Чудеса на зеленом холме (СИ) - Колыбельникова Нина - Страница 6

Через полчаса мы стали принимать роды, и именно в этот момент я почувствовала на своем затылке тяжелый взгляд. Какое-то внутреннее чутье заставило меня обернуться, и я увидела, что за мной внимательно наблюдает старший сын хозяина дома.

Насколько мне было известно, жил он в городе, видела я его пару раз издалека, а сегодня, видимо, он приехал к родным в гости и впервые меня заприметил. А в том, что он сверлил взглядом именно меня, я не сомневалась. Столько вожделения в нем было, что я мгновенно отвернулась и сконцентрировалась на его матери.

Неприятный тип, весь в своего отца.

Через полчаса раздался детский крик, и на свет появилась еще одна девочка. Мать была практически без сознания, поэтому Асания вынудила старшую сестру взять малютку на руки и помочь, а с ведьмой никто не спорил.

Вскоре мы вернулись домой, но я все никак не могла избавиться от плохого предчувствия.

Глава 6

Красота — страшная сила. От нее всегда было много проблем, в основном для женщины, которая этой красотой обладает.

Я считала себя если не красавицей, то довольно-таки милой девушкой. Мой отец был русским, а мать уроженкой Казахстана. Две нации смешались, и получилась я: миниатюрная, стройная, с длинными каштановыми волосами и слегка раскосыми глазами. Вот только цвет глаз мне достался необычный: бирюзовый от отца — и это придавало мне шарма.

Именно поэтому я была не против тряпок, которые давала мне Асания вместо одежды. Я уже поняла, что у женщин среднего класса в этом мире прав чуть больше, чем у невольниц. Отличие в том, что у них были документы и их нельзя было утащить на рынок.

Мужчин в этом мире побаивались. Они не знали границ и пользовались своей силой. Одним словом, если законом это как-то регулировалось, то до деревни не дошло, иначе почему от старшего понесли деревенские женщины? Мужчиной он был некрасивым, низеньким и с брюшком, там ни о какой любви речи быть не могло. А вот если он угрожал женщинам, что погонит их из деревни, то тогда да. Выбора у них не было.

— Эх, — стенала Асания на следующий день, — нужно было сказать этому остолопу, чтобы хотя бы месяц к жене не прикасался. Не удивлюсь, если полезет.

— Вы же понимаете, что это бесполезно? Он все равно вас не послушает.

— И то верно, — кивнула ведьма. — Но не наше это дело. Если Сецилия придет за помощью, тогда поможем, а так…

Асания махнула рукой и принялась завтракать, а я задумалась о том, что мне необычайно повезло, раз старший на меня не смотрит. Видимо, брезгует из-за этих тряпок, наверняка его дочь и при нем меня высмеивала.

— Ты сильно не рассиживайся, — продолжила Асания. — Солнце встало, нужно сходить травы собрать, сегодня к обеду придут за мазями.

Я кивнула, быстро доела, взяла с собой плетеную корзину, куда складывала все сборы, и отправилась в лес. Он располагался недалеко от нас, дом Асании не просто так находился на окраине — именно там росло большинство трав, необходимых для создания лекарственных мазей.

Я давно заприметила небольшую поляну внутри чащи леса. Она еще никем не была облюбована, поэтому заросла травой, но среди сорняков можно было быстро найти что-то стоящее и бродить долго не надо.

На сборы у меня ушло не более получаса. Я погрузилась в свои мысли и, как всегда, фантазировала о той жизни, когда у меня появятся свои документы. Сначала накоплю деньги, переберусь в другую деревню и открою там собственную лавку. К нам многие чужаки приезжали, так как у них не было толкового целителя, а я уже многому научилась. Поначалу я буду жить и работать в лавке, а когда смогу купить себе домик, обустрою и его. Займусь садом, давно я с цветами не возилась, а дальше вести о моем прекрасном вкусе разлетятся по округе, и все будут интересоваться, как это я одна все так ловко сделала. А я им ничего не скажу, только предложу свои услуги, так и начнет процветать мой ландшафтный бизнес.

От приятных мыслей меня оторвал тихий треск за спиной. Я резко обернулась, но сначала никого не увидела. Лишь приглядевшись, заметила, что за деревьями стоит сын старшего в деревне и внимательно за мной наблюдает.

Маньяк какой-то. Благо я была в перчатках, поэтому быстро нашла среди всех этих зарослей борщевик, сорвала растение и разломала стебель на две части. Его сок ядовитый, если попадет на кожу, то вызовет ожог.

Все травы уже были собраны, и я пошла в сторону дома, про себя решив, что если этот маньяк приблизится, то я ударю его кустом по лицу. Будет знать, как меня преследовать.

Несколько раз на обратном пути я вновь слышала шорох и испуганно оборачивалась, однако мужчина не приближался. Просто наблюдал за мной, изучал. Небось, все сведется к тому, что он, как хищник, который подкарауливает свою жертву, нападет в самый неожиданный момент.

Эта слежка мне не понравилась, из-за нее я чувствовала себя нервно и испытала облегчение только тогда, когда вернулась в дом ведьмы. Как бы странно это ни звучало, но именно здесь я чувствовала себя в безопасности, потому что знала — Асания никому меня не отдаст. Ее уважали, ее боялись, с ее мнением считались, так как она единственная в этой деревне, кто действительно мог помочь при недуге.

Сейчас Асания варила в подсобном помещении мази, и я не стала ей мешать. По обычаю, поставила корзину со сбором возле дверей и пару раз постучала, обозначая, что я пришла. Как только ей понадобятся травы, она откроет дверь и сама их возьмет.

Дальше я стала прибираться в доме, подготовила заготовки к обеду, а затем пошли покупатели. Кто-то приходил за настойкой, которая помогала при гастрите, кто-то за взваром от кашля, а кто-то за мазями от ожогов. Чаще других эту мазь заказывал местный кузнец, работы у него получались отменными, но обжигался он практически каждую неделю.

Всем, кто приходил за товарами, я выносила заказ, а у тех, кто пришел с хворью, спрашивала жалобы и записывала на листок, с которого потом читала Асании, если недуг был не срочным. Местных букв я не знала, читать и писать не умела, но вести записи на своем родном языке, чтобы ничего не забыть, — могла.

Однако таких клиентов сегодня было мало, привели восемнадцатилетнюю девушку, которую беспокоили тревожные сны, да приходили люди с головной болью, но им я сразу вручала простенький настой. Только девушку записала отдельно на консультацию к Асании. Как по мне, ей можно было дать обычное успокоительное, но будет лучше, если с ней еще поговорит ведьма.

Когда посетители разошлись, я приготовила обед и позвала хозяйку к столу. Выглядела она уставшей, но довольной. Но это и так понятно, заказов стало больше, так как она быстрее их готовила, и если раньше с головной болью могли переждать, то сейчас свободно покупали настойки и приносили деньги Асании.

Местной валюте меня обучили, потому что именно я принимала от покупателей оплату, когда Асания была занята. Деньги в этом мире существовали в виде монет. Каждая монета имела уникальные форму и размер, отражающие ее ценность. Мелкие деньги были маленького размера, на них были нарисованы разные животные и растения, номинал от этого не зависел. Крупные деньги размером были побольше. Цвет таких монет был менее ярким, чтобы не привлекать внимание, и единственное, что было на них нарисовано, — это цифры: от одного до двадцати. По ним я и научилась разбираться в местной арифметике. На каждой монете стоял оттиск банка, его я внимательно проверяла, чтобы не принесли подделку. Глядя на это, жители недовольно фыркали и воротили носы, будто я их оскорбила. Но пусть себе обижаются, мне главное — хорошо выполнить свою работу. Поди потом найди того, кто именно дал пустышку. Доказательств, кроме моего слова, не будет никаких.

— Сложный сегодня день, — довольно заявила Асания, уплетая за обе щеки мой луковый суп. — Заказов стало больше. Слухи быстро разносятся, из других деревень чаще приезжают.

— Это же хорошо, — пожала я плечами.

— Хорошо, — кивнула Асания. — Если так и дальше дела пойдут, то через три месяца накопим тебе на документы. Может быть, ты мне удачу приносишь?