Небесная лагуна (СИ) - Князев Олег Юрьевич - Страница 27

Из дверей палат выглядывали больные. Кто был посмелее, собрались вокруг Лёлика. Медсестра с наспех забинтованной головой просила их вернуться в палату. Кто-то отходил, но другие отмахивались, просились остаться. Кто-то просто не слышал, кто-то плакал.

Наконец тело решили убрать в процедурную, пока не приедет скорая. Больные разошлись нехотя, оглядываясь. Вскоре приехал следователь, опергруппа. Ходили, измеряли, опрашивали санитарок и вызванного срочно Сиволапова. Потом тело Лёлика увезли, милиция тоже не задержалась. Сиволапов домой уже не поехал, остался спать в кабинете Тристана Поликарповича на диванчике.

Больных никто ни о чём не спрашивал, на этом настоял Сиволапов, ссылаясь на их сверхвозбуждённость и сверхвпечатлительность. И он был прав. Больные долго не могли уснуть, выходили в коридор, выглядывали в окно место гибели Лёлика, просто сидели без света в своих и не в своих палатах и переговаривались.

В третьей палате собрался целый совет.

Дядя Коля, Шура и Лёва - основные обитатели палаты, кроме них Корытько - философ из седьмой палаты, Мультик, а также неразлучные Стриж и Сурьёжа.

-- Это ж безобразие какое. Ничто им не закон! - сокрушался дед Николай, покачиваясь на скрипучих пружинах кровати.

-- Почему нас никто не спрашивал? Я, например, очень хорошо запомнил их морды... - ходил из угла в угол Стриж.

-- Нас не ставят ни во что! - поддакивал товарищу Сурьёжа.

-- Да просто никому мы не нужны. Кто такой Лёлик? Так - сумасшедший. Никто и расследовать не станет. Так, для виду посуетятся, походят, поспрашивают, если по пути будет, да и сдадут в архив, - сгорбившись на своей постели зло проговорил Лёва.

-- В архив! Их самих нужно в архив. Гады какие!

-- Точно!

Мультик, в продолжение разговора, стоял посреди комнаты, мешая передвижениям Стрижа, и воодушевлённо кивал головой. Стриж его старательно обходил.

-- Ну, уж нам их не достать. Да, если честно сказать, сами мы преступники перед обществом. Разве нет?

-- Какие же мы преступники? - изумился и даже остановился Стриж.

-- Уж скорее жертвы! - поддержал товарища Сурьёжа.

-- Нет. Преступники. Жертв не сажают в зарешётчатые комнаты, - Лёва вскочил и прижался к ржавым решёткам окон, - жертв не водят по расписанию в туалет, жертв не пичкают наркотиками, чтобы загубить остатки их разума. Нет, мы не жертвы, мы преступники. Но... - Лёва обернулся к друзьям, и даже в темноте была видна блеснувшая слеза, - но мы преступники перед обществом, а они перед Богом.

-- Мы должны их найти!

Все вдруг вздрогнули от этого голоса. Кажется, никто его раньше не слышал. Все обернулись на этот голос.

-- Именно мы должны найти их.

Подняв глаза, в которых горел не только отблеск фонаря за окном, но горела сама решимость, прислонившись к стене возле дверей, стоял Шура.

-- Заговорил. Вот те на! - удивился Стриж.

-- Прозрел! - Сурьёжа шагнул к Шуре и потрепал его по плечу.

-- Поликарпыч назвал бы это явление каким-нибудь умным словом, - перестав качаться, рассудил дядя Коля.

-- Исцеление через повторный стресс! - печально улыбнувшись, покивал головой Лёва.

Шура же, кажется, не замечал насмешливого тона товарищей. Он шагнул на середину комнаты с видом Олега Кошевого перед расстрелом.

-- Я серьёзно считаю, что нам это по силам. Мы найдём их и накажем.

-- Одна мания сменилась другой!

-- Ты, может быть, возомнил себя Рембо?

-- Не надо, сынок! Мы даже не в силах выйти отсюда.

-- В силах! - убеждённо говорил Шура. - Мне подвластны любые замки, и чтобы вы ни говорили, я сегодня же отправлюсь на поиски.

-- О-го-го! - помотал головой Стриж. - Пожалуй, нужно позвать медсестру.

-- Не надо никого звать! - злобно обернулся Шура. - Я полностью контролирую свои действия и мысли. Я не идиот.

-- Как же ты собираешься их искать, и, собственно, что ты сможешь сделать им? - махнул рукой Лёва.

-- Один не смогу. И, вероятно, потеряюсь через пять минут, после того как выйду отсюда, но я пойду не один, я пойду с тобой.

Лёва удивлённо вытаращился на Шуру.

-- Я знаю о твоих способностях.

-- Каких ещё способностях?

-- Ты ведь тот самый Лев Северцев - мастер интуиции?

-- Вы о чём? - Сурьёжа встал между двумя полосатыми больными и снизу вверх разглядывал их.

-- Как видишь, я оказался не таким уж мастером.

-- Расскажи всем!

-- Нечего рассказывать. Что было, то прошло. Хорошо, ноги унёс.

-- Что случилось? - все разом в палате захотели послушать. - Расскажи!

Лёва понял, что от него не отстанут. Поэтому не стал терять время (поскольку уже знал заранее, что с Шурой он всё же пойдёт), а сел и начал почти непрерываемый никем негромко рассказывать. Суть рассказа сводилась к следующему:

Ещё совсем недавно на весь Минск да и на всю страну славилась одна фирма. Название ей было очень оригинальное - "Экстрим". Нет, с экстримом деятельность фирмы совсем не была связана. Название составлялось из двух слов - "экстро" и "интим". Речь шла просто о глубоко личных проблемах клиентов, с которыми приходили разобраться клиенты, а приставка "экстра" означала, что в основном в штате фирмы были экстрасенсы, а так же гадалки, предсказатели и прочие шарлатаны. Лёва работал в этой фирме экстрасенсом. Хотя на самом деле никаким экстрасенсом не был. Просто его интуиция с детства была развита на необычайном уровне. Лёва без труда находил утерянные вещи, пропавших без вести, предсказывал судьбы людей на ближайшие дни и даже месяцы. Стоило клиенту лишь перешагнуть порог, Лёва знал уже о том, с чем тот пожаловал, и стоило клиенту высказать свою просьбу, в уме Лёвы проблема уже была решена. Всё у Лёвы было: и деньги, и уважение клиентов, и, конечно же, зависть коллег. Она-то его и погубила. Однажды пришла к Лёве женщина с проблемой - муж загулял. Что ж, частенько с таким приходят дамы. Отворот, приворот. Всё, что хотите, любой каприз. Лёва взялся. А она ещё говорит: вас все советуют, сами не берутся, случай сложный, только вы один можете". Как же, конечно! А женщина, надо сказать, просто ангел на лицо и фигура - полный финиш. Вот тут мозг Лёвы сбой дал. Затуманили голову гордыня да желание понравиться этому "ангелочку". А она ещё и корзину с яблоками Лёве суёт. Витамины, мол, для мозга нужны. Поговорил Лёва с женщиной, посочувствовал и, хоть и трудная это задача, мужа от других женщин отвадить, пообещал помочь. Дал он ей настойки на травах. Велел мужу в суп по ложке на обед вливать, он про свою зазнобу постороннюю и позабудет через месяц. Будет только на супругу свою глядеть да глаз не спускать. И не заподозрил Лёва неладное. За женщиной этой был хвост приставлен, и муж всё о визитах своей супруги к "экстрасенсу" через детектива и узнал. Дело бы, конечно, может быть, само собой утряслось. Травка безвредная, только сон крепче, а мужик такой, как её муж, бизнесмен, с посторонними женщинами редко постоянные отношения устанавливает. Через месяц она, женщина, сама собой бы ликвидировалась. Но... у мужика аллергия на травку обнаружилась. Весь пятнами пошёл, а от чего такая напасть никак в толк не возьмёт. И никакие лекарства не помогают. И сделал он вывод потрясающий, что Лёва на него порчу навёл. Представляете, его злобу на горе-экстрасенса! А жена ещё его к Лёве пришла благодарить. Муж гулять перестал. Ещё бы не перестать, если вся морда в волдырях. Благодарила-благодарила да и уселась к Лёве на колени и целовать стала. Вот ведь "ангелочек". Целует да яблочками из корзиночки Лёву кормит. Кусочек сама откусит, кусочек Лёве даёт откусить. Лёва от поцелуев разомлел, стал ей уже что-то непотребное шептать на ушко, а тут как раз дверь открывается, и Лёве аж плохо стало, входят трое. "Ангелочек" вскочила вся зардевшись, Лёву по щекам нахлестала, состроив из себя непорочную добродетель. Ну, это, конечно, ерунда. Потом было хуже. Схватили Лёву пришедшие, в машину посадили и увезли к чёрту на кулички, запихнули в подвал. Потом приходит муж Лёвиной клиентки. Морда красная, злая, глаза того гляди выскочат из орбит. А сам в руке корзиночку с яблоками держит. "Яблочки, - говорит, - любишь? Кушай на здоровье!" В общем, просидел Лёва в том подвале больше месяца на одних яблоках. Разум за разум стал заходить. Он уже и яблоки эти есть не мог. Только глядел на них, а поскольку более Лёве заняться было нечем, то стал он их изучать и пришёл к выводу, что интуиция его ни в какое сравнение не идёт с теми тайнами, что заложила природа в эти румяные плоды. Ведь всё в мире закономерно и просто как дважды два. Это только мы всё усложняем. А на самом деле все наши действия обусловлены, все события неизбежны как неизбежна и сама жизнь.