Доктор Эмма. Новая жизнь попаданки (СИ) - Крамская Елена "https://litnet.com/ru/elena-kramskaya-u7364739" - Страница 32

Человек поставил бокалы перед гостями. Мэр, утомленный долгой речью, взял свой и поднес к губам.

- Сейчас, - прошептала я.

И в этот самый момент двери гильдии с грохотом распахнулись. В зал ворвались королевские гвардейцы во главе с Калебом.

- Именем Короля, вы все арестованы за участие в государственном заговоре! - прогремел голос Калеба.

В зале началась паника. Члены Ордена пытались бежать, но гвардейцы действовали быстро и слаженно. Алисия застыла на возвышении, ее лицо исказилось от ярости и неверия.

Эдвард уже стоял у стола почетных гостей. Он выхватил бокал из руки ошеломленного мэра.

- Не пейте! Есть большая вероятность, что это яд!

Я подбежала следом, в руках у меня была склянка с заранее приготовленным реактивом - простым раствором, который должен был изменить цвет при контакте с алкалоидами наперстянки.

- Позвольте, ваша светлость, - сказала я, обращаясь к мэру. Я взяла бокал, достала из кармана белый платок, смочила его вином и капнула реактив.

На глазах у всех ошеломленных гостей, включая нескольких членов Королевского Совета, которых Калеб предусмотрительно пригласил в качестве свидетелей, белая ткань в том месте, куда попала капля, окрасилась в яркий, зеленовато-желтый цвет.

- Сильнейший сердечный яд, - констатировала я.

Алисия издала яростный крик и попыталась бежать, но два гвардейца уже схватили ее. Ее прекрасное лицо исказилось от злобы.

- Ты все разрушила, ведьма! Все!

***

Когда последних заговорщиков уводили, в зале воцарилась тишина. Эдвард подошел ко мне. Он молча взял мою руку и крепко сжал. Затем он притянул меня к себе и обнял так сильно, что я едва могла дышать. Я уткнулась лицом в его плечо, вдыхая его запах, чувствуя силу его рук, и впервые за долгое время позволила себе расслабиться. Весь страх, все напряжение последних дней вылились в беззвучных слезах.

- Все кончено, Эмма, - прошептал он мне на ухо. - Мы их победили.

Он отстранился и посмотрел мне в глаза. Его лицо было совсем близко, я видела в его темных глазах свое отражение.

- Я говорил, что война еще не окончена, - его губы тронула теплая, усталая улыбка. - Но теперь, кажется, можно объявить перемирие.

Он наклонился и поцеловал меня. На этот раз поцелуй был не страстным и требовательным, а нежным, глубоким и полным облегчения. Он был обещанием. Обещанием того, что самая темная ночь наконец-то закончилась, и впереди нас ждал рассвет. Битва с Орденом была выиграна, но я чувствовала, что наша с ними война только начинается и она будет долгой. Но в этом будущем было место не только борьбе, но и нашей любви.

Глава 28

Ночь после разоблачения Ордена не принесла облегчения, лишь звенящую, опустошенную тишину. Адреналин, державший меня на ногах последние несколько суток, схлынул, оставив после себя гулкую усталость и странное чувство нереальности происходящего. Мы победили. Эта мысль билась в висках, но я не могла до конца в нее поверить. Слишком долго я жила в ожидании удара, чтобы так просто принять тишину.

Мы вернулись в поместье Эдварда. Оно встретило нас теплом и запахом свежесваренного травяного чая, который тут же распорядилась приготовить предусмотрительная тётушка Элизабет. Калеб, отдав последние распоряжения своим людям, откланялся и исчез так же бесшумно, как и появился, оставив нас с Эдвардом одних в огромной гостиной.

Огонь в камине отбрасывал пляшущие тени на его лицо. Он снял сюртук, оставшись в белоснежной рубашке, расстегнутой у ворота. Я видела, как напряжены мышцы на его шее, как глубоко залегли тени под глазами. Эта ночь забрала у него не меньше сил, чем у меня. Он молча налил мне чашку дымящегося отвара и пододвинул ближе. Наши пальцы случайно соприкоснулись над столом. Легкое, мимолетное касание, от которого по моей коже пробежал электрический разряд, заставив все внутри замереть.

Я отдернула руку, словно обжегшись. Мое сердце, и без того работавшее на пределе, забилось с новой, бешеной силой. Тот поцелуй. Он стоял между нами невидимой стеной, одновременно разделяя и притягивая. Я не знала, как себя вести, что говорить. Был ли это минутный порыв, рожденный опасностью и облегчением? Или нечто большее?

«Глупости, Эмма, - твердил мой внутренний голос, - Ты для него ценный союзник, теперь «королевский консультант», диковинка из другого мира. А он - герцог, наместник, один из первых людей королевства. Между вами пропасть, которую не перепрыгнуть».

Но потом я вспоминала тепло его рук, глубину его взгляда, то, как он шептал мое имя… и вся моя логика рассыпалась в прах.

- Тебе нужно отдохнуть, - его голос, низкий и бархатный, вырвал меня из пучины сомнений. Он смотрел на меня так, словно читал каждую мою мысль, каждую эмоцию, проносившуюся на лице, – Ты выглядишь так, будто готова упасть.

- Странно, я чувствую себя так, будто могу свернуть горы, а потом уже упасть, - я попыталась пошутить, но голос прозвучал слабо.

- Я знаю, - он сделал полшага ко мне, и я снова почувствовала его запах, который теперь ассоциировался у меня с безопасностью, – Но все закончилось, Эмма. По крайней мере, эта битва выиграна.

Он протянул руку и осторожно коснулся моего лица, уже привычно убирая выбившуюся прядь волос. Его прикосновение было нежным, почти благоговейным. Я замерла, боясь дышать, чувствуя, как его тепло проникает сквозь кожу, разливаясь по всему телу.

- Я не знаю, как благодарить тебя, - прошептала я, – За все.

- Не нужно благодарности, - его большой палец медленно огладил мою щеку, – Я просто… не мог иначе. С того самого дня, когда увидел тебя, перепачканную грязью на дороге, но с огнем в глазах, я понял, что ты не такая, как все. Ты - буря. И я, кажется, попал в самый ее эпицентр.

Его слова заставили меня улыбнуться сквозь усталость.

- Не самая лестная характеристика для леди.

- Самая точная, - его глаза потемнели, и я увидела в них отражение пляшущих огней камина и свое собственное лицо, – И самая прекрасная.

Он наклонился, и я затаила дыхание, ожидая нового поцелуя. Мое тело напряглось в предвкушении. Но он лишь легко коснулся губами моего лба - долгий, теплый, целомудренный поцелуй, который, однако, всколыхнул во мне гораздо больше, чем тот, страстный, в коридоре.

- Иди спать, - прошептал он, отстраняясь, - Завтра новый день.

Рассвет принес с собой не только новый день, но и новую реальность. Новости о разоблачении Ордена Чистоты и аресте его верхушки разнеслись по городу с быстротой лесного пожара. Люди, еще вчера готовые сжечь меня на костре, теперь смотрели на меня со смесью страха, благоговения и виноватого стыда. Эпидемия, лишившись своего главного союзника - паники, начала отступать.

Наша лаборатория, теперь уже под защитой королевской гвардии, превратилась в настоящий производственный цех. Мы с Томасом, заручившись поддержкой Имаада и нескольких нанятых им подмастерьев, наладили массовое производство антибиотика. Десятки, а затем и сотни ампул с драгоценной золотистой жидкостью ежедневно отправлялись в городскую больницу и окрестные деревни.

И чудо, как его называли в народе, свершилось. Смертность резко пошла на спад. Люди, лежавшие на смертном одре, поднимались на ноги. Лихорадка отступала, рвота прекращалась, на бледных щеках появлялся румянец. Каждый выздоровевший был нашей маленькой победой, неопровержимым доказательством силы науки.

Меня перестали называть ведьмой. Теперь в народе за мной закрепилось новое прозвище - «Леди-Целительница». Дети махали мне на улицах, женщины кланялись, мужчины снимали шляпы. Это было странно и немного неловко. Я не была святой, я была врачом. Но если эта новая роль помогала людям поверить в медицину, я была готова ее играть.

Спустя две недели после разгрома Ордена прибыл королевский гонец с золотым свитком. Меня, Томаса и Эдварда вызывали в столицу на аудиенцию к королю Альфреду.

- Похоже, твой триумф будет официальным, - сказал Эдвард, когда мы ехали в карете по направлению к столице. Он был снова в своем парадном герцогском камзоле, и выглядел ослепительно. Я же, с помощью тётушки и Селины, соорудила себе строгое, но элегантное темно-зеленое платье, которое, как они уверяли, выгодно подчеркивало цвет моих волос и глаз.