Истинная под елкой (СИ) - Алая Бетти - Страница 14

— Ай! Холодно! — слышу рычание медведя. — Горячо! Ай!

Вздыхаю. Яр разозлился… но я не могла бросить мишку там погибать. Иду на кухню. Выглядываю в окно и вижу, что один фонарь не работает. А под ним стоит мужчина…

От его вида у меня мурашки по коже рассыпаются. Черный балахон, длинная белая борода. И смотрит он прямо на меня…

Глава 19

Яр

— Тут всегда такая отвратная вода? — стонет медведь Игорь, стоя под душем. — Контрастный душ, мать его…

Он очень худой. Тощий, ребра и позвоночник торчат. Волосы длинные, все спутанные.

— Такая уж квартира, — хмыкаю.

— Ты прости, волчара, — вдруг усмехается он, — я так понял, вы тут что-то типа медового месяца устроили…

— Катя сама решила тебя спасать, — вздыхаю, — ты как вообще попал в такую передрягу? Чтобы оборотень застрял в зоопарке…

— Прокляли меня, — цедит он, — в этой истории я очень плохой персонаж, волчара.

— Я Ярослав, — ледяным голосом говорю, — если ты плохой, то мне стоит тебя прикончить прямо сейчас?

— Всё расскажу, — ухмыляется Игорь, дрожащими руками берет полотенце, — только…

Внезапно он замирает. И низко утробно рычит. У меня аж волосы на загривке дыбом встают. КАТЯ! Резко разворачиваюсь, затем выскакиваю из душа и бегу к Катеньке.

— Он здесь… — медведь оборачивает бедра полотенцем и идет за мной.

— Кто? — не понимаю. — Катюша!

— ЯР! — девушка бросается ко мне в объятия, вся дрожит. — Там был старик… он ужасный! Он… страшный! И такой холодный…

Прижимаю свою любимую малявку к себе, пытаясь укрыть её от страха. Но не могу…

— Он тебя нашел, — вздыхает медведь, затем садится за стол, — это моя вина. Простите…

— Поздно извиняться, — рычу, — давайте решать, как избавиться от этого Мороза. Он же караулит мою девушку, так? Старый извращенец…

— Не совсем. Он ее дед, — хмыкает Игорь.

— Ты голоден? — с нежностью в голосе спрашивает Катя, а я ощущаю острый укол ревности.

Ловлю Катеньку и прижимаю ее к себе. Этот медведь не несет угрозы. Я могу переломить его одной рукой. Но собственник во мне не хочет, чтобы на мою пару смотрели с таким восторгом.

— Яр, — улыбается девушка, — мишку покормить нужно. Его же ветром унесет. Отпусти, милый!

Игорь расплывается в довольной ухмылке. Вообще, этот оборотень похож на зека. Весь татуированный. Шея, грудь, плечи и даже пальцы рук. Но в глазах у него такая глубокая печаль, что даже жаль бедолагу.

Катенька залезает в холодильник, куда мы перед отъездом убрали всю еду.

— А ты перестань сиять, как новогодняя елка, — рычу на медведя, — рассказывай давай, с чем дело имеем.

— Что ж, хорошо, — он смотрит в окно, — испокон веков белые медведи были спутниками злого божества Мороза. Мы выполняли его мерзкие поручения, будь то уничтожение деревни или похищение невинной девы…

— Гаденько, — хмыкаю.

— Мы с братом не стали исключением. Служили гаду, выполняли заложенную Природой программу.

— Так у тебя брат есть? — выгибаю бровь.

— Не кровный. Просто мы с ним последние из рода белых медведей. Думаю, ты знаешь легенду о Морозе?

— Смутно, — поглядываю на Катюшу, чтобы она там не поранилась.

— Если вкратце, то Мороз — темное божество, подконтрольное Чернобогу, родом из Нави. Он управляет холодом, снегом, пронизывающими ветрами.

— Жуткий тип, — хмыкаю.

— Испокон веков он убивал всех своих родившихся детей. Но однажды, прямо перед наступлением оттепели, Вьюга, одна из наложниц Мороза, родила девочку. Назвала ее Марена. И спрятала…

— Богиня цикла жизни и смерти, — хмыкаю.

— Да. Боги благословили Марену, даровав ей особую силу противостоять отцу. Но Мороз мстителен и жесток. Пусть он не может убить саму богиню, но каждый месяц зимы он убивает по ребенку Марены, заставляя ее страдать. И получает силу. Потому и считается, что февраль — самый лютый месяц. Потому что Мороз на пике силы после трёх жертв.

— Это же лишь легенда, — хмыкаю, — съеденные дети… звучит как-то жутко. Трудно поверить, что в нашем мире существует что-то подобное…

— Это образное выражение. Дети Марены — духи. Но однажды она влюбилась с человека…

Катя замирает. Вот мы и подошли к главной части истории.

— И родила девочку, — хмыкает Игорь, — которую Марена полюбила больше, чем всех своих духов-детей. Это случилось тридцать лет назад. Она унесла малышку за много километров от места рождения и логова Мороза. Оставила у дверей приюта.

— А ты откуда знаешь?

— Одна из дочерей Марены была моей парой. Но я не защитил ее, она погибла в зубах Мороза. И мы с братом решили его убить… обратились к Марене, но она не поверила. Ненавидела меня за то, что я не спас ее ребенка, и что помогал монстру в его делах. Она прокляла меня, оставив вечно в облике медведя в зоопарке. До момента, пока другая ее дочь сама не захочет мне помочь. Таково было условие.

— И я захотела, — тихо произносит Катя.

— Да, но… это привлекло Мороза. Хотя допускаю, что он уже давно тебя нашел.

— И с чего нам тебе верить? — ощетиниваюсь, готовый защищать свою пару. — Ведь ты служил Морозу!

— Он не лжет, — тихо произносит Катя, — я ему верю. А ты веришь мне?

— Это правда, — вздыхает медведь и набрасывается на угощение, — я истощен. Если вдруг решу напасть, ты сразу меня прикончишь…

Гляжу на него и правда не ощущаю угрозы. Но волк всё равно начеку. Катя укладывает медведя на кухне. Стелит ему спальный мешок. Мы же закрываем дверь и устраиваемся на диване…

Сгребаю малышку в охапку. Катя жмется ко мне. Трясется. Рассказ Игоря её напугал.

— Ничего не бойся, я никогда тебя не брошу… и не позволю этому Морозу даже коснуться…

— Обещаешь?

— Да.

Так и засыпаем.

Хрусть! Хрусть!

Снег хрустит под ногами. Вокруг блестящие в свете луны сугробы. Я босиком. Пиздец, как замерз… рук не чувствую, губы все ледяные.

— Яр! — ко мне бежит Гелла, на лице сестры яркая улыбка. — Брат!

— Гелла, — выдыхаю, — ты же…

Она бросается мне на шею, целует в щеку. Вся холодная, словно труп.

— Ярослав, — с другой стороны Ася.

Моя истинная. Она прижимается ко мне мертвецки ледяным телом. Они лепечут что-то нечленораздельное. А я словно тону в их голосах. А в голове сплошной ледяной туман.

И я словно забыл что-то важное. Судорожно пытаюсь вспомнить.

ЗАБУДЬ!

Громкий рык бьет по перепонкам. Падаю на колени.

ЗАБУДЬ ЕЕ! ЖИВИ СВОЕЙ ЖИЗНЬЮ, ВОЛК!

Налетает вьюга. Гелла и Ася исчезают, и передо мной возникает тёмный образ.

— Ты кто такой? — рычу. — Что я должен забыть?

— Поздно, — ухмыляется беззубым ртом, — дело сделано… она моя…

Распахиваю глаза. Голова сильно болит. Скатываюсь с дивана.

— Блядь! — рычу, пытаясь вспомнить, где я.

Помню офис, потом я поехал домой. А тут как оказался? Уже утро, солнце бьет в приоткрытое окно. В голове лишь одна мысль: срочно нужно обратно. Там же вещи мои!

Но воспоминания обрывочны. Чувствую, словно в моей голове кто-то хорошо так покопался.

Быстро одеваюсь, попутно пытаюсь вспомнить, как оказался в этой миленькой квартирке. Но в голове словно стена. Сажусь в машину, затем еду домой. Ладно…

Беру мобильный, там несколько звонков от альф. Быстро набираю вожака.

— Наиль? — хмыкаю. — В чем дело?

— В потустороннем мире что-то произошло. Духи говорят о тебе. Ты нужен.

— Да, альфа, я вернусь в Москву уже к вечеру…

В конце концов, тут меня совсем ничего не держит…

Глава 20

Яр

Ближе к обеду выдвигаюсь обратно в столицу. О чем там Наиль говорил? Вещи мои, к сожалению, уничтожены взрывом газа. Так что сажусь в тачку и даю по газам.

На душе как-то гадко. Словно я забыл что-то важное. Самое важное в жизни. Метка прожигает кожу. Я уже давно подобного не испытывал. Или…