Надежда для князя: переписать судьбу (СИ) - Нежданова Наталья - Страница 43

— Это — не вера, а чудовищная пародия на неё! — с горечью произносит священник. — Если бы вы только знали... Впрочем, к чему? Всё равно ничего не изменится!

Я нисколько не удивляюсь, когда узнаю, что отец Алексий — не на самом хорошем счету в епархии. Считается чуть ли не вольнодумцем. Натали и Борису даже пришлось привлечь свои связи, чтобы утвердить его на должность законоучителя.

Тем временем наступает август и мне пора подумать о своей учёбе. Мой аттестат давно представлен в канцелярию, осталось только собеседование пройти.

В жизни так не волновалась из-за экзаменов! Да я и не прошла бы его в принципе, если бы не добротное гимназическое образование прежней Наденьки. Всё-таки до революции образованным людям закладывали глубочайший фундамент классической культуры. Как же жаль, что в моём прежнем мире это оказалось безнадёжно утеряно. Но, может, в моих силах не допустить, чтобы подобное случилось и в этом?

Я регулярно навещаю Ольгу. Она должна скоро родить. Уже подготовила всё необходимое для младенца.

Как только справится одна? Я опять предлагаю ей написать маме. Но она вновь отказывается. Наотрез. Даже плачет.

Хочется надеяться, что роды будут лёгкими. Только всё равно ведь помощь потребуется. Потому что у неё на квартире даже водопровода нет. Хорошо хоть, у них рядом недорогая прачечная.

— Ты бы хоть с соседями договорилась, чтобы за акушеркой сбегали, когда начнётся! — говорю я.

— Да ну, сама справлюсь! — протестует Ольга. — Первые роды — это не быстро!

— По всякому бывает!

Здесь всё ещё рожают дома. Имеются, конечно, специальные клиники для сложных случаев. И родильные приюты для, скажем так, асоциальных особ, либо совсем бедных, у кого просто-напросто нет возможности рожать там, где они живут.

Остальные же просто приглашают на дом акушерку, или, как тут чаще говорят, повивальную бабку. Хотя она обычно никакая не бабка, а порой и вовсе девушка, прошедшая трёхлетний курс Повивальной школы.

Это стоит денег, хоть и не слишком больших. Правда, довольно часто помощь роженицам оплачивает государство, благотворители либо земства.

Глава 56

Последние несколько дней я усердно ищу новую квартиру. Желательно поближе к университету. И хотя бы из двух комнат и кухни.

Как мы только за неё платить будем? Боюсь, учёба вряд ли оставит мне много возможностей для подработки. Впрочем, этот вопрос встанет позже. На ближайшие месяцы у нас хватит накопленных денег. А дальше видно будет.

В конце концов, Борис обещает опубликовать в своём журнале мою книгу. Значит, будет гонорар. Может, ещё статьи какие-нибудь стану писать.

Да и мама после лета свободной дачной жизни выглядит бодрее. Похоже, общение с Закревскими всё-таки вытащило её из той тёмной пропасти, в которой она заточила себя после смерти папы. Она говорит, что будет давать уроки музыки.

В общем, смотрю в будущее с некоторым оптимизмом. Правда, всё равно не расслабиться. Одни отношения с Борисом чего стоят!

Он ведёт себя так, как будто я — уже его! Разве что ничего откровенно сексуализированного не допускает. И это хорошо. Потому что не время сейчас. Надо сохранять трезвую голову. Вот только как долго я продержусь?

Я шагаю по улицам, сверяясь с выписанными на бумажку адресами. Но лишь на третий день нахожу то, что меня устраивает.

Небольшая уютная квартирка из двух комнат с кухней. Просто идеально для нас с мамой. Даже гостей принимать можно.

Я тотчас договариваюсь насчёт перевозки мебели со старой квартиры. Ещё и Галины детишки помогают. Федя с Генькой и Маша. И вещи перетаскать, и порядок навести. Пока они моют полы и протапливают плиту на кухне, я еду за мамой.

В особняке Закревских меня встречает Борис. Он опять на своей службе и мы встречаемся не так часто. Однако сегодня — выходной.

— Как это вы так быстро всё успели? — удивляется он. — Даже не сказали, что переезжаете!

Наши с мамой вещи уже собраны, и слуга относит их в автомобиль. После чего Борис везёт нас с мамой на новую квартиру.

Там уже всё сияет чистотой, а на плите закипает чайник. Мы с Борисом спешим в лавочку за сладостями и пирогами.

Галины дети просто очарованы князем! Да и он сам с явным удовольствием общается с ними. Я уже заметила, что он вообще обожает детей. Как, впрочем, и они его. Даже у сумрачного обычно Геньки на лице проскальзывает улыбка.

Он всё-таки прижился у Гали. Тяжело ему, конечно. Его старший брат оказался боевиком ячейки народовольцев и замешан в нескольких серьёзных преступлениях. Хорошо хоть, младшего не успел вовлечь.

И Галя с мужем молодцы. Не побрезговали, не побоялись принять Геньку в семью. Теперь у мальчишки есть все шансы не свернуть на кривую дорожку.

Что мне особенно нравится в моём новом мире — так это гораздо меньшая бюрократическая регламентированность жизни. В самом деле — в моём прежнем мире Геньку ждал бы приют и детдом. А если бы даже кто-то и захотел ему помочь — ему бы пришлось пройти самый настоящий бюрократический ад по сбору справок, оформлению документов и прохождению курсов приёмных родителей. Да ещё доказать, что имеется подходящее жильё и доходы.

Сижу за столом и радуюсь. Настоящее новоселье получилось!

Наконец, Борис вызывается отвезти моих верных помощников домой. Дети с восторгом залезают в автомобиль. Особенно мальчишки. Никогда в жизни на таком чуде не катались!

— А трудно на нём ездить? — спрашивает Генька.

— Да нет, не очень! — отвечает Борис. — Сколько лет в школе учился?

— Четыре! — отвечает мальчик.

— И аттестат получил?

— Ага! — кивает он.

— Стукнет четырнадцать — могу замолвить за тебя словечко в школе шофёров, — улыбается князь.

— А мне можно? — влезает молчавший до этого Федя. — Я тоже аттестат получил!

— Договорились!

В первый день учёбы Борис отвозит меня в университет на своём автомобиле. И встречает с цветами, когда я выхожу после окончания лекций.

У меня голова идёт кругом. Не знаю даже, отчего. То ли от беспощадно вываленных на мою бедную голову сведений по философии, то ли от аромата роскошных лилий и ещё каких-то более мелких растений, собранных в большущий букет.

— Первый день учёбы надо обязательно отметить! — улыбается князь и везёт меня в ресторан.

В последний раз я, точнее, Наденька Баратынская, была в ресторане подростком. Когда грозная буря ещё не обрушилась на семью.

Борис расспрашивает, как прошёл мой первый день в университете. Я с удовольствием рассказываю.

Потом мы принимаемся обсуждать приём по случаю выхода первого номера нашего журнала. Уже совсем скоро. И в нём будет печататься моя фантастика!

— Вы, кажется, пишете следующую книгу?

— Да, только это совсем иной жанр! — объясняю я. — Не знаю даже, получится ли её вообще хоть когда-нибудь опубликовать.

— Дадите почитать?

— Надо дописать сначала!

— Пожалуйста, не тяните! Я ужасно заинтригован и с нетерпением жду!

— Ах, вы просто шутите!

— В каждой шутке есть доля правды! У вас замечательный слог!

— А вы замечательно умеете придумывать комплименты!

— В отношении вас их вовсе не приходится придумывать!

Я слегка напрягаюсь, но Борис и тут не переходит той самой грани. Словно ждёт, когда я окончательно созрею и упаду ему в руки, как спелый плод с дерева.

Я украдкой вглядываюсь в его лицо. А что, если снять ментальный щит?

Ну уж нет! Сначала надо рассказать ему, кто я на самом деле. Иначе будет нечестно.

Может, прямо сейчас? Нет, это точно выше моих сил!

В который уже раз обещаю себе, что обязательно подготовлюсь, настроюсь, и — скажу! А дальше — как Бог даст.

Глава 57

Опять пишу свою книгу. Терзаюсь и даже плачу. Потому что моя героиня понимает, что не может ничего изменить. И неумолимая поступь жестокого рока стремительно приближает её мир к страшной развязке.