Системный приручитель 3 (СИ) - Пислегин Алексей - Страница 33

Рычание мгновенно перешло в визг, волчица попыталась вырваться — но мой нож был быстрее. Удар — и клинок вошёл в глаз.

[Опыт +55

1240 / 1500

Удачи, игрок!]

Выдохнув, я спихнул с себя обмякший тяжёлый труп и вскочил на ноги. Ран я не получил, но удар и дёрганья на мне тяжеленной волчицы даром не прошли, приложила она меня крепко. Спасибо хоть, рёбра не сломала.

Эй, Система! Когда мне тоже выдашь пуленепробиваемые кости?

Зато, когда встал, вид мне открылся своеобразный: в бою сцепились свиноматка и три волка. При том, у одного из троицы было до самого позвоночника разрезано горло и он слабел на глазах.

Ну, это Мила постаралась. Вторая её жертва билась на земле, хрипя и исходя кровью.

Ручеёк с топором отработал лучше, и обоих своих волчар уложил наповал. Может, нафиг вообще Милины кинжалы-серпы? Пока что они себя показывают не очень успешно. Годятся, пожалуй, только для рубки с людьми. Ну, или скорее уж, гуманоидами.

Чёрт его знает, просто, с какими ещё разумными типа мийю Система нас столкнёт.

Надо сказать, матка держалась неожиданно хорошо. Клыков у неё не было, конечно, но зубы в пасти всё-равно были внушительные. Плюс — весила она сильно больше, чем любой из волчар, а поверхностные раны ей были не страшны из-за невероятно толстого слоя сала.

Вот серый с перерезанным горлом таки свалился — и она мгновенно бросилась на него и принялась с визгом топтать острыми копытами. Хруст и чавканье при этом стояли такие мерзкие, что даже мне стало не по себе.

Правда, матка проморгала волка, запрыгнувшего ей на спину и тут же вцепившегося в загривок. Волк — проморгал уже мою атаку.

Я на ходу выдернул топор из черепа убитой хрюшки и всадил его в голову волчаре. Бросил во второго — он успешно рванул в сторону. Правда, спасло его это не надолго — сверху на него обрушился Ручеёк. Без команды, чертяка, но очень вовремя. Серого он уложил одним удачным ударом.

Матка с визгом рванула ко мне — а я вогнал ей в глаз нож и тут же метнулся в сторону. Не хватало ещё, чтобы меня ещё и эта туша сбила.

[Опыт +40

1305 / 1500

Удачи, игрок!]

Я выдохнул, сел на корточки.

— Закончили! Мил, спускайся. Буран, ко мне!

Всё.

Бой был короткий, но напряжённый, мои навыки и помощь кошаков порешали. Я из любопытства стянул с правой руки перчатку и взглянул на свою кожу — она побелела и стала грубой, как наждачка. Надо же.

Согнул и разогнул пальцы, кожа неприятно натягивалась, но не лопалась. Вдруг — всего за секунду приняла обычный вид. Действие навыка закончилось.

Я взглянул на вставших передо мной Милу и Ручейка, улыбнулся:

— Молодцы, ребят. Справились со своей частью отлично. Ручей, сейчас решение помочь было к месту, не спорю. Всё верно решил. Не как вчера, когда дохлого крюкача на своей спине таскал. Но ты всё равно действовал без команды, хотя указания я дал чёткие.

Я вздохнул.

— Вообще-то, это может быть допустимо. Как сейчас, например. Главное: действуй обдуманно, лезть без толку на рожон не надо.

— Этот мийю понять, Великий Вожак.

Ну, это мы ещё посмотрим. Я в нём настолько не уверен, но прогресс реально есть. По крайней мере, он не чудит, как вчера.

— Ладно, давайте собирать лут. На вас — свиной молодняк, добывайте эски и навыки. Ну, навыки — если будут, конечно. Потом пройдём по следу — возможно, ещё поросячьи трупы найдём. Чую, волки могли успеть завалить часть этого семейства раньше. Поросят так точно.

Кошаки согласно мотнули головами — и приступили к делу.

Бой уже принёс нам неплохие дивиденды. По крайней мере, у меня опыта было под девятьсот очков, а теперь уже тысяча триста с копейками. Да и Миле с Ручейком перепало немного.

Жирнее всех в этом плане Система наградила за матку, волчицу и, конечно же, за альфу. Теперь пора проверить, выпадет ли из него телепатия. Потому как, если да — наша командная работа выйдет на новый уровень.

Я вырвал нож из глазницы свиньи и решительно двинул к трупу вожака.

Глава 15

Он не вернется

— Он не вернётся, я говорю вам.

Рита молча смотрела, как Ксюша, её младшая сестра, мерит шагами комнату, стремительно носясь из угла в угол и нервируя этим грёбаным мельтешением.

Тихо зверела от бесконечного ожидания Ксюша, тихо зверела от Ксюшиного паникёрства Рита, а сын — девятилетний Серёжа — уже не спрашивал, когда вернётся папа, и мастерил из ножа и деревянной рукоятки швабры копьё.

Очередная попытка отвлечься чтением провалилась, сестра снова выдернула её в мрачную новую реальность, в которой царят только кровь и смерть.

— Помнишь, как вы чуть не развелись, когда Серому три года было? — Ксюша ударила по больному. У мужа тогда были проблемы с работой, у Алины — послеродовая депрессия. Да и вообще, они сошлись же потом. Развода так и не случилось, а потом всё и вовсе было нормально. Зачем об этом вспоминать СЕЙЧАС, при таких обстоятельствах?

Серёжа мрачно и как-то по-взрослому покосился на свою тётю, будто мастерил копьё для её убийства — и вернулся к своему занятию.

— Тогда не бросил — сейчас свалил. Прокачиваться ему ради нас надо, ага. Ещё бы сказал, что за сигаретами вышел.

Рита вдруг поняла, что достигла точки кипения.

Вроде и понимала, что Ксюша за агрессией всегда скрывала страх и неуверенность. Вроде и искренне любила младшую сестрёнку. Вроде…

Да сколько этих «вроде» вообще навыдумывать можно? Сколько угодно. Суть действий Риты от этого не поменялась: она отложила книгу, резко вскочила со стула и влепила Ксюше звонкую пощёчину.

Сестра замерла, уставившись на неё округлившимися глазами и прижав к горящей щеке ладонь. Сын коротко улыбнулся — и тут же уткнулся взглядом в стол, чтобы тётя ничего не заметила.

Рите… Ей тоже было страшно, страшно до дрожи. Но она не верила, что муж бросил их.

Рита боялась, что он в своём самоубийственном походе к терминалу Системы погиб. Что твари, в которых внезапно превратились люди и животные, порвали его на части, обглодали его кости. Что на этом их история и закончится. Две женщины и мальчик, заколоченный дом — и ни единого шанса на спасение.

Вчера ночью совсем рядом с их домом было слышно жуткий собачий лай, завывания. А если монстры добрались до него?

Рите было невыносимо думать о том, что она больше никогда не увидит мужа, не почувствует его запах, не услышит голос. Что он никогда больше не будет рассказывать свои дурацкие, до аутичного перегруженные лишними деталями истории…

Ещё скажешь ему: «Хватит воду лить, это уже невозможно!» А он: «Про мировой океан слышала? Я сделал»…

— Прекрати, — тихо сказала Рита сестре, почувствовав, как глаза сами собой наполняются слезами. Ну вот, а она ведь хотела быть сильной хотя бы для сына…

Рита прекрасно понимала, что Ксюша боится вовсе не того, что зять сбежал. Она тоже боится, что он умер — и гонит эти мысли так, как умеет. Только вот, легче от этого не было ни на йоту.

— Он вернётся, — отрезала Рита. Взгляд скользнул к притихшему сыну, а руки сами собой опустились на живот, округлившийся за последние месяцы. От мысли, что ребёнок родится в новом безумном мире, было страшно. Но Рита верила, что вместе они смогут его вырастить. Другого выхода у них просто не было. — Мы должны верить в него, Ксюш. Верить, не впадать в панику и просто ждать.

Сестра тоже заплакала — и бросилась к ней в объятия. Ну вот — с полминуты назад Ксюшу хотелось прибить, а теперь Рита гладит ей волосы и ласковым шёпотом утешает, пока футболка на груди пропитывается слезами.

Слов толком не находилось, и она просто повторяла:

— Он вернётся, я верю. Он придёт.