Чернокнижник из детдома 3 (СИ) - Богдашов Сергей Александрович - Страница 34

Меньше года назад мы сидели в старом детдоме, без денег, без перспектив, без будущего. А теперь у нас — лучший отряд в регионе, собственное производство, федеральный заказ на горизонте и китайский инженер-гений, который готов горы свернуть ради любимого дела.

— Санчес, — подошёл ко мне Ван, когда последний станок установили на место, — Завтра запускаем тестовую партию. Придёшь посмотреть?

— Обязательно.

И я пришёл. Смотрел, как крутятся шпиндели, как лазер выжигает тончайшие узоры на золотых пластинах, как Ван с гордым видом демонстрирует готовые детали. И понимал: это только начало.

Мир менялся. И мы менялись вместе с ним. Даже не так… Мы шли гордо, впереди всех, и чуть ли не со знаменем в руках.

— Санчес, к тебе эти, победители олимпиады просятся, — заглянула ко мне, по-моему Галка, так как я наших блонд всё время путаю, а они, засранки, ещё и ленты нет-нет, да меняют. Спецом.

Уф-ф-ф… а про гостей-то я и забыл. Надо же, как они тихими мышками у нас просидели больше месяца, под присмотром своего сопровождающего, и только сейчас из норки высунулись.

Так-то, это была вовсе не наша инициатива, а нечто придуманное телевизионщиками и чиновниками от образования в целях привития патриотизма, но они попытались устроить шоу, а потом, никого особо не спросив, прислали к нам его победителей.

Эльвира сказала, что протестовать практически бесполезно — решение по программам патриотизма спущено от руководства страны, а переть против государственной волны — то ещё безумие.

К счастью, детки оказались тихими, а их сопровождающий, кстати Одарённый и весьма себе сильный, постарался оградить своих подопечных от контактов с детдомовцами.

Нам только на руку такая их политика. Денег на их содержание прислали. Две служебные квартиры, бывшие учительские, детдом под их проживание выделил, а кормиться и гулять эти победители предпочли отдельно. Интересно, что же сейчас, когда у них остался день до отъезда, им из-под меня надо?

Я вышел во двор. Пятеро подростков — трое парней, две девчонки — стояли у калитки, переминаясь с ноги на ногу. Вид у них был не победительный, а скорее растерянный. Рядом маячил их сопровождающий — мужчина лет сорока, с лицом человека, привыкшего командовать, но сейчас явно чувствующего себя не в своей тарелке.

— Александр Сергеевич? — шагнул он ко мне. — Разрешите представиться: Пётр Иванович, руководитель группы. У ребят есть просьба.

— Слушаю.

— Они… — он замялся, — Они хотят попробовать свои силы. Попытаться поступить в ваш отряд.

Я удивлённо поднял бровь.

— В отряд? Они же победители олимпиады. У них, наверное, другие планы. Университеты, карьера, наука…

— Это всё есть, — вмешался один из парней, высокий брюнет с умными глазами. — Но мы хотим попробовать себя в настоящем деле. Не в учебных задачах, а в реальных. Мы смотрели ваши видео, читали статьи. Это… это круто. Мы хотим так же.

Я оглядел их. Пятеро подростков, хорошо одетых, ухоженных, явно из благополучных семей. За их спинами — репетиторы, достижения, медали. И вдруг — детдомовский отряд? Что-то здесь не так.

— Пётр Иванович, — обратился я к сопровождающему, — Вы-то что думаете?

Он вздохнул.

— Я думаю, что это блажь. Но они упёрлись. Говорят, что если не попробуют — не простят себе. Я обещал организовать встречу. Решение — за вами.

Я задумался. С одной стороны — лишняя головная боль. С другой — если откажу, будут проблемы с телевидением и чиновниками. А нам сейчас лишние неприятности не нужны.

— Хорошо, — сказал я. — Завтра утром приезжайте на полигон. Там и посмотрим, на что вы способны. Адрес скину.

Они обрадовались, закивали, заулыбались. А я пошёл к Савельичу — готовить «сюрприз».

Полигон находился в лесу, километрах в десяти от города. Старый карьер, который мы оборудовали под тренировки: мишени, полосы препятствий, зоны для отработки магии.

Утром мы приехали туда на двух багги и Крузаке. Победители подкатили на микроавтобусе, который им выделило телевидение. С ними был Пётр Иванович и оператор — видимо, для отчёта перед начальством.

— Ну что, — сказал я, когда все собрались. — Правила простые. У нас есть три задания. Обычные, для новичков. Если справитесь хотя бы с одним — будем разговаривать дальше. Если нет — извините, но в отряд такие не нужны.

— Какие задания? — спросила одна из девчонок, рыженькая, с веснушками.

— Первое — полоса препятствий. Лес, овраги, бурелом. Надо пройти за пятнадцать минут. С полной выкладкой: бронежилет, оружие (учебное), рюкзак с балластом. Второе — стрельба по стационарным и движущимся мишеням. Третье — магическая задача. Я дам вам простейшее заклинание, и вы должны будете его повторить.

— Это же легко! — заявил один из парней, накачанный, с квадратной челюстью.

— Легко? — усмехнулся Гришка, стоявший рядом. — Ну-ну.

Мы выдали им снаряжение. Победители с трудом натянули бронежилеты — явно впервые в жизни. Рюкзаки с балластом (по двадцать килограмм) заставили их согнуться. Оружие они держали, как палки.

— Готовы? — спросил я.

— Готовы! — нестройно ответили они.

— Вперёд!

Стартанули они бодро. Но уже через пять минут картина изменилась. Тот, что с квадратной челюстью, споткнулся о корень и растянулся во весь рост. Рыженькая сбила дыхание и остановилась, хватая ртом воздух. Высокий брюнет пытался командовать, но его никто не слушал — все выдохлись.

К финишу они пришли через сорок минут. Грязные, мокрые от пота, с красными лицами. Один парень ссадил колено, у девчонки порвалась куртка.

— Время — сорок две минуты, — объявил Никифор, сидевший с секундомером. — Норматив не выполнен.

— Это нечестно! — выпалил квадратночелюстной. — Там же бурелом! Мы чуть ноги себе не переломали!

— В Пробоях бурелом бывает и хуже, — спокойно ответил я. — А твари не ждут, пока вы отдохнёте. Ладно, переходим ко второму заданию.

Стрельба оказалась ещё хуже. Они мазали по неподвижным мишеням с двадцати метров, а по движущимся — вообще не попали ни разу. Только рыженькая случайно зацепила край, и то — скорее всего, чисто случайно.

— Ноль попаданий, — констатировал Гришка. — Даже наши девчонки стреляют лучше.

Победители приуныли. Пётр Иванович стоял в стороне, пряча усмешку. Оператор с камерой снимал всё — видимо, для «эксклюзива».

— Третье задание, — объявил я. — Магия.

Я достал простейший артефакт — Светлячок, который загорался от касания. Объяснил, как влить в него капельку Силы.

— Кто первый?

Высокий брюнет шагнул вперёд. Взял артефакт, сосредоточился, закрыл глаза. Ничего. Он напрягся, покраснел, даже вспотел — но Светлячок молчал.

— Не получается, — прошептал он.

— Потому что ты не умеешь, — ответил я. — И никто из вас не умеет. Вы умные, талантливые, но магия — это не олимпиада. Не заученные навыки. Это искусство, талант. Он или есть, или его нет.

Они стояли, понурив головы. Рыженькая всхлипнула.

— Но мы… мы хотели… — начала она.

— Я знаю, что вы хотели, — перебил я. — Вы хотели приключений, славы, острых ощущений. Но быть Охотником — это не игра. Это каждый день риск, боль, кровь. И не только своя. Вы в ответе за тех, кто рядом. А если вы не можете пробежать по лесу с рюкзаком и попасть в мишень — какой из вас Охотник?

Тишина. Только ветер шумит в кронах.

— Но мы можем научиться! — вдруг выпалил квадратночелюстной. — Мы быстро учимся!

— Учиться — можно, — кивнул я. — Но сначала надо понять: вам это действительно нужно? Или это просто способ самоутвердиться?

Я подошёл к ним ближе, посмотрел каждому в глаза.