Доктор, отданная в жены калеке-дракону (СИ) - Краншевская Полина - Страница 19

— Что ж такое? — буркнула я себе под нос и повторила маневр с руками.

— Ты чего тут машешь? Завязывай. Мешаешь камни усваивать.

Коша широко зевнул, красуясь пастью с острыми зубами.

— Извини, я не специально. Магия почему-то выход ищет.

— Ну так отпусти ее. Чего зря энергии пропадать?

Возразить оказалось нечего, и я решилась. Прикрыла глаза, отыскала в темноте сиреневую искорку и позвала:

— Иди сюда, милая. Кажется, для тебя есть работа.

Огонек радостно замерцал и рванул мне навстречу.

— Напитай порошок целебной силой.

Покалывание в пальцах стало нестерпимым. Я увидела, как мягкое сиреневое свечение окутывает приготовленный запас обезболивающего порошка. Но на этот раз слабость не спешила валить с ног. Внутри еще теплилась часть силы. Порошок много не забрал, в отличие от изувеченного дракона.

Коша с удивлением уставился на колбу. Он вскочил и оскалился.

— Что случилось? Как ты это сделала?

— Сама не знаю. Магия покоя не давала, вот и пришлось ее применить.

Малыш принюхался. Золотистые глаза засверкали предвкушением.

— Я должен попробовать!

— Погоди. А если это опасно?

— Ерунда. Запах просто одуряющий. — Коша облизнулся и начал подкрадываться к порошку. — Не могу устоять.

Настоящий ребенок, не способный отказаться от вкусняшки. Я отсыпала немного порошка в отдельную колбу и подвинула к дракончику.

— Ладно, чего уж теперь. Пробуй.

Коша издал победный рык и набросился на порошок. Скользнув сквозь состав, он на миг вспыхнул сиреневым сиянием и встряхнулся, будто после купания.

— Ух и забористая штука, Цветик! — с восторгом выдал он, облизываясь и сверкая хитрющими глазами.

Я смотрела на малыша и не могла поверить в происходящие изменения. Коша стал крупнее, чешуя уплотнилась, на спине прорезались шипы.

— Что с тобой? — пролепетала я, хватаясь за край стола.

Ноги стали ватными. Во рту пересохло.

— Все отлично! В жизни себя лучше не чувствовал. Твоя магия — это нечто! Только… — Малыш зевнул так, что чуть меня не проглотил. — Спать очень хочется.

Я не успела и слова сказать, а Коша уже свернулся калачиком и засопел.

— Ну и ну.

Произошедшее в голове не укладывалось. Мне бы спокойно все обдумать, но во дворе раздался грохот подъезжающего экипажа, а за ним крик:

— Сьерра Лилиана! Сьерра Лилиана, скорее сюда!

Я сорвалась с места и помчалась на улицу.

Глава 23

Глава 23

Во дворе перед крыльцом толпились слуги. Двое лакеев достали из экипажа Моралиса и под руководством Джила понесли в дом. От одного взгляда на дракона сердце сжалось. Посеревший, изможденный, с плотно сомкнутыми веками. Кажется, он едва дышал.

— Что случилось? — Я подлетела к мужу, растолкав горничных.

За спиной зашипела Фабия:

— Сьер без сознания. Немедленно отойдите и дайте пройти.

Обращать внимание на экономку — только время тратить. Я коснулась влажного лба дракона. Обжигающе горячо. Лихорадка вернулась. Плохо дело.

— Сьерра Лилиана! — Джил с облегчением выдохнул и утер пот со лба. — Хвала богам, вы на месте. Я уж думал, не довезу.

— Маст Джил, чем помочь? — Фабия попыталась меня оттеснить. — Какие лекарства принести?

Слуга Моралиса поджал губы и процедил:

— Не мешайте сьерре. Все, что нужно она сделает. Прочь с дороги.

Экономка побледнела и отшатнулась. Лакеи внесли в холл дракона и поспешили на второй этаж. Джил взял меня под руку, будто боялся, что я по дороге упаду, и потянул следом.

— Что произошло? — спросила я, перебирая в голове необходимые снадобья из тех, что сама сделала или нашла в мастерской.

Джил взъерошил темные с проседью волосы и выдавил:

— Пока были на континенте, сьеру становилось все хуже и хуже. Никакие лекарства не помогали. А сегодня утром к нему посыльный от главы рода приехал. Сьер прочел послание и совсем плох стал. Я на свой страх и риск сюда его привез. Уж если вы не поможете, тогда и надеяться не на что.

— Правильно сделал, что привез.

Мы вошли в покои Моралиса. Лакеи пронесли мужа прямиком в спальню и начали укладывать на кровать.

— Осторожнее. — Я проследила, чтобы слуги не тревожили изувеченного дракона и действовали бережно. — Вы свободны. Покиньте покои.

Лакеи с поклоном удалились, а я повернулась к Джилу.

— Раздень сьера. Я сейчас.

Сходила в ванную, вымыла руки и прихватила таз с теплой водой и стопку полотенец. На драконе остались только нижние бриджи. Джил ждал распоряжений.

— Принеси, пожалуйста, из лекарской мастерской две колбы. Они на столе у окна.

Слуга сорвался с места и исчез за дверью. Смочив полотенце, я принялась обтирать пылающее тело мужа. Шрамы набухли, налились фиолетовым цветом и пульсировали под пальцами. Плохо, очень плохо. И зачем только Моралиса понесло на континент?

Закончив с обтиранием, я прополоскала полотенце, отжала и положила на лоб дракона. Муж застонал, бессвязно что-то бормоча. Гримаса боли исказила осунувшееся лицо.

— Тише, тише. — Я погладила его по влажным темным волосам. — Сейчас станет легче.

Джил ворвался в спальню, неся необходимые снадобья. Я налила в стакан немного воды и высыпала щепотку укрепляющего средства на основе пирита. Конечно, полной уверенности в том, что оно поможет, не было. Но Коша лекарство хвалил, и я надеялась, что Моралису станет лучше. Залив в рот дракона пару ложек раствора, я снова прополоскала полотенце и вернула на лоб.

— Что это за лекарство, сьерра? — Джил с тревогой смотрел на своего господина и мял полы коричневого сюртука.

Я в который раз поразилась его преданности и искренней заботе.

— Пока вас не было, я изучила снадобья из аптечки для слуг и обезболивающий порошок лекаря Варга. Ни то, ни другое качеством не отличалось. Пришлось изготовить новые.

Слуга вытаращился на меня, как на диковинную зверушку.

— У вас разве есть разрешение на создание лекарств? Вы уверены, что это безопасно?

Мой протяжный вздох огласил спальню. Ни разрешения, ни уверенности у меня, ясное дело, и в помине не было. Но врачебное чутье подсказывало, что я на правильном пути. И состояние дракона это подтвердило.

— Лихорадка идет на спад, — констатировала я очевидное, вместо заверений в собственном профессионализме и квалификации. — Давай вторую колбу.

Джил протянул необходимое и с виноватым видом сказал:

— Простите, сьерра, что усомнился. Просто…

Во втором стакане я развела обезболивающее на основе хризолита и с каплей собственной магии.

— Не оправдывайся. Я понимаю твое беспокойство. В таком состоянии Эмилиану необходим рядом верный человек. Лекарь Варг явно пренебрегал своими обязанностями. Его лекарства ни на что не годятся.

Джил стиснул ладони в кулаки и прорычал:

— Варг — гнусный предатель! Сдал сьера главе рода со всеми потрохами. Теперь мы проблем не оберемся. Найду тварь и…

Слуга недоговорил, но я и по застывшему лицу видела, что бывший лекарь Моралиса подписал себе смертный приговор. Я поежилась. Не хотелось бы испытать гнев Джила. Некстати вспомнилось его криминальное прошлое.

Перекинув заплетенные в косы волосы за спину, я сосредоточилась на лечении дракона. Влила ему в рот пару ложек обезболивающего раствора и сменила полотенце на лбу.

— Что это? — послышался изумленный голос Джила.

Я обернулась и заметила, как вокруг рта дракона распространяется едва уловимое сиреневое свечение. Неужели снадобье с добавлением целебной силы так действует?

— Магия, — в растерянности выговорила я.

— Вы сделали лекарство с добавлением магии? — Джил выглядел до того потрясенным, что я заподозрила неладное.

— Да, я влила частичку силы в снадобье. А в чем дело? Это запрещено?

Слуга промычал что-то невразумительное и помотал головой. Моралис завозился в постели, и я придвинулась к больному мужу. Позже со слугой разберусь. Проверила температуру, пощупала рубцы на боку, посчитала пульс.