Не проблема для Кузнецовых (СИ) - Пинчук Алексей - Страница 10

— Вам что здесь надо? — Мгновенно понял, что мы не покупатели, пожилой мужчина с седой шевелюрой. В очках с толстыми линзами — Я всем, на все вопросы уже ответил.

— Здравствуйте! — Демонстративно не замечая недовольство директора магазина, лучезарно улыбнулась Маша, преображаясь на глазах в милую девушку.

А мне оставалось только удивляться, глядя как легко журналистка втирается в доверие к уставшему человеку. Мало говорит, внимательно слушает, и главное, со всем соглашается, сокрушенно вздыхая, или наоборот, осуждающе кивает головой, смотря про что заходит речь.

— И что вы думаете? — Между тем, разойдясь, жаловался на жизнь Олег Борисович, — Они на меня орали, словно это я их ребенка украл! Да я, между прочим, их до сих пор не уволил только из жалости! Там за смазливыми мордашками и нет ничего! За что только зарплату платил!

А Маша только согласно кивала, и поддакивала. Хотя даже я понимал, что молоденьких девушек этот самый Олег Борисович нанял только потому, что им можно платить меньше.

— Ну вы же умный человек, понимаете, что чем быстрее найдут девушек, тем быстрее все вернется в норму? — Дождавшись, пока владелец магазина немного выдохнется, перешла в наступление Маша, вкрадчиво объясняя мужчине «политику партии» — И в ваших интересах всеми силами помогать в поисках.

— Да я и так…

— А доступ к записям с камер вы волонтерам не предоставили. — Укоризненно покачала головой журналистка — Ругаться начали, сказали, что только полиция имеет право на такие запросы. Так ведь?

— Ну я… — Мне показалось, что Олег Борисович явно смутился, но вместе с тем, глаза его забегали, и настроение снова прыгнуло в сторону раздражения — Вы поймите… Пришли непонятные люди, и агрессивно со мной разговаривая, стали требовать доступ к компьютеру. Да любой бы на моем месте возмутился!

— Но сейчас, когда полиция уже просмотрела записи, вы предоставите нам доступ? Мне бы не хотелось сейчас ехать в полицию, и жаловаться там на вас, мол скрывает что-то Олег Борисович, не желает сотрудничать…

— Но… — Пожилой мужчина растерялся, не ожидав мгновенного перевоплощения милой девочки в профессиональную стерву, я же, повинуясь жесту Маши, подбирался к компьютеру, уже и сам испытывая любопытство. Явно же что-то не так с этими записями, если вокруг них столько суеты?

— Вот и я думаю, что скрывать вам нечего, так ведь? — Вкрадчиво проговорила Маша — И обязательно скажу об этом…

— Капитану Макарову. — подсказал я.

— Капитану Макарову — Подхватила журналистка, глазом не моргнув — Когда тот спросит мое мнение о вас.

В итоге, всеми правдами и неправдами, запись мы просмотрели. И, честно говоря, я даже понял, за что боролась журналистка.

Случай нам попался действительно странный. Точнее два случая, но абсолютно идентичных.

На первой записи, девушка довольно долго сидевшая в телефоне за прилавком, вдруг резко обернулась, словно ее кто-то окликнул. И, видимо, не увидев никого, медленно пошла вглубь магазина, всматриваясь в каждый закуток.

— Да куда ж ты… — Наблюдая за записью, я проникся происходящим на экране, и когда девушка завернула за стойку с товарами, в закуток, не просматриваемый камерами, не сдержался прокомментировав, словно фильм смотрел.

— Вот вот! — Поддакнул Олег Борисович, стоявший у нас за спиной — Завернула за угол, и больше в кадре не появлялась — Словно прямо там и исчезла. И что я должен был показать этим людям? Вот эту запись? Чтобы меня обвинили в мистификации?

— А вторая девушка? — Нетерпеливо потребовала Маша, и я, уступил место за компьютером Олегу Борисовичу. А сам, пока тот искал нужные файлы, повторил путь пропавшей девушки, внимательно вглядываясь в товары, разложенные на полке.

Честно говоря, ассортимент товаров не впечатлял. Старые самовары, шкатулки вазы, и прочие предметы интерьера, интересные только любителям старины. Не удивительно, что в кадре так и не появился ни один посетитель.

А вот в закутке, куда свернула девушка на записи, нашлись предметы поинтереснее. Настолько, что будь я работником магазина, я бы их выставил на самое видное место, а не стал прятать в даль. Хотя, и ценники на них были нереальные…

Впрочем, мне было не до товаров. Я, наконец, увидел то, что искал — окно. Небольшое, со старой деревянной рамой, оно располагалось как раз в глухой зоне, не доступной камерам.

— Вот вам и вся мистификация. — Довольный собой, кивнул я — Осталось только понять, зачем девушка выскочила в окно. Или от кого.

Конечно, снаружи окно закрывала решетка, но прутья стояли так широко, что при желании, девушка, не имеющая выдающихся форм, могла сквозь них протиснуться.

Единственное, что меня смущало, это рассохшиеся рамы, покрытые несколькими слоями старой краски, которые я не смог раскрыть, как не пытался. Но может я просто не знаю тонкостей, в отличии от местных работников.

— Окно? — Когда я подошел с этим вопросом к владельцу, поморщился он — Не знаю, на моей памяти его не разу не открывали. Даже мыли снаружи. Но да, я тоже думаю, что пигалицы вылезли через него. Представляете, я вечером приехал, из-за того, что на сигнализацию магазин не поставлен, а здесь никого! Приходи, бери что хочешь! И дверь не заперта. Выдающаяся некомпетентность!

— Какое окно? — Тут же заинтересовалась Маша, и вскочив, исчезла за стеллажами.

— А зеркала, которые там висят… — оставшись наедине с торговцем, уточнил я — Там на них цена, или номер? Ну, инвентарный, или…

— Цена, конечно! — подтвердил Олег Борисович — между прочим, позапрошлый век! Там даже серебро еще использовалось при их создании.

— Ага… — рассеянно кивнул я, мигом избавившись от идеи купить такое вот произведение искусства домой. За пятизначную сумму — Спасибо…

А больше ничего интересного в лавке не было. Нет, несколько месяцев назад, я бы с удовольствием купил ту же подкову, обнаружившуюся на одной из полок, но не за такие деньги явно. Даже на кусок кованного железа, местный владелец вывесил ценник, словно и она была из серебра. Ну или как минимум из сплава.

— Маш, ты скоро там? — поняв, что ловить тут больше нечего, поторопил я журналистку — Маша?

За угол, мы с владельцем магазина кинулись одновременно. По разным, я полагаю, причинам, но все же. И с облегчением увидели журналистку, застывшую перед красивым, напольным зеркалом, в резной раме.

Девушка стояла, пристально вглядываясь в отражение, словно пыталась рассмотреть у себя на лице несуществующие пока морщины. Обычное, в принципе явление, особенно по утрам, когда они собираются на работу, но здесь, в магазине это смотрелось странно и было явно не к месту.

— Маш, ты не туда смотришь. — Усмехнувшись, решил я разочаровать девушку — глаза подними! Выше, еще выше… Вот!

— Что вот?

— Цена, говорю, вот! — Хмыкнул я — на твоем месте я бы отошел от этой стекляшки, и даже не дышал в ее сторону!

— Почему? — Как-то заторможено переспросила девушка.

— Потому что она стоит как пол твоей машины!

Маша, наконец увидев ценник, хлопнула глазами, растерянно, и тут же снова всмотрелась в стекло, и помотала головой, словно избавляясь от наваждения.

— Интересный эффект…

— Пошли уже, дома на себя полюбуешься! — Усмехнулся я, и дернулся, когда мне на миг показалось, что в зеркале мелькнул кто-то третий, кого в помещении не было. И отодвинув Машу, я подошел к стеклу сам, всматриваясь в глубину, игнорируя свое отражение.

Не знаю, показалось мне, или нет, но стекло словно пленка на воде под легким ветром, колыхнулось, но стоило мне коснуться поверхности, и мои пальцы наткнулись на вполне ровную преграду.

— Молодой человек! — Не выдержал Олег Борисович — Руками экспонаты трогать нельзя! Между прочим, теперь его придется протирать, поскольку…

— Да, я понял… — Кивнул я, и мысленно махнул рукой, направившись к выходу. И все же, не удержался, чтобы не обернуться пару раз, резко бросая взгляды на предмет интерьера. Словно стараясь поймать то, что так и не увидел.