Подготовка. Том 1 (СИ) - Бредвик Алекс - Страница 38

Но делать этого, конечно же, я не стал. Что-то должно оставаться в тайне от этого крайне загадочного и, возможно, ещё более опасного гостя из прошлого.

— Хорошечно, — протянул он, а следом деактивировал свою духовную броню.

— Боги… — вырвалось тут же у мамы.

Да и я скривился. Ибо у него буквально отсутствовала половина лица, которая на глазах медленно собиралась из частичек чего-то, что образовывалось буквально на наших глазах. Но там, где не было его лица, была видна его «душа», которая повторяла, наверное, его внешность. И она полыхала красным. И все его трещины были именно что красными, словно адское яростное пламя старалось вырваться наружу.

И в очередной раз у меня от него мурашки пробежали по коже.

— Или не хочу я с ним говорить, хе… — нервно произнёс огонёк.

— Эксперимент считаю успешным, — попыталась отстранённо сказать мама. — Территория дома наделяется функциями, скажем так, ауры носителя аномально высокой синхронизации. Спасибо, Ник. Спасибо… Николас.

— Фигня война, пф, — махнул он рукой. — Есть жрать? Я сорок лет ничего не жрал!

Нет, он мне нравится. Но и пугает одновременно. Возможно, его так лихорадит из-за такого бекграунда в сорок лет, а может, просто сам по себе такой. Но я лучше меч буду держать при себе… ну так, на всякий случай.

— Случаи разные бывают, ага, — согласился со мной Холодный.

А после мама поманила за собой нашего «гостя», направившись с ним в сторону своего дома. Джус пошла следом, подмигнув мне, уходя.

Глава 13

Так как время подходило к концу, я снова завалился в свою комнату, решил остаток времени обдумать увиденное. Николас был странным, я бы даже сказал, в какой-то степени опасным. Из того типа людей, который может улыбаться, но, если потребуется, возьмет и всё с той же улыбкой просто прикончит. Он добрый, я это чувствовал, но… предательство, или что там с ним приключилось, точно изменило его восприятие действительности.

Тут даже можно провести аналогию с Джус, на самом деле. Лиса уничтожала других Блуждающих, чтобы сохранить остатки своего рассудка. Николас же тоже сейчас мог зациклиться на чем-то своем, лишь бы не сойти с ума. Ибо это… тяжело, наверное. Тяжело вдвойне, когда понимаешь, знаешь, из-за чего это произошло. Но тем не менее…

— Знаешь, Индри, — скинул я ботинки и растянулся на кровати, наслаждаясь ее комфортом, достаточной мягкостью и необходимой жесткостью, — я тут кое-что понял…

— А это что-то новенькое! — материализовался он тут же передо мной, чем и совершил ошибку.

— Попался! — тут же схватил я его рукой с татуировками. — Опять дураком меня выставить пытался⁈

— Да это… я так… — с напряженностью говорил он, явно ощущая дискомфорт. — Шутка же… шутка…

— Ну-ну, — усмехнулся я, разжимая пальцы. — Просто послушай. Не умничай. Не придуривайся. Не пытайся выставить меня идиотом…

— Ну это же скучно! — возмутился тут же он, а потом поймал мой взгляд. — Ладно-ладно… понял я… чё сразу же смерти-то желать?

— Я на тебя просто посмотрел.

— Зато КАК посмотрел, — ткнул он в меня пальцем. — Ты вроде с десяток минут с этим Николасом рядом провел, а вон уже чему научился. Так что это, ну тебя. А то действительно, возьмешь и прикончишь.

— Ты дух.

— И что? — недоумевая, посмотрел он на меня. — Ладно, отбросим эту тему. Говори, что ты там понял.

— Не зря ты Николаса, кстати, упомянул, — усмехнулся я, потянулся и начал «растекаться» в блаженстве. — Вот вроде мужик пришел в себя, знает, что умер… но вел себя так уверенно, будто ему терять нечего. Хотя, по всей логике, он смертен в этом мире, как я понял из его разговора с Джус. Так?

— Ну, аура лисички действительно изменилась, — задумчиво проговорил Холодный, включив свою рациональную сторону. — Плотнее стала, не так дрожала… да и просто как-то существеннее, что ли. Так что да… могу с этой стороны подтвердить, что у нее, возможно, появилась возможность перерождаться. Не так, как у тебя, но всё же есть.

— Вот, а у Николаса нет этой возможности, но при этом он сидел с таким видом, будто всех победил. И я не уверен, что он бы это действительно сделал, если бы началась драка. Может быть, один на один он бы смог кого-то одолеть, но вот против мамы и Джус одновременно, — задумался я на мгновение, вспоминая, как лиса испепеляла всё возле прорехи к Ужасу. — Нет, не смог бы. Но…

— Что но⁈ — буквально воспылал огонек, норовя поджечь что-нибудь тут, из-за чего его снова пришлось схватить и… я поглотил часть его пламени, от чего оба даже застыли, а через миг встрепенулись. — О, вона как… интересно… такого в коллективной памяти не было. Потом подумаем. Говори давай!

— Так вот, — вернулся я в то состояние «просветления». — Как бы сказал папа, хех, сдается мне, что человек просто кое-что знает. И пытался это показать. Для него момент обретения памяти, наверное, был моментом полного отчаяния. Но только сильный человек может взять себя в руки и совладать со своей судьбой в такие моменты. Причем сильный не физически, а именно… душевно? Насколько крепка должна быть воля, чтобы не сойти с ума? Невероятно! Я психовал из-за смерти близкого, а тут человек умер сам и держался так, будто всё нормально, когда это ненормально. Нет, может, в этом есть свои преимущества, своеобразный второй шанс, но это не наш родной мир, причем настолько не родной, что в нем можно буквально стать чьей-то пешкой, снова потерять рассудок. И жить с этим страхом, жить, постоянно осознавая факт возможной потери контроля… для этого нужно быть действительно сильным.

— Попробуй теперь сформировать нормальную мысль, — «уселся» в воздухе Холодный в позу лотоса. — Я понял, что ты говоришь, но у тебя мысль сильно растеклась. Сейчас действительно прошу прощения, я тебя, вероятнее всего, сбил, из-за чего ты потерял нужную нить. А не должен был. Ибо мысли, как говорит Первое Пламя, материальны. Всё, что мы возжелаем, нашими руками потом может стать жизнью.

Я замолк на мгновение. Задумался. В этом… была истина. В какой-то степени. Нет, мертвых мы никогда не вернем, это чистые законы мироздания, но при этом… современность, например, уже дважды мне доказала, что в какой-то степени это реализовать можно. Не по ту сторону проводов, так по эту, виртуальную.

— В дни полного отчаяния, — улыбка сама по себе появилась на моем лице: шестнадцать лет, а мудростями раскидываюсь, ха, — в моменты истинных невзгод лишь тот силен, кто впредь не сдался, кто в руки крепкие судьбу берет. Кто не боится испытаний, кто не боится всех преград, лишь тот пройдет свой путь тернистый, с улыбкою смотря назад.

И засмеялся. Не знаю почему, но мне действительно казалось странным, что я попытался сформулировать какую-то мудрость, причем еще такими заковыристыми словами, что самому не верилось. А вот Индри не смеялся, вообще не смеялся, из-за чего и я быстро умолк, сосредоточившись на нем. А он же изучал меня, причем не только с пристальным вниманием, но и с тревогой, которая легко читалась на его эмоциональной мордашке.

— Что?

— Глубоко, — едва слышно проговорил он и опустил взгляд, задумавшись. — Нет, действительно глубоко. Мысль всем известная, по сути, но… не каждый до нее дойдет так, чтобы сначала мудрость изречь, а потом над самим собой посмеяться. Хоть это была защитная реакция, ты воспринял всё как шутку. Но вот тебе моя мудрость, тоже многим известная, на поверхности лежащая. В каждой шутке лишь доля шутки.

И пропал, хотя там точно должно быть продолжение. Но я пожал плечами, после чего прикрыл глаза и покинул сей прекрасный мир, вернувшись в свой — «серый» и «невзрачный».

На самом деле… приключений в реальности, физической реальности, тоже хватало. Чего только стоило «приключение» с разоблачением Гернеров и Горлова. Недавнее посещение Литы, которое тоже было в какой-то степени интересным. Нет, этот мир по-своему прекрасен, но… мы настолько привыкли, что тут всё настолько «заскриптовано», наверное, что уже не видим той красоты, которая тут быть может.