Остров порока и теней (СИ) - Лейк Кери - Страница 83

Ну уж нет. Ничего против его друга, но я точно не собираюсь оставаться с человеком, которого только что встретила.

— А как насчёт… Бри Дежаре? Ты её знаешь?

— О, да. Бри хорошая девочка. И симпатичная тоже.

— Может, я могла бы позвонить ей с твоего телефона? Узнать, дома ли она?

Она не ответила, когда я звонила с телефона Тьерри, и мои надежды на этот раз тоже невелики. Что практически заставит меня умолять Люка позволить мне остаться здесь одной.

— Да, конечно.

Он передаёт мне телефон, и я пересекаю комнату к своему рюкзаку, куда засунула номер Бри.

— Получишь адрес, и я отвезу тебя туда. Если её не окажется дома, тогда, полагаю, будешь сидеть в грузовике, пока я разбираюсь со своей колбасой.

— Это прозвучало странно. То, как ты это сказал…

— Ага. Пожалуй, так и было.

Кивнув, я набираю номер. Телефон звонит три раза, и она отвечает.

— Алло?

— Бри?

На мгновение я поражена уже тем, что она взяла трубку.

— Привет, это Селеста. Ты сейчас в клубе?

— Нет, я дома с Джастином. Где тебя, чёрт возьми, носило? Ты знаешь, что я почти дюжину раз заходила в тот дом за последнюю неделю, пытаясь тебя найти? Думала, ты вообще свалила из города.

— Я, эм… вроде как жила кое с кем.

— С кем?

Я чешу затылок и сглатываю внезапную сухость.

— С Тьерри.

— С Тьерри?!

Её голос эхом разносится в трубке.

— Ты живёшь у Бержерона? Ты совсем с ума сошла? Он что, заколдовал тебя или типа того?

С неловкой улыбкой я поднимаю взгляд на Люка, который, без сомнений, прекрасно её слышит.

— Он… вообще-то не такой уж плохой парень. То есть он плохой. Но не плохой-плохой.

— Я знаю, кто он и кто не он. И хорошим он точно не является.

— Может, и нет, но он был очень гостеприимным хозяином.

— Если тебе нужно было где-то остановиться, девочка, тебе стоило просто попросить.

— Всё произошло довольно быстро. В любом случае, сейчас я с его кузеном Люком…

— Ты связалась с Тьерри и его кузеном Люком?

Проведя рукой по лицу, я качаю головой.

— Не в этом смысле. Люк вроде как нян… это долгая история. Слушай, мне просто нужно место, где можно зависнуть на пару часов.

— Ну, мы с Джастином будем дома весь вечер, так что приезжай.

— Марсель рядом нет?

— Я не видела сестру уже больше недели. Я начинаю беспокоиться, Сели. У неё бывали загулы и раньше, но она всегда возвращалась к своему ребёнку. А сейчас её нет уже почти две недели, и я никак не могу до неё дозвониться.

— Ты пробовала её мобильный?

— Миллион раз. Ни один звонок не проходит. Я даже пыталась отследить её по GPS. Сигнала нет.

Чёрт. Она, должно быть, сходит с ума от тревоги.

— Ты уверена, что не против, если я приеду? Я могу придумать что-то другое, если тебе…

— Нет. Мне правда сейчас нужна компания. Пожалуйста.

— Ладно, хорошо.

Я записываю адрес, который она быстро диктует по телефону, и Люк поднимает листок, изучая его с кивком.

— Я знаю этот район, — говорит он, когда я завершаю звонок. — Ты точно не против немного потусить у своей подруги?

Будто у меня есть выбор.

— Да. Бри мне как семья.

— Это хорошо. Нет никого и ничего преданнее семьи.

ГЛАВА 40

Селеста

Район, в котором живёт Бри, тот самый, где она выросла Бабулей, только девять лет превратили его в место почти столь же обветшалое, как Шарпантье. Дома самых разных видов выстроились вдоль улицы сразу за главной дорогой, с запущенными дворами и заколоченными окнами.

Люк останавливается у обочины перед домом в стиле shotgun house88, названным так потому, что можно выстрелить пулей прямо через входную дверь, и она вылетит через заднюю, ни во что не попав. Между полноразмерными домами по обе стороны от дома Бри он выглядит почти сплющенным.

Не успеваю я даже отстегнуть ремень безопасности, как Люк уже открывает мне дверь. Взяв меня за руку, он помогает выбраться из грузовика и закрывает дверь за мной.

— Знаешь, мне правда кажется, что как только ты избавишься от этого образа плейбоя, девушки начнут липнуть к тебе, как…

— Как мухи на дерьмо?

От этой картины я начинаю смеяться, пока мы подходим к двери, где Бри встречает нас с улыбкой.

— Вернусь за тобой через пару часов, — говорит Люк, отступая к припаркованному грузовику. — Très bien?

— Oui. Постарайся не надрать слишком много задниц.

Я поднимаюсь по скрипучим деревянным ступеням крыльца.

— Ничего не обещаю, — ухмыляется он, затем разворачивается и трусцой направляется обратно к грузовику.

Стоит мне переступить порог, как Бри обнимает меня, и я чувствую дрожь, проходящую через неё.

— Эй, ты в порядке?

Я неловко развожу руки, не совсем понимая, что с ними делать, учитывая, что проявления нежности никогда не были моей сильной стороной, но очевидно, что ей страшно.

— Я просто… я… я не знаю, что делать. А вдруг Марсель…

— Эй, — перебиваю я. — Не думай так, ладно?

Наконец, неуклюже обнимая её в ответ, я хмурюсь от невысказанных опасений.

— Она, наверное, просто… веселится чуть больше, чем следовало бы.

Бри внезапно смеётся и отпускает меня.

— Ты ужасно умеешь утешать, ты знаешь об этом?

— Это правда. Я недавно смеялась на похоронах.

На похоронах Расса. И будь Бри тогда рядом, она бы точно ткнула меня локтем, чтобы я заткнулась.

Закатив глаза, она фыркает и качает головой.

— Почему я даже не удивлена.

— Есть шанс, что у тебя найдётся еда? Я умираю с голоду. Ничего против Люка, но этот парень не думает дальше следующей банки пива.

— Конечно. Проходи. Добро пожаловать в моё скромное жилище, — говорит она, разводя руками в сторону маленькой, но милой гостиной.

С деревянными полами и белыми стенами в тон изящному белому камину, это место выглядит словно из начала двадцатого века. Всё чисто, аккуратно, ухожено, хоть и слегка устарело. Домашняя атмосфера чувствуется в вязаных салфетках, старомодной мебели и лимонном запахе в воздухе.

— Мне нравится, — говорю я, осматриваясь, пока она ведёт меня на кухню.

— Тётя Клотильда заботилась о нём лучше. Просто у меня не хватает времени между работой и учёбой.

Кухня маленькая и уютная, с белыми кафельными стенами и очаровательной деревянной мебелью натурального цвета. Просто, но чисто.

Бри достаёт, должно быть, остатки ужина: пасту с кусочками курицы, креветками и…

— Это колбаса андуй, — заканчивает она мою мысль, накладывая пасту на тарелку. — Мы называем это pastalaya.

— Выглядит потрясающе.

У меня буквально текут слюнки, пока она ставит тарелку в микроволновку. Я не могу перестать переводить взгляд с неё на таймер обратного отсчёта. Урчание в животе настойчиво напоминает, что я ничего не ела с того самого сэндвича, который Люк приготовил утром.

Когда всё готово, она ставит тарелку передо мной, где я уже сижу за кухонным столом, жадно сжимая вилку.

— Ну, выкладывай. Каково это — тусоваться с Бержероном?

Я накалываю пасту на вилку, наматываю и отправляю в рот.

Вкус, взрывающийся на языке, иначе как оргазмическим не назвать, и я запрокидываю голову, сдерживая стон.

— Он милый.

— Милый? Бержерон может быть кем угодно. Властным. Оскорбительным. Требовательным. Но милый — вообще не приходит на ум.

— Ну, я увидела другую его сторону.

Уперев руки в бёдра, она откидывается назад.

— У него есть другая сторона? Потому что я была уверена, что у него только один вкус. Засранец.

— Ну да. Но mais, у него есть и много других вкусов.

Приподняв бровь, она прислоняется к кухонной раковине, скрестив руки.

— Разъясни.

С полным ртом еды я смеюсь, и её слова возвращают меня в те дни, когда мы сидели на дубе.

— Знаешь, что мне это напоминает? — спрашиваю я. — Когда ты бесконечно болтала о своей влюблённости в Роберта Гидри. Помнишь?