Академия Эвейл. Мой шаг к мечте (СИ) - Устюженко Мария - Страница 7

Как ни странно, не все спешили покинуть место событий. Осталась рыжеволосая Катрина и еще пара студентов с моего факультета, но куратор огненных уже не обращал на них внимания. Я же бросила на них взгляд, но ничего не сказала, молчаливо позволяя остаться.

— Леопольд, сколько раз тебе говорить, что надо думать головой? Особенно если ты будущий боевик! Моей фантазии уже не хватает придумывать тебе наказание. А если прознает ректор, то ты не отделаешься одним только взысканием.

— А чего они… — вскинулся Леопольд, но под взглядом куратора тут же снова опустил голову.

— Им и так не повезло, а еще ты все никак не успокоишься и других подначиваешь. Скажи спасибо Торну, что он вовремя отыскал меня. Если бы дошло до драки… — не закончил он предложение, но оборвал его очень многозначительно.

Наконец, я заметила того самого второго студента. Торн не решался приблизиться, но выглядел обеспокоенно. А я ведь действительно удивилась его стукачеству, а оказалось, что он таким образом заботился о друге. Хотя лучше бы держал в узде его и себя заодно.

— А ты, — перевел куратор огненных взгляд на Ария. — Лучше бы тратил свою решимость на определение дара. Сколько еще я буду ждать тебя на своих занятиях?

Какое бы чувство солидарности не вызывал у меня мужчина, его высказывания перешли всякие границы. Сделав несколько шагов вперед, я заслонила мрачного Ария собой. Куратор огненных приподнял бровь и поджал губы, демонстрируя "восторг" от моего вмешательства.

— Если вы так отзываетесь о смешанном факультете, то мне абсолютно понятно, отчего ваши студенты ведут себя столь непозволительно, — ровным и прохладным тоном сказала я.

Мужчина непонимающе нахмурился. Мне же даже на каблуках приходилось приподнимать голову, чтобы смотреть ему прямо в глаза, что раздражало. Никогда не любила слишком высоких.

— Вы о чём вообще?

Коллега выглядел искренним в своем недоумении. Я почувствовала от этого не успокоение, а еще большее раздражение.

— По-вашему, нормально так говорить и поддерживать межфакультетскую вражду?

— Вы с ума сошли? — удивительно миролюбиво поинтересовался куратор огненных. — Где я поддерживал межфакультетскую вражду, позвольте спросить?

— «Им и так не повезло», «Прибавь решимости на определение», — передразнила я. — Хотите сказать, что это нормальные фразы?

Морщинка между бровей мужчины разгладилась, его лицо озарилось пониманием.

— Вот в чем дело. Вы из тех, кто считает, что если гладить студента по голове, то определиться станет легче. Так вот что я вам скажу, если позволите, исходя из своего преподавательского опыта — чем больше строгости проявляешь, тем больше помогаешь с этим справиться.

В чем-то он, конечно, был прав, но вот методы и апломб, с которым он говорил, были мне довольно неприятны.

Выпрямившись, я твердо на него взглянула.

— Такое понимание смешанной магии говорит о вашем невежестве даже больше, чем о проявленной невоспитанности ваших студентов вторжение в кабинет во время занятий.

Судя по тому, как он сощурился — я умудрилась в первый рабочий день нажить себе непримиримого врага. Но, как ни странно, меня это волновало мало. С первых слов было ясно, что поладить нам не удастся.

Глава 9. Вызов принят, боевик

Глава 9. Вызов принят, боевик

— В этот раз, кажется, им повезло, — прервал тишину Лео, взирая на меня с оттенками шока и отвращения.

Он был всеми проигнорирован. Остальные студенты боялись даже шелохнуться, чтобы об их присутствие ненароком не вспомнили.

— А вы пользуетесь методами прошлого куратора смешанных? — вдруг спросил мужчина, разглядывая меня теперь более внимательно. Интересно, понял ли он, кого вчера принял за студентку?

— И что? — с легким вызовом поинтересовалась я, взаимно отвечая пристальным взглядом.

Каштановые волосы. Янтарные глаза, отливающие бордовым оттенком, что выдавало в нем сильного огненного мага. Выраженные скулы. Гладко выбритый подбородок. Красивые, но поджатые в недовольстве губы.

Но тут настроение мужчины переменилось. Он усмехнулся с небольшим самодовольством, словно подловил меня.

— Значит, техника вашего обучения основана на заслугах коллеги? — уточнил он, не скрывая подтекста. Кажется, это был намек на мою несостоятельность, как преподавателя. — Но я бы все же не хотел устраивать сцен и обойтись без взаимных обвинений.

— Согласна насчет второго предложения, — отозвалась я. — Тогда перейдем сразу к претензиям. Объясните своим студентам, что нарушать дисциплину на чужих занятиях — неправильно. И проследите, чтобы они послушались, а то что-то мне подсказывает, что с этим у них есть проблемы.

До сих пор не представившийся коллега скривился так, словно у него разом заболели все зубы. Теперь я довольно и широко улыбнулась, осознав, что угадала.

— Студентам нельзя отказывать в проявление любопытства, — бросил он. — Это залог их хорошей учебы.

— Мои студенты и я — не предмет для разглядывания и тыканья пальцем.

— Тогда вы зря стали преподавателем, — скучным и невыразительным тоном произнес боевик, затем окинул красноречивым взглядом. — И выбрали такие аксессуары.

— Вы слишком часто и пристально на них смотрите, — с нарочитой доброжелательностью сказала я, ярко улыбнувшись. — Еще и так эмоционально высказываете своё отношение… Думаю, теперь я знаю, что подарю вам на Новый год.

Его янтарные глаза стали отливать сильнее багряным от подобного обещания, что заставило меня утвердиться в задуманном.

— С таким даром предвидения, а точнее, его отсутствием, странно, что вы решили работать преподавателем.

— Я ведь не учу предсказателей их специализации, лишь читаю им, как и остальным, теорию об искажениях. Точнее, буду читать, — парировала я.

— Хороший педагог — всегда немножко предсказатель, — тонко улыбнулся он. — А теперь прошу меня извинить, мадемуазель…

— Эстель Ламбер.

Выражение его лица сменилось на задумчивое и даже слегка раздосадованное.

— А вы? — спросила я, не дождавшись ответной любезности.

Он достал визитку из нагрудного кармана. На мой взгляд, слишком старомодный и пафосный жест в академии. Учеба отучила меня от визиток, в которых значились род, магия и имя. В одной из сумок где-то на дне можно было отыскать, но я не видела нужды.

— У меня такой нет, — спокойно произнесла я.

— Вейлр Деламорт, — представился он, убирая визитку обратно.

Сердце дрогнуло, но я постаралась не показать виду. Так вот как выглядит моя вторая причина прибытия в академию Эвейл.

Видимо, если не везет, то по-крупному.

Но я все же улыбнулась и кивнула.

— Приятно познакомиться, — пропела я, не сдержавшись.

Боевик поджал губы, но не повелся на провокацию, а завел руки за спину, с уважением кивнул и проявил признаки хорошего воспитания:

— И я счастлив познакомиться.

После чего удалился. За ним без лишних напоминаний послушно последовали Лео и Торн.

— А вы за мной, — перевела я взгляд на Ария и Катрину.

Они послушались несмотря на явное удивление и нежелание. Я же уверенно повела их в общежитие преподавателей, чтобы обсудить произошедшее на практике.

Мне уже не терпелось написать возмущенное письмо брату. Он настоял на том, чтобы я отправилась в эту академию, где преподает его приятель. Хороший! Справедливый! Который рад будет помочь и рассказать, что знает об аномалиях и работе с ними! Ага, как же. Судя по месье Деламорту рад он был только тогда, когда страдали окружающие. Но все же кое-что в его словах было справедливым, оттого так сильно меня и задели. Я ведь и вправду не планировала всерьез заниматься кураторством, лишь читать лекции и получить опыт работы. Но после проведенной практики с первым курсом и конфликта с этим несносным боевиком, который имел наглость заявить, что я не воспринимаю всерьез возложенную ответственность, во мне что-то переменилось. Это было похоже на вызов, которых я никогда не страшилась. И раз я уже вступилась за студентов, то не имела права бросить их на произвол судьбы. Тем более, благодаря Катрине и Арию у меня даже, возможно, появился план.