Чернокнижник из детдома 4 (СИ) - Богдашов Сергей Александрович - Страница 46

Это была моя ошибка! И я за неё сейчас расплачиваюсь… Блонды ещё неделю назад обанкротились, так ещё и Катюха на эту тему подсела.

Спонсирую их понемногу, но в меру. Я же помню, что одежные шкафы у тех же блонд не резиновые.

Вроде все они детдомовские, и никто их этому не учил, но отчего у них прямо-таки наркоманская зависимость к нижнему белью? Хоть убейте — мне непонятно. Ещё один выверт, когда мы девушек перестаём понимать.

Если уж говорить совсем практично и честно, то нам, мужчинам, они не в белье нравятся, а вообще без него. Жаль, что эта суровая правда жизни до них слабо доходит!

Дело к тому идёт, что бельё они покупают лишь для того, чтобы друг перед другом хвастаться.

И пусть понять такое не легко, но я вспомнил рыбацкий форум, где мужики хвастались, кто и что добыл из трофеев. И лишь после этой аналогии мне стало легче с пониманием.

У нас — рыбалка! И селфи с уловом. С добычей.

У них — шоппинг! И селфи с тем, на что мужчинку своего удалось раскрутить. В их головах именно это — добыча.

Просто все мы хвастаемся трофеями… Но каждый по-своему.

Хотя, весьма скудные трусики с кружевами, но по восемь тысяч рублей — это уже за гранью добра и зла! Но позже выяснилось, что оно того стоило! Блонды каждую копеечку отработали со всей страстью и прилежанием! Но это было потом…

Хотя… Помнится, я за такие же деньги второй серьёзный осциллограф когда-то купил.

Но, простите меня за мой французский… где осциллограф, на изготовление которого затрачено не меньше тысячи часов рабочего времени квалифицированных инженеров и монтажников, и где пара трусов? Я один этот бред вижу и его не понимаю⁈ Кажется, я это вслух сказал.

— «Можно улучшить модели белья, швейное оборудование позволяет, так как работает на треть загрузки, но потребуются натурные испытания», — уведомил меня Хуго, и как мне показалось, едва ли не облизнулся при этом.

А ведь неплохая идея!

— То есть, в белье вы разбираетесь? — задал я провокационный вопрос, где ответ «нет» точно не предусматривался.

— Ну, не совсем, но да, — чисто по-женски ответила Яна.

— Вот и здорово, а то у нас мощности простаивают. Сейчас пройдёте со мной в одну комнату, где вас обмерят, а потом будете говорить свои желания по поводу белья, и смотреть на экран, где они там показываются.

— Это как с Алисой от Яндекса?

— Именно так. Но старайтесь очень внимательно относиться ко всем мелочам и постоянно смотрите на цены. Когда увидите что-то выгодное и красивое, заказывайте партию в тысячу штук. Проверю вас на чутьё. Глядишь, и вы свой бренд поднимете со временем, если с моделями угадаете. А пока — пробуйте! — предоставил я им карт-бланш на пять любых изделий, — И с той тёткой, что магазин у нас организовала, договоритесь про реализацию. Думаю, она опытная и многое сможет подсказать.

Комната, где Хуго сканировал обеих сестрёнок, находилась на минус первом этаже. И нет, я не удивился, когда он попросил их раздеться полностью. Нейра, воспитанная на хентае — я бы удивился, если бы нет.

— Изобрази самые экономически выгодные модели нижнего белья, с учётом новой моды, — поставил я перед Хуго задачу, пока он требовал он бесстыжих блонд принять ту или иную позу для запечатления кадра.

Если что — им по фиг, не такое видали и исполняли по приказам, а ему — в радость. А мне главное, чтобы были энтузиасты, готовые развить новое молодёжное направление. Ну, и заодно придать ускорение нашему промышленному пошивочному комплексу, а то он чаще простаивает, чем работает. Непорядок!

Заснули блонды счастливыми. И я для каждой два раза тому виной.

Вот прямо не скажу, чтобы новый бренд «А-Я» внезапно взлетел, но и неудачным он не стал. Окупается, и даже какую-то прибыль приносит. Пусть пока и копеечную, по моим меркам.

Ну, и ладно. Слава не ко всем приходит вдруг и сразу! Зато цены у нас такие, что за восемь тысяч можно купить не меньше четырёх изделий, каждое из которых получше своего аналога будет. И это при стопроцентной рентабельности!

Теперь точно знаю — жадность и глупость человеческая границ не имеют!

Если что это я про трусы за восемь тысяч…

Пробой ранге Е.

Так-то, впервые. Оттого и я с отрядом Никифора туда сорвался.

Наш лучший маг долго мялся, пока не сообщил мне, что всё-таки готов принять этот заказ от Гильдии.

Хм… Ну и что там?

Саванна. Стада бизонов и прайды львов-мутантов. Признаться, пока терпимо. Минами вытянем, а там и багги из пулемётов ударят. Особенно удачно выйдет, если маги всё-таки научатся Треугольник ставить. Но размеры Пробоя, господа, они впечатляют!

Пробой очень крупный по размерам! Как бы мы там на неделю не зависли!

— Размеры? — переспросил Никифор, когда я вслух подумал о неделе. — Я бы сказал — километров восемь в поперечнике. Может, все десять.

Мы стояли на краю разлома. Обычный луг, трава по пояс, и вдруг — как ножом отрезало. Дальше начиналась чужая земля. Пахло оттуда жарой и чем-то сладковатым, приторным — как от старых духов, которыми надушили покойника.

— Группа готова? — спросил я, хотя видел: — да. Четыре мага, три стрелка, двое водителей для багги. Плюс я и Никифор.

— Ждём только тебя, — усмехнулся он.

Я кивнул. Проверил артефакты на поясе — Сеть, Щит, Россыпь. Всё на месте, всё дышит ровным теплом. За спиной — автомат, короткий, с глушителем, для Тварей он почти бесполезен, но для людей, если что, — в самый раз. А я их и не исключаю.

— Пошли.

Шаг через грань — и мир переменился. Солнце ударило в лицо, жёлтое, тяжёлое. Воздух обжёг горло — сухой, с песчинками, которые набивались в рот и под воротник. Я прищурился, огляделся.

Саванна. Настоящая, как в кино про Африку. Трава — жёлтая, чуть выше пояса. Где-то далеко, у самого края видимости, темнели пятна деревьев — акаций, наверное. Небо выцвело до бледной голубизны, и по нему медленно ползли тяжёлые кучевые облака.

Никифор поднял руку — колонна рассредоточилась. Багги пока оставили у входа, прикрыв маскировочными Сетями. Дальше — пешком, тихо, чтобы не привлекать лишнего внимания.

— Следы, — сказал Серёга Второй, указывая на землю.

Копыта. Много. И крупные — размером с тарелку. Бизоны, похоже, прошли здесь совсем недавно — края следов ещё не осыпались.

— Стадо, — кивнул Никифор. — Голов сто, может, больше.

— И львы, — добавил Пашка, тот, что с сетями работал ловко. — Вон, смотрите.

Я присмотрелся. Метрах в трёхстах, у подножия невысокого холма, лежали несколько серо-жёлтых тел. Лениво, вразвалку, как домашние коты на диване. Но я знал — когда эти «коты» встанут, они окажутся ростом с пони, и клыки у них будут по размеру как армейские ножи.

— Идём в обход, — решил Никифор. — Сейчас нам львы не нужны. Наша цель — бизоны. Хотя бы одного, живого.

Мы двинулись краем, держась низкорослых кустов. Трава шелестела по ногам, где-то стрекотали насекомые — не наши, чужие, с каким-то металлическим звоном в голосе. Я то и дело оборачивался: Пробой ранга Е — это вам не шутки. Здесь Твари крупнее, умнее и, что самое главное, — организованнее.

Почувствовал я опасность за секунду до того, как ХУК успел про неё предупредить.

Не звук. Не запах. Что-то другое — будто воздух стал гуще, будто кто-то провёл пальцем у меня по затылку.

— Ложись! — крикнул я, но мои парни уже падали сами, без команды.

Над нами, с шелестом, похожим на вздох огромной птицы, пролетела тень. Я вжался в землю, чувствуя, как трава хлещет по лицу. Зверь пронёсся так низко, что я разглядел чешую — да, чешую, не шерсть — на его брюхе. Блестящую, зеленоватую, как у ящерицы.

— Что это было? — выдохнул кто-то из новичков.

— Молчать, — рявкнул Никифор.

Я поднял голову. Тварь уже скрылась, только облачко пыли висело на том месте, где она пролетела. Но я успел заметить — длинное тело, кожистые крылья, и хвост, заканчивающийся шипом.