. В моей голове нет ничего, кроме мужчины, яростно работающего бедрами. Каждый толчок моё тело принимает с таким чувственным восторгом, что я боюсь, что это закончится. А захочу его чувствовать снова и снова с той же дикой силой, которая разлилась внутри меня.

Выгибаюсь дугой, ловлю разлетевшееся удовольствие волнами по телу от пульсирующего лона до кончиков пальцев.

Леша кончает вслед за мной с приглушенным рыком.

Глава 44

Глава 44

В комнате повисла тишина, которую нарушало только наше тяжелое дыхание.

Что теперь будет? Я закрыла глаза, чтобы этот мир пока оставался в том сценарии, что был.

Как глупо, Кира.

Но так вкусно. Я словно расцвела. А внутрь влили живительной влаги совсем высохшему сосуду.

Алексей приподнимается на локтях и заглядывает в моё лицо. Всматриваюсь в его черные глаза, ищу ответ на свой главный вопрос. Я ждала, что он сейчас отстранится и, перекатившись, ляжет рядом, но Вяземский так и застыл меж моих ног.

— Я всё время думал о тебе. Все эти четыре года. Что делаешь, где проводишь время… Кто рядом с тобой.

Мысленно хмыкнула. Знал бы ты, родной, кто был рядом все эти годы со мной. Я думала, что эта официальность, с которой подчёркнуто относился ко мне Вяземский, так и останется.

Финальная беседа?

— Не хочу тебя отпускать. Ни сейчас, ни потом… — произнес после затянувшейся паузы Алексей.

Я покачала головой. Вяземский верен себе, как, впрочем, всегда. Самоуверенность — второе «я» моего мужа… Бывшего мужа, Кира.

— С чего ты взял, что будет потом? — усмехаюсь.

— Кто сказал, что я теперь тебя отпущу?

— Неоконченное дело. Что именно ты не закончил, Лёша? — мои руки всё ещё лежат на его плечах. — Тебе не кажется, что нам… нужно поговорить?

— Кажется, — Алексей лёг рядом на спину. — Но не сегодня, — коротко ответил Алексей.

Лицо Вяземского стало напряженным.

Я поднялась с кровати и вытерла живот, на котором остались следы горячей любви Алексея. Набросила халат, затянув его завязки нервно дрожащими руками, и присела на край кровати, подтянув под себя ноги.

— Я хочу сейчас, — внутри разливалась непонятная сердцу тревога.

У четырёхлетней паузы должна быть причина.

— Четыре года назад из сейфа моего кабинета исчезли важные документы. И всплыли в другом интересном месте, — вкрадчиво начал Вяземский и поднялся с кровати.

— И где всплыли?

— Налоговой службе, — Алексей смотрел сквозь меня. — Хороший адвокат, естественно, помог избежать уголовной ответственности, но к тому времени, когда все вопросы решились, моя компания подошла к банкротству.

Выражение лица Вяземского стало ледяным. И я даже поёжилась.

— Я причём, Лёш? — я растерла холодные руки. — Постой… — я поднялась с кровати и подошла к окну. — Я оказалась одной из списка тех, кто мог это сделать?

Вяземский молчал.

— Доступ в кабинет был только у двоих.

— Я была твоей женой, Вяземский, — усмехнулась, рассматривая ночной город за окном.

Радужные замки рухнули, не успев отстроиться. Вяземский был для меня всем миром, я для него девчонкой на пару месяцев, которая могла стащить документы из сейфа его кабинета.

— Пару месяцев, Кир… И я…

— Три с половиной, — я коснулась кончиком пальца стекла и грустно улыбнулась.

Никогда и ничего не выйдет с этим мужчиной.

— Я вытащила бумаги из твоего сейфа, — произнесла, не поворачиваясь. — Что сделаешь со мной, Алексей Дмитриевич?

Вяземский нахмурился и потянулся к одежде.

— Зачем? — резанул ледяным тоном Вяземский

— Мне пообещали денег, — в груди распирало от ноющей боли. — Можешь не волноваться. После того как мы вернемся, я напишу заявление на увольнение из твоей компании по собственному желанию.

Я вздрогнула, как только входная дверь громко хлопнула. Я повернулась к стене и оперлась об нее. Хотелось об что-то опереться, чтобы не рухнуть от новостей, которые преподнес мой бывший муж.

Так уничтожительно я чувствовала себя только когда мне позвонил адвокат Вяземского.

— Нужно было уволиться сразу, как только я увидела его в фойе здания «Альянса».

Почти до самого утра я пролежала, рассматривая глянцевый потолок дорогого отеля, задремав только на рассвете. Противную мелодию телефона услышала сквозь сон. Тяжело поднявшись, поплелась в ванную комнату. На автомате умылась и почистила зубы. Набросала неброский макияж.

Может, мне вообще не нужно никуда собираться и меня к утру мой злой босс уволил? После всего что сказано точно должен уволить. Между нами должна быть пропасть. Та самая, которая разверзлась после нашего расставания.

Быть никем и ничем для того, кто стал твоей вселенной.

Надеюсь, этой ложью я отодвинула Вяземского от себя насколько можно дальше. Потому что Алексей умеет дарить только боль и чувственное удовольствие. И этот дурацкий коктейль чуть меня не уничтожил в прошлый раз. Только Ксения стала спасительной соломинкой. А сейчас… Я не имею права на переживания, стресс и прочие сопли.

Надела юбку и строгую блузку, подхватив короткий пиджак, сумочку и папку.

В фойе уже стояли Мягков и Пенкина. Я, сухо поздоровавшись со всеми, вскинула руку с наручными часами.

Девять утра. В офисе «Самекс» мы должны появиться через час. От волнения подрагивают кончики пальцев, а сердце забилось в груди, как только открывшиеся створки лифта явили генерального директора Вяземского и его охранника.

Вот именно этот момент гложил меня всю оставшуюся ночь после того, как дверь в комнате моего номера с грохотом закрылась. Наши взгляды встретились, и машинально за всеми, произнесла: «Доброе утро».

Вяземский окинул таким холодным взглядом, что можно снег стряхивать с лацканов моего пиджака. А еще уничтожительным, и бог весть, что еще горело в этих черных, как ночь, глазах.

Дожить бы до возвращения домой…

К моему счастью, открылись створки второго лифта, и остальная часть сотрудников выпорхнула из него. Присев на сиденье автомобиля, я уставилась в окно автомобиля, стараясь немного отвлечься от удручающих мыслей.

Зачем я снова впустила его в свою жизнь? Вяземский — разрушение!

И иногда в голове возникал вопрос, который вроде бы не должен касаться, но иногда звучал: «Кто мог вынести бумаги из сейфа Алексея?»

Глава 45

Глава 45

Алексей Вяземский

Кира сделала глоток коктейля, не отрывая взгляда. Я погрузился в воду и проплыл несколько метров. Выныриваю недалеко от Киры и притягиваю к себе. Верх купальника отбрасываю на бортик и кладу ладони на её грудь.

— Леш… А если кто увидит? — стеснительно спросила Кира.

— Алла Николаевна на кухне, и через час отчалит домой. Степан уже дома, а уборку перенёс на завтра. Горничная сегодня не придёт. Так что… — я потянул завязки на нижней части купальника и раздвинул её ножки, прислонив спиной к бортику.