Небесная лагуна (СИ) - Князев Олег Юрьевич - Страница 17

Дальше пошли в женские палаты. Лёлик снова суетился, знакомил, помогал заправлять постель пенсионерке тёте Соне, сбегал за водой для Верочки, разнимал дерущихся из-за расчёски Алесю и Таню. Словом, был везде свой и, как ему казалось, везде нужен.

В голове у Корсакова всё перемешалось: имена, прозвища, лица. И ему даже всё стало надоедать, когда за ним пришла медсестра.

- Вот вы где? Обыскалась вас. Идите, Корсаков, к врачу на гипноз. А ты, Лёлик иди помогать на кухню.

- Иду, Клавдия Петровна, иду! - Лёлик обнял медсестру и, отвергнутый, поскакал на кухню.

15. Отдохните! Вам не помешает

В комнате, куда проводила Клавдия Петровна Корсакова, было довольно уютно и тепло. Два мягких кресла, журнальный столик, спокойные плотные шторы на окнах и на стенах несколько акварелей в рамках. Корсаков рассматривал их, когда вошёл врач.

- Добрый день, Арсений Павлович, - поприветствовал Сиволапов Корсакова.

- Здравствуйте! А я на картинки засмотрелся. Хорошо написаны.

Сиволапов, изучая, рассматривал Корсакова.

- Ну, присаживайтесь, побеседуем, - он первый сел в кресло и положил на столик папку и блокнот. Корсаков с готовностью сел.

- С чего начнём? - придвинулся Сиволапов к больному, словно от Корсакова зависело, с чего они начнут. И Корсаков, естественно, пожал плечами. - Ну, расскажите мне, кто вы, откуда, что с вами произошло?

- Когда? - смутился Корсаков.

- Ну, к примеру, вчера.

- Ну, вчера от меня ушла Оля.

- Ага, - зацепился Сиволапов, - это ваша жена?

- Жена.

- Ну-ну. Как вы отреагировали?

- Я решил повеситься.

- Ага, - для Сиволапова вдруг всё стало ясно и понятно. Налицо - стресс, депрессивное состояние, - дальше.

- Дальше? А дальше пожар.

- Какой пожар? Вы же повеситься хотели.

- Хотел, но повеситься не получилось, - рассеянно ответил Корсаков. - Зато пожар получился.

- Самосожжением решили заняться?

- Да, нет. Я просто отравиться хотел, ну и... случайно как-то вышло.

- Ну, ничего-ничего, - сочувственно потрепал по коленке Корсакова Сиволапов, - ведь всё позади? Согласитесь, самое ценное это ваша жизнь. А насчёт всего остального..., стоит ли так убиваться?

- А я и не убиваюсь, - совершенно спокойно сказал Корсаков.

- Как? - удивился, уже ничего не понимающий Сиволапов. - вас совершенно не беспокоит, что от вас ушла жена и сгорела ваша квартира?

- А квартира не моя и жена уже тоже не моя.

Сиволапов понимающе покивал.

- Хорошо! Не будем терять времени. Сейчас я вас введу в транс, и вы мне расскажете сами, как в действительности у вас обстоят дела. Не возражаете?

Корсаков не возражал.

- Ну-с! С чего начнём? Начнём с начала. - Поговорил Сиволапов с сам с собой. - Прежде всего, объясню смысл применения гипноза в терапевтических целях. Как говорится, на пальцах. - Сиволапов выставил свою ладонь напоказ Корсакову. - Предположим, что вы страдаете глубокой депрессией. Ваше состояние грозит возникновению мыслей о бессмысленности вашего существования и даже о суициде.

- Предположим. Это совсем не редкость в наше время.

- Не редкость. Но дело в том, что об истинных причинах вашего состояния, скрытых в недрах подсознания, вы можете и не догадываться.

- И вы с помощью гипноза копаетесь в моём подсознании.

- Практически так. Это своего рода - психологическая хирургия, - продолжал Сиволапов. - Конечно, как любое хирургическое вмешательство, гипноз бывает опасен, последствия его применения иногда непредсказуемы, потому использовать его имеют право, с моей точки зрения, только морально уравновешенные, специально подготовленные люди. Психотерапевты.

- Вы?

- И я в том числе, - скромно признался Сиволапов.

Сиволапов усадил Корсакова в глубокое кожаное кресло и попросил расслабиться. Причём очень ласково, но не приторно. Потом стал болтать у него перед носом маленьким блестящим шариком и говорить: "Ваше тело расслаблено, руки как цветы перед дождём склоняются всё ниже и ниже. Ноги легки как пушинки. Вы чувствуете тепло и спокойствие в каждой клеточке вашего тела. Вы не думаете ни о чём. Ваше тело становится легче и легче, ваши веки закрываются. Вам хочется спать. Спать, спать, спать...".

Корсакову было и впрямь спокойно и приятно и, похоже, он отключился. Что же было потом, оставалось тайной.

Очнувшись, Арсений Павлович обнаружил себя сидящим всё в том же кресле. Сиволапов всё так же сидел напротив. И Корсакову вначале показалось, что у врача ничего не вышло.

- Всё уже закончилось?

- В принципе, да!

- И что?

- Вы позволите? - Сиволапов поднялся разминая затёкшую спину, - я себе кофейку сделаю. - Корсаков кивнул.

Сиволапов вернулся с чашкой кофе. Подхватил со столика свой блокнот, отхлебнул кофе и сел за стол.

- Начнём! Я зачитаю стенограмму нашей с вами беседы. Итак...

Вопрос: Как вас зовут?

Ответ: Сафин Арсений Павлович. - Сиволапов вопросительно поглядел на Корсакова.

- Сафины - фамилия моих приёмных родителей.

- Вот как?

- Выходит, в подсознании я остался Сафиным?

- Выходит, так....

Вопрос: Кто ваша жена?

Ответ: Корсакова Ольга Юрьевна, журналист.

Вопрос: Вы переживаете её уход?

Ответ: Да.

Вопрос: Что вы сейчас чувствуете?

Ответ: Мне больно и стыдно, что я не смог сберечь её.

Вопрос: Жену?

Ответ: Нет. Есению. - Сиволапов отпил кофе. - Кто это?

Корсаков сам был в недоумении.

- Это девушка. Как вам объяснить? Я её видел во сне всего лишь.

Вопрос: Кто такая Есения?

Ответ: Моя спутница. Есения - знакомая художника Андрея. Она в картине. Ушла в картину. Только это не картина, это целый мир.... Её унесло волной. Мы держались за руки, но я не удержал её.

Вопрос: Вернитесь к началу этого происшествия и расскажите, что вы видите и чувствуете.

Ответ: Мы в лодке. Старик машет нам с берега, но постепенно пропадает в темноте. Ветер, волны качают лодку. Я говорю, что нужно убрать парус, надвигается шторм и отпускаю её руку. Пытаюсь справиться с парусом, но он не повинуется мне. Ветер усиливается. Лодку бросает из стороны в сторону, и...парус порван, мачта сломана и...Есении нет рядом... она в воде. Я кричу, но голос не слышно. Раскаты грома.... В воде. Плыву, пытаюсь плыть к ней, но меня относит волной. Забираюсь в лодку. Есении не видно нигде.... Удар. (Молчит.)

- Это как продолжение сна. Вчерашнего сна. Понимаете, мне вчера приснился странный сон. Будто я на берегу моря. Там встречаю девушку и рыбака. А этот рыбак будто нас в путь отправляет. Он вроде как волшебник. Лодку нам строит из песка, и мы с этой девушкой на этой лодке отплываем.... Так это вроде как продолжение.

- Интересно!

- Очень интересно.

- Вот на этом я решил пока закончить. Потом вывел вас из гипноза как обычно. И что вы думаете по поводу всего услышанного?

Корсаков пожал плечами.

- А я думаю, вам стоит всё-таки у нас задержаться. Хотите вы этого или не хотите. Лекарств никаких вам пока назначать не будем. Обойдёмся витаминами.

После обеда Корсаков рассказал о сеансе гипноза Аркаше.

- Да! Гипноз - это сила! Кстати, как тебе новое жильё?

- Нормально! - вздохнул Корсаков, хотя, больше всего ему хотелось немедленно сбежать из этого жилья. - Осматриваюсь.

- Осмотришься ещё, успеешь. Слушай, тебя Андрей зачем-то просил зайти.

- Какой Андрей?

- Художник. Что, забыл уже?

- Ах, Андрей. Зачем?

- Ему хуже ночью стало. Опять припадок случился. Валя еле его успокоила. Метался по палате с криками, голову себе всю разбил о решётку. Пришлось санитаров вызывать. Его связали. А он всё требовал тебя.

- Меня?

- Ну, да! Мол, Корсакова мне позовите!

- По-моему, ему Антон нужен.

- Может и так. Только Антона ему точно не дождаться. Так пойдёшь?