Системный приручитель 3 (СИ) - Пислегин Алексей - Страница 40

До конца десятого класса Марина заработала столько денег, что хватило бы на несколько месяцев в Москве. А Тигр вдруг предложил ей просто бросить всё и прилететь к нему. Обещал оплатить билеты, снять квартиру и полностью содержать её — свою сладкую Кошечку.

Марина думала два дня, не заливая новые ролики и в целом боясь выйти в интернет. А потом — согласилась.

Мать на тот момент уже опустилась ниже некуда и была на грани увольнения. На заявление, что Марина уедет, просто махнула рукой. Подружкам девушка сказала, что у родственников есть жильё в Москве, и она доучится там.

Не хотелось, чтобы её объявили пропавшей без вести, но этой страховки хватило.

Марина полетела в столицу.

Она была в ужасе, чего уж. Мозгов хватало на то, чтобы понять: Тигр может придушить её и растворить в кислоте, как в кино. Сделать проституткой. Сожрать, блин — да что угодно.

И, на самом деле, просто чудо, что он не был ни маньяком, ни сутенёром.

Тигр был политиком, и выполнил все свои обещания. Не предвыборные, конечно — данные ей. И даже девственности лишил её в первую совместную ночь в съёмной квартире очень нежно и ласково.

Правда, утром, когда осталась одна, Марина всерьёз думала сначала вскрыть вены, потом — просто сбежать. ТАКОЙ грязной она себя не чувствовала никогда.

Вспомнила брошенный клоповник, в который превратилась родная квартира, вспомнила вездесущих тараканов, от которых чистую посуду приходилось прятать в холодильник. Посмотрела на деньги на карте — и осталась.

Он был старый, обрюзгший, но он платил. Ещё и заходил не так часто — мешали то работа, то молодая жена или дети.

Марина смирилась, а после Тигра потом были другие. Кому-то она наскучивала, кого-то спаливали жёны (как Тигра, например) — но новый папик находился всегда.

Она говорила, что мужики ей обязаны по определению. Она снимала ролики в лучших ресторанах Москва-Сити для таких же девочек, какой была сама. Бали, Дубай, Токио, Сеул… Полёты за границу из волшебства превратились в рутину.

Это — внешне.

Внутренне она всё больше ненавидела себя. И всё больше понимала: от той грязи, в которой извалялась, ей не отмыться никогда.

Спасало одно: самообман. Тот самый, о котором вчера сказал Никита, насквозь просвечивая её своими рентгеновскими глазами. И нет, этот взгляд не раздевал — он будто видел саму душу.

Сначала Марина злилась, да. А потом позволила себе задуматься о том, о чём старалась не думать никогда.

Она бесконечно окружала себя стенами, пряталась от реальности в раковину — а теперь её прочные шипастые стенки дали трещины. Конечно, Марина не перековалась в один миг — её всё ещё сжирали недоверие и страх.

В сказки она давно не верила. В бескорыстную помощь и любовь к ближнему своему — тоже.

Но…

Вчера её пустили к общему празднику. Косились, избегали — но не трогали. Конечно, недотрогу она не изображала — изображала веселье и независимость. Как могла, заигрывала с Никитой, выбешивая Лену и Юлю. И даже сестру Рэд Стара.

А вот внутри бушевал ураган.

В предбаннике вдруг послышались шаги. Марина выдохнула, бросила на полок изрядно уменьшившийся кусок мыла и сполоснула от пены руки в ковше с чистой водой.

Если честно — было страшно.

Вдруг сейчас зайдёт Никита и скажет, что потаскуха психопата со сверхспособностями им тут нахрен не нужна? Даст пинка под зад — и отправит на все четыре стороны.

Ум подсказывал — он так не поступит. Что он НА САМОМ ДЕЛЕ другой. Но от страха всё равно всё внутри заледенело.

В баню заглянула Лена.

При слабом свете её лицо не было видно — одно тёмное пятно, и всё. Только в линзах очков заиграли оранжевые блики — отразился свет свечи.

— Идёшь пить чай? Мы закроемся внутри, одной тут опасно, — сказала она равнодушно. Кажется, даже не смотрела на неё. Просто — куда-то мимо, в угол.

Марина очень хотела бы возненавидеть эту стерву, изображающую из себя святую невинность. Потому что, сколько не называй себя королевой, правда в том, что таких, как Марина, мужики просто используют. Никита прав — просто держат рядом для статуса красивую мордашку.

Влюбляются мужики в таких, как Лена.

Но, вот только — ненавидела она не соперницу, а себя. За то, что превратилась, по сути, в элитную эскортницу. За то, что ложилась под каждого мужика, готового платить. А в клубах после десятка коктейлей — уединялась в туалете уже бесплатно. Какая разница, когда и с кем, если и так осквернена с головы до кончиков педикюра?

Обида вскипела мгновенно, и Марина отозвалась быстрее, чем подумала:

— Да иди ты в жопу, монашка.

Лена не ответила, замерев на пару секунд. Шагнула во влажную духоту бани — и рывком захлопнула за собой дверь.

Глава 18

Соты

До солонца мы добрались без приключений.

Расшалившихся волчат сначала успокоил мой приказ, а после их укачало от размеренной ходьбы и они просто уснули. Звёздочку и Братика нёс в рюкзаке Ручеёк, Ауфа — Мила.

Целиком, конечно, мы их в рюкзаки не засовывали, головы и передние лапы остались снаружи. Теперь волчата спокойно посапывали и, что важнее, никак нам не мешали.

У солонца животные нам не встретились, хотя следов вокруг было полно. Я из любопытства использовал с Бураном единение, и запахов почувствовал целый букет — и знакомых, и новых для меня.

Некоторые были совсем свежие. Такие моменты я пока ещё плохо определяю, но один зверь, с запахом которого я ещё ни разу не сталкивался, явно был тут не больше, чем час-два назад. Подозреваю, это косуля — с запахом маралов я знаком, сегодня как раз запомнил, когда небольшое семейство от нас шустро сбежало.

Сам солонец представлял из себя выдолбленное из двухметрового брёвнышка неглубокое корыто, надёжно приколоченное к двум неподъёмным чуркам гвоздями.

Это, ясное дело — чтобы его не перевернули. Сейчас такие меры бесполезны, животные сильно прибавили в размере и в силе.

В чём нам повезло — тут была насыпана не спрессованная в куб соль для животных. В ней куча добавок, которые людям лучше в пищу не употреблять. Не яд, конечно, но могут быть проблемы со здоровьем. Да и йода, как я слышал, в такой соли минимум.

Нет, в солонце была обычная пищевая соль. Грязная, конечно, но это не проблема. Сначала просеем, чтобы от мусора избавиться, потом прокипятим — и можно будет спокойно употреблять её в пищу.

Тем более, надеюсь, что мы в лесу надолго не задержимся и доберёмся до Топольного хотя бы через пару недель, ну крайний срок — через месяц.

Там и семья Антона — надеюсь, они живы. Там и кузнец — реально умелый, его вербовать нужно обязательно. Да и, в целом, люди в этой крошечной деревне не чужие для меня, со многими я знаком хотя бы шапочно. Надеюсь, монстры не убили всех жителей.

Если выжившие объединятся — у них есть все шансы справиться с системными опасностями. Деревня, всё таки — у многих есть ружья и карабины, в каждом дворе есть вилы, топоры. Не город, где у человека в квартире из оружия могут оказаться только какой-нибудь паршивый кухонный нож и табуретка.

Да, конечно, в городе можно замародёрить охотничий магазин — но до него по опасным улицам сначала ещё надо добраться живым. Это не домашний сейф открыть. Плюс, без электричества там начнутся проблемы с водой и продовольствием. На одних продуктах долгого хранения далеко не уедешь. Тем более, что бы люди не думали — на жаре даже консервы портятся очень быстро.

В деревне есть огороды, и это в условиях постапокалиптического выживания решает.

Правда, в городе твари должны быть слабее. Прокачка там медленнее, бонусов нет — или есть такие, о которых мы тут, в лесной глуши, не знаем. Деревенским же придётся биться с тварями выше уровнем. А мы с ребятами им подсобим, как доберёмся, а заодно и сами прокачаемся.

Хотя, с другой стороны — в городе тварей должно быть сильно больше…

Короче, чёрт его знает, где стартовать по итогу лучше, свои плюсы и минусы есть и там, и там. Мне кажется, у нас в лесу вышло относительно удачно. Если забыть, что до моего появления погибло много ребят из числа студентов. Да и, даже будь я с ними — вряд ли бы помог. Тогда, в первый день, пока у меня не было ни прокачки, ни опыта, мутанты толпой меня быстро бы порвали.