Долг человечества. Том 6 (СИ) - Попов Михаил Михайлович - Страница 19

Теперь, когда барьер рухнул, а путь свободен, я впервые с момента моего появления на полигоне принимал решение, продиктованное исключительно собственным, пульсирующим, даже болезненным желанием. Я пойду за своей женой, а они пойдут со мной, или не пойдут. Но я сделал все для того, чтобы и волки были сыты, и овцы целы. То есть, предложил им ясную, внятную картину перспектив.

Испытывал ли я угрызения совести? Отнюдь. Все они обязаны мне по гроб жизни, а я… ну а что, я? Да, с некоторыми я сильно сдружился, с одними сильнее других, мы подставляли друг другу плечо, но я всегда был рядом, всегда был полезен. Можно же и мне чуть-чуть того, что мне нужно?

— Вопросы есть? — Я задал этот вопрос тоном, как у заправского командира.

— Нет, шеф. — Ответил за всех Борис. — Я за тобой хоть в самое пекло.

— Не каркай. — Пнула его в бок Катя, любя. — А то Марк у нас мастак устроить натуральное пекло.

— Тогда собирайтесь, неизвестно, где и как мы в следующий раз отдохнем, но путь будет неблизкий. Илья, на пару слов. — Сдернул я мрачного электроманта.

Вместе с Муромцем в сторонку отошла и Агнесса, но я не возражал. Лица у обоих были мрачнее самой черной тучи, и смотрели они не на меня, а куда-то поверх моего плеча. Я действительно думал, что они решили уйти, но только не стали объявлять этого во всеуслышание, чтобы не сеять раздор.

— Ну что, о чем такие лица? — Вопросительно вскинул я голову.

— Да тут как бы без мата не сказать… — Сник Муромец. — Видишь, куда гонит этот пепел и дым поднявшийся ветер?

— Вижу конечно, прямо на ваш бывший лагерь. — Подтвердил я, поняв, к чему идет разговор.

Огромный грязный шлейф вулканического выброса… Да, это и впрямь станет проблемой. И направление еще такое, зараза, четкое, несколько часов, и фракцию Вячеслава накроет.

— Там больше ста пятидесяти человек. Половина из них еще недавно билась в лихорадке от легочной инфекции, да ты и сам это прекрасно знаешь, — Агнесса нервно закусила губу, глядя на меня с какой-то мольбой в глазах. — Если это облако накроет лагерь… Ну, смертей не избежать.

— Я понимаю, что у нас приказ идти на запад, — ошарашил меня Муромец, — но мы не можем послушаться. Нам придется расстаться здесь и спешить изо всех сил к нашим, чтобы попытаться успеть их предупредить, помочь с эвакуацией.

— Дурак ты, Илья. — Спокойно выдохнул я. — Пешком туда с нашей позиции около десяти часов. Бегом управишься за восемь и собьешь себе ноги. Ветер пригонит облако за три. Толку-то?

— А что тогда прикажешь делать⁈ — Резко разозлился он, утратив контроль над эмоциями.

— Чтобы предупредить Вячеслава о надвигающейся опасности совершенно необязательно туда бежать. — Ответил я успокаивающе, понимая причины злости. — Не пойму только, как ты смог забыть, что я лично передал Вячеславу способ связываться дистанционно.

Мой взгляд для наблюдателей расфокусировался, я открыл вкладку инвентаря. Вынул письменные принадлежности, набросал письмо, в котором кратко изложил события и надвигающуюся на них угрозу, а так же предложил безопасный путь отхода, но с этим, я думаю, они окончательно разберутся на местах.

Еще, что меня удивило, в нижних ячейках уже лежали ресурсы, до которых никому не было дела с самого утра, а вот Вячеслав свою часть обязательств исправно начал исполнять. Пучки каких-то трав, древесина, кора, смола. Человек дела этот главный коммунист, поставку сырья не задержал.

Я освободил один слот и вложил туда написанное письмо. И, буквально несколько секунд спустя, письмо из ячейки исчезло, значит, оно нашло адресата. Вероятно, непосредственно пополнением сундучка на базе у красных занимался какой-то отдельный человек, интендант, хотя в случае их строя, смею предположить, что должность называется как-нибудь типа «завхоз» или «каптерщик», или еще хуже «зампотыл», так что до самого Вячеслава текст послания дойдет через какое-то время.

— Вот и все. — Вернулся я к Илье и Агнессе, позакрывав лишние окна. — Ваш глава получил от меня весточку, письмо уже исчезло. Сам на месте разберется, да только теперь у него есть время на реакцию, мобилизацию людей, подготовку эвакуации. Успокоились?

Муромец медленно выдохнул, уронил плечи, повесил свой выдающийся нос. Посмотрел на свои пошедшие ходуном руки, все еще черные от недавнего экспромта с магической силой. Глянул на бледную Агнессу, которая, к слову, получив лечение, избавилась от своих струпьев и коросты у волос, и они оба улыбнулись.

— Тогда нечего сиськи мять, двигаем, все нас ждут. — Громко скомандовал я, буквально во всеуслышание. — Иван, Эмиль, вперед на пятнадцать метров, Владимир, Молчун, Микаэль, Илья, располагайтесь парами с флангов, Женя, Лиза, Каролина, Виолетта, Варя, располагайтесь в центре, поплотнее друг к дружке. Ира, Мира, Линь Синь, в хвост, Катя, Боря, Филиппов, Муромец — пойдете со мной. Всем держать ухо востро, и вытряхните камешки из сапогов заранее!

Глава 10

Не мудрствуя лукаво, мы переступили черту. Там, где еще какие-то полтора часа назад мерцала непреодолимая, перламутровая преграда барьера, теперь на том месте лежал лишь едва заметный слой, вытянутый длинной линией, состоящий из стеклянной пыли, которая, при попытке ее подобрать, истлевала, не оставляя и следа. Я шел в авангарде своей группы, по обе стороны от меня шли наиболее боеспособные — Илья, Катя, Боря и Иван.

Такое построение я выбрал неслучайно, да и в целом весь наш так называемый исход был довольно продуманным. Мы защищаем флангами, закрепляющими и авангардом самых слабых людей, а на острие идут те, кто сильнее прочих. Я надеялся, что грамотное планирование пешего перехода позволит нам преуспеть, случись что в пути.

Воздух по ту сторону барьера был другим. Если наш стартовый сектор казался суровым, хвойным, вечно с плохой погодой, затянутый облаками и туманами, то здесь все другое. Больше зелени, воздух гораздо более влажный, но дышалось отнюдь не легче.

Картинка тоже существенно поменялась, словно я резко совершил путешествие на экватор. Папоротники высотой в человеческий рост, огромные раскидистые лиственницы, стволы коих были увиты мерцающим мхом, и странные, крупные цветы, нежные, осыпающиеся крупными лепестками от любого прикосновения, и источающие приторно-сладкий аромат.

Шли преимущественно молча. Направлением выбрали самое прямолинейное, что могли придумать — двигаться в противоположную от чадящего дымом и гарью взорвавшегося вулкана. Одного не отнять, мы везунчики, и катаклизм сошел на нет, отстрелявшись. Последствий в виде разливающейся вокруг магмы не наступило, видимо, еще глубже она, а то, что сверху, лишь каменистое образование, прикрывавшее адскую каверну. Так что, можно сказать, что расслабленно.

Краем глаза наблюдал за своими людьми. Настороженные, озирающиеся. Да, комфорт и безопасность развращают, и для некоторых из них такое путешествие может быть сложным и опасным именно по неопытности. Взять ту же Каролину Терентьевну. Ее рассказ, как она попала сюда, чем занималась — она всегда была рядом с кем-то. Ей не довелось проходить за день десятки километров незнамо куда, в поисках убежища и пищи.

Нет-нет, я ни в коем разе не умаляю конкретно ее тяжелой ноши и пережитых страданий, физичских и нравственных, ведь она, на минуточку, числилась рабыней. Но тот факт, что длительный переход в неизвестность для нее в новинку неоспорим. И таких тут немало, смею заметить.

Вот Эмиль и Агнесса. Опытные путешественники, с какой стороны не посмотри. В случае выполнения приказов Вячеслава неоднократно выходили малой группой, и остались при этом живы. Но сейчас двигались не в строю, забив на мои увещевания о правильной формации, и следовали собственным паттернам, выученным, как у собаки Павлова, отделились и ушли на несколько метров вперед. Базовый принцип, на котором строилось выживание их конкретной группы, насколько я понимаю, это обнаружить угрозу первому. Я не стал вмешиваться, тем более, что работу они делают полезную — изучают местность.